Проклятые цепи (СИ) - Шкуратов Валентин

Максвелл вновь озарил мальчика исцеляющим золотым сиянием, которое прекратилось только когда его дыхание стало более плавным и размеренным. Медленно убрав порядком уставшие руки, целитель позволил себе подняться с колен, он был рад что ему хватило магических сил на это.

Он подошёл к бесчувственному телу на диване и поискал по карманам ключи от клеток, кинул взгляд на ту, что с детьми, они все следили за ним.

— вы меня понимаете? Сейчас я вернусь за вами.

Максвелл вышел в первую комнату и открыл клетку со взрослыми.

— слушайте меня, я вас отсюда выведу, но вы должны сделать кое-что для этого, найдите одежду вашего хозяина и оденьтесь поприличнее, обязательно вымойте лица и руки, грязные волосы под шапки, когда будете готовы стойте в этой комнате и ждите, поняли? И не трогайте торговца, я с ним ещё не закончил.

Четыре человека молча кивали, озадаченно, но молча, переглядываясь между собой. Они вместе вернулись во вторую комнату, пленники сразу кинулись исполнять указания, они бросали сочувствующие взгляды на кровать, а после, уже гневные, на бывшего хозяина. Максвелл это заметил.

— я сказал его не троньте.

Пленники, привыкшие безоговорочно следовать указаниям, быстро отвернулись от бывшего хозяина, долго они ещё буду отвыкать от рабского положения. Максвелл тем временем уже успел отворить вторую клетку с детьми.

— слушайте, тихо ждите меня в первой комнате, не смейте бежать раньше времени, я вас выведу, но сначала позабочусь о нем. — и указал на кровать с избитым мальчиком.

Однако детский разум менее устойчив к потрясениям чем того хотели бы взрослые, никто из них не хотел покидать своего убежища.

— выходите!

Максвелл начинал терять терпение, он почувствовал, как сзади к нему подошла женщина.

— криком вы сделаете только хуже, позвольте мне.

По правое плечо от него стояла женщина средних лет из числа только что освобожденных. Мысленно поблагодарив ее Максвелл вернулся к кровати, на которой все так же лежал избитый мальчик.

— так, что тут у нас, зубы на месте, разбита губа, ссадины и синяки, у торгаша определено маловато физических сил, а ты, наоборот, крепкий пацан, жить будешь.

Максвелл осмотрел комнату в поисках носилок, взгляд его упал на стол, он отломал ножки и положил деревянное полотно на пол, накидал него одеял, потом вернулся к мальчику, аккуратно взял его на руки и ещё более аккуратно положил на стол. Сверху он обернул его последним оставшимся у торговца одеялом и привязал безвольное тело со всех сторон веревками. Тут Максвелл почувствовал укол страха и, моментально поняв в чем причина, создал синий барьер со стороны очнувшегося хозяина шатра, вовремя заблокировав красные кинетические иглы, летящие в его сторону.

— ты меня грабишь?! А ну давай то что мне причитается!

Максвелл подавил желание убить этого человека прямо сейчас, хорош целитель. Он создал вокруг нападавшего синий, цвета воли, барьер. И начал медленно сжимать его в размере, ярость и умение торговца была намного меньше силы воли Максвелла, поэтому он без труда сдерживал жалкие попытки противника выбраться в виде метания в истерической злобе красных игл, когда враг уже не мог пошевелиться Максвелл применил к барьеру уплотнение, воздух больше не мог проходить сквозь него. Это умение он очень долго тренировал, учась самостоятельно по учебнику, который украл Артемий из дома одного северного вельможи. Торговец запаниковал, но не мог ничего сделать, он задыхался в этой тюрьме, которую не мог разрушить. Максвелл знал, что хотел с ним сделать, и наличие цели только усиливало его заклятие. Торговец уже бился в конвульсиях, его движения становились все более вялыми как Максвелл отпустил его, противник упал на пол шатра.

— что, привык бороться только с детьми?

Максвелл подошёл и пнул своего противника так что тот снова отключился.

— ну, теперь точно надолго.

Он выглянул из-за шторки.

— двое взрослых, сюда.

Вошли двое мужчины.

— берите пацана и выносите в прихожую, осторожно.

