Мужчина на одну ночь - Мерил Сойер

Очевидно, Тохоно не обнаружил ничего незаконного, поскольку его взгляд вновь остановился на Клер. Он несколько секунд задумчиво смотрел на нее, а затем таинственно произнес:

– Будь осторожна, Клер. У тебя доброе сердце, ты должна почаще к нему прислушиваться. Тебе не следовало приходить прошлой ночью в «Приют беглеца», но раз это случилось, то теперь будь осторожна. Остерегайся койота, затаившегося в темноте.

4

Клер слышала, как звонит телефон, но не могла оторвать взгляд от мерцающих свечей и, лежа в ванне, продолжала нежиться в успокаивающей теплой воде. Она закрыла салон в девять и сразу отправилась домой, надеясь тут же лечь в кровать и уснуть, но, несмотря на страшную усталость, заснуть ей так и не удалось.

Прошлая ночь… В который раз Клер пыталась вспомнить какие-нибудь подробности, но у нее ничего не получалось. До определенного момента она кое-что помнила, помнила собственные яркие эротические ощущения, но потом в памяти наступал черный провал.

Почему она позволила таинственному незнакомцу целовать ее даже после того, как он отказался назвать свое имя? Это было совершенно на нее не похоже. Правда, с некоторых пор она решила, что держит себя с мужчинами слишком отчужденно, и стала стараться быть более дружелюбной и общительной. Тем не менее существовала невидимая черта, которую она не позволяла переступить мужчине. Ей было трудно даже сказать, где эта линия проходит, но она чувствовала ее. Требовалось время, чтобы установился какой-то уровень доверия, прежде чем она позволяла себе физически сблизиться с мужчиной.

Однако прошлой ночью этот невидимый барьер не защитил ее…

Однажды ее отец сказал, что чем старше она становится, тем чаще поступает как мать. Тогда она не согласилась с ним, но сейчас думала, что он был прав. Наверное, виноваты во всем гены – она и в самом деле очень похожа на Эми Холт. Клер понимала, как, должно быть, больно отцу смотреть на нее и видеть свою жену, которую он любил и трагически потерял.

– Неужели я веду себя как мать? – Клер произнесла эти слова вслух.

Эта мысль ошеломила ее, и она еще глубже, до самого подбородка, опустилась в воду. Отчетливо, как будто это случилось вчера, она увидела свою мать в объятиях Джека Коултера. Клер не забыла, с каким грохотом захлопнула тогда дверь, – этот звук до сих пор болью отзывался в ее сердце.

Клер закрыла глаза, задавая себе в тысячный раз один и тот же вопрос: почему ее мать поддалась искушению, отказавшись от любви такого прекрасного человека, как ее отец, ради флирта с городским донжуаном?

«А чем я сама лучше матери? – спросила себя Клер. – Разве не я вчера осыпала поцелуями совершенно незнакомого человека?»

В спальне перестал звонить телефон, и включился автоответчик. Низкий голос отца пророкотал:

– Девочка моя, позвони мне, когда придешь. Я только что вернулся из Санта-Фе и услышал, что кто-то застрелил Дункана Моррела в «Приюте беглеца». Интересно, что он делал в этом притоне?

Автоответчик отключился. Клер застонала, погружаясь в воду. Отец прав: мотель «Приют беглеца» – действительно самый настоящий притон. Она боялась даже представить, как он отреагирует, если узнает, что она провела там ночь. После перенесенного инсульта здоровье его было подорвано. Если он узнает, что ее подозревают в совершении убийства, то его непременно хватит новый удар!

Клер надеялась, что убийцу скоро поймают и ей не придется ни с кем обсуждать, где и как она провела прошлую ночь. Однако чем дольше убийца будет оставаться на свободе, тем меньше у нее шансов сохранить свою тайну…

В ванной появилась Люси, едва слышно клацая когтями по черному кафельному полу. Золотистый мех ретривера блестел в свете свечей. Эти свечи с ароматом магнолии всегда оказывали на Клер успокаивающее влияние. Она вообще свято верила в эффективность ароматерапии и всякий раз добавляла в ванну сухие лепестки цветов и душистый шампунь.

– Не волнуйся, – сказала Клер собаке, – я не утонула.

Люси дважды прошлась кругом, потопталась на месте и улеглась на белом коврике около ванны, не спуская томных карих глаз с хозяйки. Телефон зазвонил снова, и Клер, которая уже собралась вылезать из воды, вновь погрузилась в нее. Секундой позже на автоответчике зазвучал голос Сета Рэмси.

– Клер, где ты? Я бы позвонил тебе раньше, но был на вилле у Макса Бессинджера.

Клер поняла, почему Сет не зашел к ней сегодня. Когда Бессинджер приезжал в Тоас, Сет бросал все свои дела и обслуживал техасского толстосума.

– Куда ты исчезла прошлой ночью? – с тревогой спросил Сет. – Я ждал тебя сначала у дверей клуба, затем заглянул в зал, но тебя нигде не было.

Клер резко села в ванне, и вода перелилась через край. Все было не так. Да, они договорились, что он будет ждать ее у клуба, но, когда она вышла из туалетной комнаты, его там не оказалось. А чуть позже она увидела Сета у бунгало…

– Почему он лжет? – рассуждала Клер вслух. «Не спеши, – предостерегла она себя. – Возможно, он отправился в „Приют беглеца“, чтобы найти меня. В конце концов, это всего лишь в нескольких шагах от клуба».

– Кстати, это ничтожество Зак Коултер явился на виллу Бессинджера, чтобы побеседовать со мной, – продолжал Сет. – Не представляешь, как это было противно. Он хотел знать, где я был прошлой ночью, когда убили Дункана Моррела. Коултер спросил, были ли мы вместе. Я сказал ему, что уехал домой без тебя.

Клер недовольно хмыкнула. Неужели Сет не мог сказать, что проводил ее до дома?! Теперь Зак непременно уличит ее во лжи. «Дыши… дыши глубоко, – сказала она себе. – Вдохни освежающий аромат в самые глубины легких». Обычно ароматерапия срабатывала, смягчая и очищая ее мысли и душу, но сегодня она не подействовала.

Почувствовав тревогу хозяйки, Люси жалобно заскулила и направилась в комнату. Клер встала в ванне, ожидая, пока вода стечет с тела, и вдруг вспомнила, как Бэм Стегнер утром ввалился к ней в салон. Конечно, Зак предупредил Бэма, но она не была уверена, что тот подчинится его приказу. Хорошо все-таки, что владелец дома установил охранную сигнализацию… Клер уже не раз поминала его добрым словом.

Когда внезапно раздался звонок в дверь, Клер быстро вытерлась полотенцем, пытаясь прогнать из души непонятный страх, натянула широкий махровый халат и, пройдя через холл, осторожно подошла к входной двери.

– Кто там? – спросила она, жалея, что в этой толстой, обшитой досками двери времен испанской инквизиции нет «глазка».

– Зак Коултер, – последовал резкий ответ. – Мне надо срочно с тобой поговорить, – произнес он властным голосом, не терпящим возражений.

Вновь встречаться с Заком Коултером у нее не было никакого желания, но выбора он ей не оставил. Люси, стоя рядом с Клер, повиливала хвостом, повернув морду к двери. «По крайней мере одна из нас рада видеть его», – подумала Клер, набирая код на кнопочной панели, чтобы отключить сигнализацию.