Маламут - Ардо вин Акисс

Угнаться за ней оказалось довольно сложно – она шла не просто быстро, а очень быстро. Пышные волосы девушки пружинили и раскачивались в такт походке, и в определенные моменты казалось, что они живут собственной жизнью – эдакий пушистый рассерженный зверек, усевшийся на голову хозяйке. Причем это был именно ёж, растопыривающий свои иглы в минуты раздражения. Пусть сильно закрученные волосы Хоро и походили больше на пружинки, торчали-то они в разные стороны точно так же...

– Извини, что так получилось, – Антон решил, что извиниться будет лучше прямо сейчас, не дожидаясь возвращения домой.

– Тебе повезло, что тот идиот не выстрелил, – ответила Хоро. – Испугался?

– Нет, – ответил Антон. Не совсем честно: в момент инцидента он и правда не испытывал ни капли страха, но сейчас до него уже начало доходить, в какой опасности находились он и Настя. Осталось только скрыть от девушки, что сейчас его трясет как зайца.

– Не успеваешь испугаться? Это хорошо, когда нет времени на страх, особенно в стычках с идиотами вроде того парня. Но Мал сломал бы ему руку в трех местах уже только за то, что на него был направлен пистолет, и раньше, чем он успел бы что-то понять. У тебя же нет такой силы и реакции, так что если и в следующий раз будешь стоять как столб, рискуешь умереть.

– Не думаю, что следующий раз будет... – ответил Антон неуверенно.

– Ага, надейся, – иронично усмехнулась Хоро.

До подъезда дошли быстро. Их ждали: Маламут сидел на лавочке и тыкал пальцами в сенсорный экран телефона. «...сломал бы ему руку в трех местах...» – вспомнились Антону слова Хоро. Сейчас ее жених был совсем не похож на профессионального костолома.

– Где вы так долго? – с возмущением спросил Маламут. – Я уже десять глав манги успел прочитать.

В качестве доказательства он вытянул в их сторону мобильный экраном вперед. Антон успел рассмотреть только черно-белый рисунок пацана в соломенной шляпе, рот которого до ушей был растянут в довольной улыбке.

– Ты хоть со своего аккаунта сидишь, или опять от моего имени пишешь? – спросила Хоро, посмотрев на Маламута с подозрительным прищуром.

– Что, прости? – тот сделал вид, что не расслышал, и торопливо заклацал пальцами по экрану.

– Ты неисправим, – девушка тяжело вздохнула.

Глава 5

Через порог квартиры Антон перешагнул последним. Усталость, ни разу не напомнившая о себе за весь день, внезапно дала понять, что просто ждала своего часа, и одной огромной тяжелой волной сдавила все тело, сковывая движения не хуже свинцовых грузил, подвешенных к рукам и ногам. Даже для того, чтобы просто сбросить порядком надоевшие кроссовки, понадобилось приложить немалые усилия. Хоро и Маламут давно уже крутились на кухне, звеня посудой – решили устроить чаепитие несмотря на очень поздний час. Неужели они ни капли не сердятся на него за всю эту вынужденную беготню по городу в его поисках? И как Хоро вообще его нашла? Странные ребята. Но Антон почему-то чувствовал себя так уютно в их компании.

– Ты точно чай не будешь? – донесся до него с кухни зычный голос Маламута.

– Точно, – ответил из коридора Антон, не надеясь, что его услышат – звуки, вырвавшиеся из его горла, более всего походили на бессвязный хрип.

– Идиоты, весь дом разбудите! – Антон не видел, как она отвесила тумака Маламуту, но то, что он был, мог поспорить на все что угодно.

Задержался напротив зеркала.

– Жалкое зрелище... – пробормотал он, отмечая, что за последние недели отощал сверх всякой меры. Лицо, одежда и волосы были серыми от пыли, и он опять начал сутулиться. «Даже когда совсем хреново – выше нос!» – вспомнились ему слова отца. Немножко приободрило, но все равно страшно хотелось добраться до кровати и просто упасть.

«Нет, сначала умыться. Еще лучше – принять душ,» – решил он про себя, зажав в кулаке постыдную слабость.

– Если пойдешь в душ, учти , что нет горячей воды, – Маламут стоял в проходе на кухню, подпирая головой дверную арку.

– Не страшно, – ответил Антон. На самом деле ему было слегка досадно на бытовые условия, но говорить об этом Маламуту не хотелось.

– Как тебе город, понравился?

– Особенно кладбище, – улыбнулся он.

Маламут сделал вид, что удивился, слишком ненатурально. И вообще его лицо, похоже, было мало приспособлено для сокрытия истинных мыслей и намерений. Лицо честного человека у него было, вот.

– Что ты там забыл?

«Он знает. Может, даже видел все своими глазами» – промелькнуло у Антона в голове.

– Настя затащила. Смотрели на шабаш сатанистов. Потом пришел Владимир Сергеевич и всех разогнал, – он принял правила игры, которую с ним вели, как ему начинало казаться. Впрочем, все его домыслы вполне могут быть не имеющими под собой никаких оснований. Такое уже бывало.

– Наверное, я лучше завтра у тебя подробности узнаю... Ты себе полотенце купил?

– Забыл...

– Не страшно, можешь мое взять – зеленое такое. Мыло, шампунь любые бери.

– Мыло я купил, – Антон судорожно вспоминал, что еще такого важного забыл взять. И подарок, подарок тете!

– Ну мы это, чай и спать, – Маламут вернулся на кухню, кивнув ему напоследок.

– Да, хорошо, – Антон открыл дверь в ванную, клацнув предварительно ближайший выключатель.

С кухни донесся недовольный вопль:

- Другой выключатель!

- Извините!

Холодный душ оказал свое стимулирующее воздействие на порядком забегавшийся организм и Антон, насухо обтираясь, подумал, что чай – очень даже привлекательная идея. Ему повезло: Маламут и Хоро все еще сидели на кухне.

– Не спите? – жизнерадостно спросил он, сразу обращая внимание на третью чашку чая, стоящую на столе. Сами супруги с чаепитием уже закончили, как и с половиной содержимого корзинки для печенья, теперь придвинутой ближе к тому месту, где должен будет сидеть Антон. Они знали, что он придет.

– Решили тебя подождать, – Маламут цапнул из корзинки еще одну печеньку. – Садись, мы и тебе заварили.

– Спасибо, – Антон сел на предложенную ему табуретку.

Чай оказался крепким и сладким, с приятным терпким привкусом. Хрустящее прямоугольное печенье, обсыпанное сахаром, было к нему в самый раз, и парень смог остановиться только после четвертой штуки.

– Ты ешь, ешь, – произнес Маламут, когда заметил полный сожаления взгляд Антона, направленный на остальное печенье. – Хоро три кило купила, сладкоежка.

– Ты не путай, я шоколад люблю, а печенье для тебя взяла, – возмутилась девушка. – Где мои конфеты, кстати?

И тут