Мужчины кивнули, они осторожно подняли и вынесли носилки, Максвелл поднял торговца и тоже вынес его в первую комнату.

— как переносят мертвых?

Ответила женщина.

— копают большую яму, сваливают туда всех без разбора и закапывают.

— я не про то, их оборачивают в мешки, или тряпки?

— насколько я знаю это дело хозяев, кто хочет тот оборачивает, но мало кто тратится на это.

— понятно, оберните в ткань носилки и эту тушу как трупы, и смотрите чтоб они могли дышать.

Дети и взрослые кинулись выполнять указание, а Максвелл выглянул из шатра, стражи видно не было, скорее всего все стражники патрулировали бараки и склады в порту. Войдя обратно он обнаружил что все его указания были выполнены и люди стояли в ожидании новых, в глазах у них появилась искра надежды.

— в порту меня ждёт корабль, если доберёмся считайте себя свободными людьми, но сначала до него нужно дойти, минуя стражу, те кто в одежде, вы надзиратели, ведёте детей-рабов покупателю, один спереди колонны, двое сзади и один посередине делает вид что следит, возьми в руки плеть.

Взрослые переглянулись, видимо им не нравилась идея уподобиться своим хозяевам. Максвелл меж тем продолжал.

— дети несут тела, шестеро торговца, четверо носилки. Двигаемся колонной, говорить с охраной буду я, не горбитесь и смотрите перед собой, вы больше не рабы, иначе нас заметят. Вопросы есть?

Вопрос задала та самая женщина что занималась детьми.

— господин, я не смею сомневаться в ваших решениях, но вы хорошо укрыли мальчика? После захода солнца на улице холода.

Максвелл не ожидал подобного вопроса, несмотря на годы жизни в нечеловеческих условиях эта женщина не утратила способности к состраданию.

— господином я не рождён, я позаботился об этом, сейчас ему ничего не угрожает, но нужно торопиться, возможно я что-то упустил, ему нужен более детальный осмотр.

При этих словах дети немного взбодрились и даже начали шептаться, видимо они переживали за друга, хоть до этого никак этого не показывали. Больше вопросов ни у кого не возникло.

— ну все, кто там бог удачи в этой стране? Кажется, Ксим. Тогда пусть Ксим направит на нас свой взор.

Группа вышла из шатра, стражи вокруг все также не было видно. Взрослые сначала постоянно озирались по сторонам что страшно раздражало Максвелла, он прикрикнул на них и те перестали. Он повел их вперёд, зная только дорогу через рынок, они выдвинулись в путь. Беглецы без проблем миновали кольцо рынка, Максвелл даже с первого раза узнал поворот, по которому Лоренц этим днём вел его к своему кораблю, по мере приближения к порту становилось заметно больше отрядов стражи, однако они не удостаивали внимания группу беглых переодетых рабов, их интересовали только помещения бараков и склады. Максвелл позволил себе немного расслабиться, неужели хоть раз все пройдет по плану? Он будет отмечать этот день каждый год. Но вот они наконец ступили на пристань где среди прочих сияли желанные огни "Зари" контрабандиста Лоренца, но патрулю из трёх стражников показался очень подозрительным отряд, двигающийся после захода солнца и несущий два трупа на руках у детей. Наемники двинулись наперерез, Максвелл ругнулся про себя, но делать было нечего, встречи было не избежать.

— караул сержанта Гавра-ша-Несса, куда вы тащите тела этих несчастных? Помойные ямы в другой стороне.

Максвелл окинул пренебрежительным взглядом троих дозорных.

— мои рабы и после смерти мои, и куда я их несу не ваше дело, дайте пройти или мне придется сообщить этому вашему сержанту как его там зовут, что вы, злоупотребляя положением, вымогали у меня деньги за проход, в городе без законов, я полагаю с вами церемониться не станут.

Трое стражников переглянулись.

— простите нас, больше не смею вас задерживать.

Максвелл обернулся и приказал.

— за мной псы безродные.

И двинулся уверенным шагом. Рабы двинулись за ним. Если этот дозор что и заподозрил в надзирателях, то навряд ли расскажет об этом, Максвелл это точно знал, ну или скорее надеялся. Они приблизились к кораблю.