Век стали и пара (СИ) - Савинков Андрей Николаевич

— Но… Как так⁈ — Напускное спокойствие собеседника мгновенно вывело Льва из состояния равновесия. — Я понимаю, ты не хочешь углублять в события пятнадцатилетней давности, но… Как безопасники позволяют тебе просто так жить, даже без присмотра?

— Первые пять лет за мной велась регулярная слежка, — в этот момент официант принес традиционные «полетные фрикадельки» в клюквенном соусе, и Виктор на некоторое время замолчал, отдавая должное блюду. Изначально, на заре эпохи воздухоплавания, когда пузыри были меньше, а о современно комфорте можно было только мечтать, и даже обычная кухня в те времена была слишком большой роскошью, экипажи воздушных кораблей снабжались быстро разогреваемыми консервами для питания в небе. И как-то так сложилось, что самой популярной консервной стала именно содержащая в себе эти самые тефтели в клюквенном соусе.

Очень быстро их распробовали не только в воздухе но и на земле, начали продавать на гражданском рынке, готовить в ресторанах… Прошли годы но подавать именно тефтели в клюквенном соусе во время первого обеда на маршруте перелета стало доброй традицией. Летчики люди суеверные, поэтому вероятно исчезнет она не скоро.

— А дальше? — Тоже «закину в топку» пару мясных шариков не удержался от вопроса Лев.

— А дальше, на сколько я знаю, слежку сняли, — Виктор тяжело вздохнул, поняв, что просто так от него не отстанут.

— Неужели так может быть? Не присматривать за потенциальным кандидатом на престол… — Последнее стажер сказал заметно, понизив голос. Не то чтобы в Поруссии действительно боялись говорить о смене режима, скорее наоборот, кто только об этом не болтал, но все же определенная сакрализация монаршей власти в умах граждан присутствовала.

— Я совсем не кандидат на престол, даже близко, — с горечью усмехнулся Найден. — Мой отец был казнен за предательство, это автоматически исключает меня из списка наследования. Ну а если этого мало, то я безрукий инвалид, был женат на мещанке сейчас разведен, и не имею ни капли политического влияния. Если кто-то захочет попятить Максима с престола, то есть как минимум двое моих дядьев и шестеро кузенов, которые на роль наследника подходят в миллион раз лучше. За мной не следят потому что я — никто, и никому не интересен. Вот и весь секрет. Мне даже фамилию не позволили оставить, «нашли» мне новую — Найден. Ну что, я удовлетворил твое любопытство, мы можем наконец теперь закрыть эту тему.

Снаружи тем временем стемнело, внутри зажгли искусственное освещение. На маленькую сцену в углу зала вышел небольшой бэнд и начал наигрывать какую-то веселую мелодию. На воздушном корабле, не смотря на всю технологичность, лишних помещений не было, — та же каюта на двоих, которую занимали полицейские была площадью всего в пять-шесть квадратных метров и кроме двухэтажной кровати вмещала только маленький столик, стул и полки для багажа — поэтому ресторан после ужина использовался еще и как общее пространство, место для танцев и прочих совместных развлечений.

Обычно часть освободившихся столов — все-таки далеко не все пассажиры желают участвовать в общем веселье — сдвигали к стеклянным стенам, освобождая в центре место для танцев. Пока стажер пытал своего начальника на предмет его прошлого, ужин фактически закончился и настала пора «десерта».

— Мне рома, — Виктор уходить в каюту на торопился, но и присоединяться к танцующим тоже не спешил. На предложение Льва пойти развеяться он только криво усмехнулся и щелкнул по своей механической руке, металл прикрытый рукавом рубашки отчетливо звякнул, мгновенно сняв все вопросы. В планах Найдена на этот вечер было употребление алкоголя и сон, разговор со стажером разбередил старые душевные раны, отчего ему резко захотелось надраться. — Двойную порцию.

— Сей секунд оформим, кивнул половой и усвистал куда-то в сторону бара.

Вообще-то Виктор был не большим любителем алкоголя. Нет, трезвенником он тоже не был, но и привычки напиваться до состояния нестояния не имел, но вот именно сегодня, глядя на кружащие посреди импровизированного танцполя пары, выпить захотелось больше обычного.

