Возвращение к жизни - Мэхелия Айзекс

Дерек повернулся к Кайлу Харлоу.

– А вы с миссис Гловер давние друзья?

– Нет! – вырвалось у Джин прежде, чем Кайл успел сказать хоть слово. – Мы познакомились только что, на пляже, – добавила она, презирая себя за то, что чувствует потребность оправдываться перед Дереком.

Впрочем, надо же мне защитить свое честное имя, мрачно подумала Джин, от души надеясь, что на ее лице отразилось возмущение его бесцеремонностью. В эту минуту двери лифта наконец открылись, и она, что-то невнятно пробормотав им прощание, с облегчением метнулась в кабину.

Двери уже закрывались, когда Дерек неожиданно для всех вскочил в лифт. И нажал на кнопку нужного ему этажа, тем самым помешав Джин бежать. Последнее, что она видела, была потрясенная физиономия Кайла Харлоу. Двери лифта сомкнулись, и Джин оказалась с глазу на глаз с мужчиной, которого боялась и презирала.

– Какого черта?! – воскликнула она.

Но Дерек словно и не услышал. Он с уверенностью, выдававшей его опыт в подобного рода делах, он нажал на кнопку «стоп» и повернулся к Джин.

Когда она увидела его глаза, сердце у нее ушло в пятки. Она отпрянула и вжалась спиной в стену лифта, с безнадежностью осознавая, что бежать некуда. Дерек сделал шаг, навис над ней, упершись ладонями в стену. Джин снизу вверх смотрела на него округлившимися от страха глазами.

– Я… я буду кричать…

Похоже, угроза не произвела на Дерека никакого впечатления. Наклонившись к Джин, он накрыл ее губы своими, и у Джин голова пошла кругом от горячей властности этого поцелуя. Язык его мгновенно и дерзко проник во влажную глубину ее рта. Придвинувшись ближе, Дерек уверенным жестом распустил пояс ее халата и всем телом прильнул к ней, раздвигая колени своим сильным мускулистым бедром.

У нее подкосились ноги. За эти дни Джин почти поверила, что Дерек стыдится показаться ей на глаза, и что она, если найдет предлог отказаться от приглашения на ужин на виллу «Левкадия», не увидится с ним до самого отлета в Штаты. Оказывается, она ошибалась. Появление Дерека в гостинице разбило вдребезги все ее надежды, а теперь Джин поняла, что он и не думал стыдиться. И если только она сейчас не найдет в себе силы отказать ему – она сравняется с ним в бесстыдстве.

Чудом Джин удалось высвободить руку. Отвернувшись, она прижала ладонь к его губам.

– Не надо!

– Почему? – спросил Дерек невнятно, с готовностью, словно так и было задумано, целуя ее ладонь. А потом легко отстранил руку Джин и, как ни в чем не бывало, принялся осыпать быстрыми дерзкими поцелуями ее шею. – Ты же хочешь меня, – выдохнул он, щекоча ее кожу горячим дыханием.

Джин сдавленно всхлипнула и взмолилась:

– Ну пожалуйста, отпусти меня! Это же нечестно…

Лицо ее исказилось от отчаяния, и, хотя Дерека, скорее всего, мало заботили ее чувства, он вдруг разжал руки и отступил.

На миг Джин застыла, потрясенная такой легкой победой, но, когда она, придя в себя, потянулась к кнопке, Дерек заслонил собой пульт.

– Погоди.

– С какой стати? – Джин била такая крупная дрожь, что она втайне удивлялась, как еще держится на ногах. Если только она выйдет из этого проклятого лифта – ни за что больше не останется наедине с Дереком! – Не думаю, что нам есть о чем говорить.

Дерек прислонился к стене кабины и бесцветным голосом осведомился:

– Ты шутишь?

– Нет, не шучу! – Джин вышла из себя. – Ты… ты мне отвратителен! Я сама себе отвратительна! Будь моя воля, я бы в жизни с тобой больше не встречалась!

Дерек окинул ее безмерно усталым взглядом.

– В самом деле?

– Да, в самом деле! – Джин выпрямилась, плотнее запахнув халат. Желание сжигало ее нестерпимым огнем… но с этим она как-нибудь справится. – Не знаю, как это у тебя хватает духу стоять здесь и притворяться, что все в порядке, что можно запросто обманывать девушку, на которой ты собираешься жениться! Ты… ты просто омерзителен!

– Разве я сказал, что все в порядке? – охрипшим голосом спросил он. – Разве я сказал, что не стыжусь самого себя?

Джин слегка опешила.

– А тебе и вправду стыдно?

Горькая гримаса исказила лицо Дерека.

– Кем же ты меня считаешь? – спросил он тихо. – Закоренелым распутником? Любителем самоутвердиться, который прыгает из одной постели в другую? Ну же, не молчи. Давай начистоту.

– Тогда зачем же ты… – Джин судорожно сглотнула.

– Не знаю! – почти крикнул Дерек. – Не знаю, зачем я это сделал! – Он помолчал, остывая. – А впрочем, знаю. Потому что не мог удержаться. Надеюсь, тебя это порадует? После того, как я поцеловал тебя, дотронулся до тебя… я просто не мог остановиться. Вот и все.

Джин недоверчиво покачала головой.

– Это неправда.

– Почему же?

– Да потому что я не из таких! – с силой проговорила Джин. – Я никогда не была тем, что называют «роковой женщиной». У меня нет ни красоты, ни шарма. Я – это просто я! Мне почти сорок лет, у меня несколько фунтов лишнего веса и слишком большие ступни. Мужчины никогда не… в общем, до ночи в отеле нью-йоркского аэропорта я ни разу не спала ни с каким мужчиной, кроме Феликса.

– И что же это доказывает?

– Да все! Мало того, что я для тебя слишком стара, я просто не из тех женщин, которые… которых… – Джин осеклась и продолжала уже спокойнее: – Я не такая, как Шарлотта или, может быть, твоя мать. Я не стройная, не изящная, не модная, не…

– Чушь! – нетерпеливо оборвал ее Дерек. Джин было отпрянула, но он схватил ее за руку и, силой повернув к зеркалу на стене кабины, приказал: – Посмотри-ка на себя! Что ты видишь? Неужели бесцветную домашнюю рабыню, какой ты себя описала? Будь честна с собой, Джин, ты – красивая, страстная, желанная женщина. А возраст не имеет никакого значения. Ты в расцвете своей красоты – прими же это и наслаждайся жизнью!

Джин покачала головой, хотя никак не могла отвести глаз от своего отражения в зеркале. Боже мой, подумала она с изумлением, да ведь это же правда! Женщина, отразившаяся в зеркале лифта, совсем не походила на ту, что Джин привыкла видеть каждое утро в зеркале ванной у себя дома. Чувственные губы, припухшие от неистовых поцелуев, жаркий румянец на обычно бледных щеках… Черт, даже влажные волосы растрепаны с какой-то особенной чувственностью! Распутница, с горечью подумала Джин, самая настоящая распутница. Такого она от себя не ожидала. Это Дерек сделал ее такой… и за это ей следовало возненавидеть его.

Дерек выпустил ее руку и, отступив на шаг, привалился к стене. Повернувшись к нему, Джин окинула его уничтожающим взглядом.

– И как же, по-твоему, я должна наслаждаться жизнью? – гневно спросила она, пытаясь кое-как пригладить бесстыдно растрепавшиеся волосы. – Валяться с тобой в постели?