Моя звездная болезнь - Ника Грон

я один. Печальная статистика, не так ли? И то, мне не повезло: с самого детства я рос болезненным и слабым мальчиком, потому ритуал в любом случае не выдержал бы. Мать с отцом не хотели потерять ещё и меня, потому, в день моего пятилетия, меня контрабандой вывезли с Мууны, и все своё детство я провёл в доме хороших знакомых моего отца. Не скажу, что люди, приютившие меня, были плохими, но мать с отцом они мне так и не заменили. В четырнадцать меня отдали в Военную Академию, и с тех пор я живу сам по себе. Как то так.

— Подожди, а что мешало тебе вернуться обратно? И почему твоим родителям нельзя было просто не отводить тебя на ритуал? — искренне недоумевала я, чувствуя странное волнение от того, что я одна из немногих смогла узнать историю жизни этого скрытного и непонятного мужчины, — Ну не был бы ты лордом, что с того?

На мой невинный вопрос Змей лишь горько усмехнулся и пояснил:

— Если бы я остался и не стал лордом, весь мой род лишили бы этого почетного титула. Лорды ОБЯЗАНЫ отправлять своих детей в Лес. Это незыблемый закон Мууны. Те, кто не следует законам, теряют все: земли, власть, деньги, дом. Причём, какая ирония, если ребёнок все же пойдёт в Лес, но при этом погибнет, весь титул все равно останется при его роде. Тогда, паре приходится рожать ещё.

— Кошмар какой то! Это же насколько хватит сил женщины, если постоянно рожать?!

— Есть ещё наложницы, — с любезной улыбкой просветили меня, — Они, как и жена, тоже рожают от своего господина, потому детей на Мууне много.

— Наложницы?! Тогда какое отличие жены от наложницы?

— У жены больше прав. Она может ходить без сопровождения мужа, распоряжаться финансами рода и даже заниматься каким-то не очень опасным делом. Участь наложницы — ублажать господина. Гуляют они только стайкой, и то под присмотром охраны, своих денег не имеют, и их существование сводится только к продолжению рода и угождению прихотям своего господина, — спокойно, будто рассказывает сказку на ночь, ответил Змей, после чего, скосив глаза в мою сторону и заметив совсем уж недовольное выражение лица, добавил, — Потому рождение дочери такое же несчастье, как и сына. Дочери высших лордов, входящих в Совет, могут стать только жёнами. Остальным лордам, чьё положение пониже, могут кинуть вызов на бой и, в случае победы, забрать дочь себе в наложницы… ну или в жены, это уж как повезёт. Эх, неплохая все-таки традиция!

— С ума сошёл?! — в ужасе воскликнула я, — Это же какая то дикость! Звери так живут, а не высокоразвитая раса!

— А они и есть звери, — спокойно заметил мужчина нечитаемым взглядом глядя в потолок, — Связь с тшахессом — зверем, даёт много преимуществ, но сильно меняет личность. И на полную связь способны только дети, потому что их мозг только формируется, и он достаточно пластичен. Взрослые, которые пытались повторить ритуал, сходили с ума. Поэтому только дети способны выдержать все эти изменения. Я не знаю всех подробностей, потому что большинство знаний стерлось из памяти со временем, но точно могу сказать, что они становятся слишком похожими на зверей. Знаешь, чем занимается пятилетний ребёнок в ту роковую ночь своего дня рождения, когда его отправляют в Лес? Пытается выжить. С собой ему даётся только крепкий нож и все. Ах, ну и ещё, если его отец был лордом, то в комплекте идёт более быстрая реакция, сила, и неплохая регенерация, но, как ты понимаешь, этого мало. Ребёнку приходится убегать от диких зверей, сражаться за свою жизни и убивать. Связь выстраивается тогда, когда зверь и человек находятся на грани смерти от ран и кровопотери. Всего-то нужно испить крови зверя, что испил твою кровь, и связь устанавливается. Ты становишься сильнее, быстрее, опаснее любого существа, а твой тшахесс начинает общаться с тобой мысленно. Звучит как магия, да? Спецы Мууны как то пытались изучать этот феномен, но все сводилось к нейромолекулярной психической связи, какая бывает у близнецов, но помноженная в несколько тысяч раз. А теперь представь, что ты постоянно мысленно связан со зверем. Конечно же, у тебя поедет крыша, и ты сам слега озвереешь! Впрочем, что-то я отвлёкся. Ещё вопросы у тебя есть? Нет? Тогда давай мы пройдёмся с тобой по этикету, чтобы ты случайно не предложила себя в качестве наложницы или главного блюда. Конечно, с этим цветом волос ты лишилась и половины своей привлекательности, но этого недостаточно.

И да, этот странный и непонятный мужчина в заботе обо мне, всю ночь прозанимался со мной, направляя и показывая ошибки, если они где то были. Мы также проверили действие блокаторов запаха.

— Вроде не пахнешь, — удовлетворенно кивал Змей, — Но мое обоняние не столь сильно, как у лордов, так что старайся обрабатывать все и близко к местным мужчинам не подходи.

Хотя что подходить, мне даже дольше пары секунд в глаза им нельзя было смотреть, чтобы не бросить тем самым вызов или предложить себя. Я уж молчу о контактах. В запреты также входили любые прикосновения, улыбки, и ни в коем случае нельзя было брать подарки или пищу из рук. Впрочем, стандартный набор всех патриархальных государств. Ничего оригинального.

Утром, так и не поспав, я сделала кофе, под который мы вяло поели бутерброды.

— Слушай, а как тебя на самом деле зовут то? — очень вовремя вспомнила я вопрос, что давно хотела задать, — Тебя даже в Академии так все называли.

— Ширан, — с ироничным кивком представился мужчина, — С перевода на ваш межгалактический так и переводится, как Змей.

— Ширан… — покатала я на языке имя, — Красиво, но Змей как то привычнее и тебе подходит. Скажи, почему ты мне помогаешь?

— Ты мне нравишься, — спокойно признался он, неторопливо потягивая из чашки кофе, — Напоминаешь забавного котёнка, который вечно ошибается и идёт не в те руки, после чего побитый, но не сломленный, отправляется дальше. И если в моих силах направить и помочь найти своё счастье, избежав лишних шишек, то почему нет?

Это было странное признание… Непонятное, противоречивое, где-то даже обидное, но в чем-то он был прав. Отвечать на подобное я посчитала бессмысленным, потому оставшаяся часть завтрака прошла во вполне комфортном молчании. В компании Змея я прибыла в космопорт, чем