В той прошлой жизни, когда он был еще принцем, и рук у него было столько, сколько стандартно людям дается богом и природой, он неплохо танцевал. Понятное дело, что членов королевской семьи учат этому с детства, но именно Виктор не просто заучивал нужные движения, чтобы потом не упасть в грязь лицом на протокольных мероприятиях, а действительно любил отдаться музыке и покружить с партнершей по залу.

Из раздумий Найдена вырвал какой-то выбивающийся из общего музыкального фона шум на другом конце танцевальной площадки. Поставив стакан на стол — к этому времени двойная порция рома со льдом уже подошла к концу и даже была заказана добавка — следователь оглядел зал ресторана. В полумраке, подсвеченном новомодными дуговыми лампами — после пары инцидентов газовое освещение на пузырях было запрещено как небезопасное — явно назревал какой-то переполох.

Тут сработала въевшаяся по работе в полиции привычка идти туда где шумят и скандалят. Не то чтобы Найдену было не все равно, тем более что на пассажирском пузыре должна быть своя служба безопасности, натасканная в том числе и на улаживание конфликтов между пассажирами, но за годы работы в полиции такие вещи въедаются в подкорку и становятся продолжением личности. В общем, так просто игнорировать не получится.

Тут, однако, его подвел алкоголь и темнота. Едва полицейский сделал пару шагов как со всего маха натолкнулся на вынырнувшего откуда-то из полумрака официанта, спешащего перпендикулярным курсом. Благо в руках полового ничего не было, и полноценной аварии не произошло.

— Прошу прощения, — Виктор в последний момент успел подхватить члена команды, который был килограмм на 20 легче его и от удара чуть не улетел в сторону.

— Эмм ничего, все нормально, — ошарашенный парень, лет двадцати на вид, быстро кивнул и как ни в чем не бывало ввинтился в толпу танцующих, профессионально не задев не одну из двигающихся под быструю музыку пар.

Покачав головой Найден вновь бросил взгляд туда, где намечался скандал. Всего за какие-то полминуты ситуация там обострилась и разговор на повышенных тонах перешел уже в откровенные крики, начавшие перебивать даже громкую музыку.

Собственно, источником переполоха была разнополая пара. Он — невысокий, но широкоплечий и вообще крепкий на вид мужчина лет тридцати в костюме тройке и она — девушка лет двадцати-двадцати пяти в модном у эмансипированных представительниц слабого пола брючном костюме и с длинными до пояса волосами, красиво отливающими в неровных всполохах электрического света.

Мужчина крепко держал девушку за локоть, что-то ей выговаривая на повышенных тонах и явно пытаясь тянуть ее к выходу из ресторана. Девушка сопротивлялась, что-то отвечала и пыталась выдернуть свою конечность из плена, но видимо безуспешно. Даже со стороны было видно, что еще чуть-чуть и дело дойдет до совсем безобразной потасовки, во всяком случае ближайшие парочки на танцполе уже начали оборачиваться и с интересом поглядывать на скандалистов.

В какой-то момент ссора явно перешла определенную границу, лицо мужчины исказила гримаса гнева, и вместо очередной фразы он просто двинулся в сторону выхода и одновременно хорошенько дернул зажатый в ладони локоть девушки. Учитывая разницу в силе и массе неизвестная обладательница красивых волос взвизгнула, потеряв равновесие, и налетела на отодвинутый к стене столик. Стоящий в нескольких шагах Виктор явственно «услышал», как жалобно заскрипела мебель — для уменьшения взлетной массы внутренне убранство пузырей делали максимально облегченным и оттого не слишком крепким, — а пара стоящих на столе бокалов от такого обращения просто опрокинулась, выливая остатки красного вина не белую ресторанную скатерть.

В ином случае с вероятностью примерно в 90 процентов, Виктор вмешиваться не стал бы. Во-первых, это просто не его дело, во-вторых вмешиваться в разборки между мужчиной и женщиной — вообще затея максимально не благодарная. Сейчас они ссорятся, потом мирятся, а ты останешься крайним, ну и зачем нужны такие приключения?