Неисповедимый путь - Екатерина Соль

рука не дрогнула. Если всё это правда, я избавлюсь от огромного количества проблем. Меня опять уложили, я закрыла глаза, на лоб положили кристал и я начала уплывать в сон. Мне снилась всякая всячина, совершенно бессвязная и не поддающаяся логике.

Глава 6

"Глупость — дар Божий, но не следует им злоупотреблять. " Отто фон Бисмарк

Просыпалась медленно, будто выплывала из тумана, густого и молочного. Постепенно он рассеивался, и я начала чувствовать себя. Начала вспоминать, что было перед тем, как уснула. Но сейчас я была накрыта одеялом. Это сколько же я провалялась? Меня же ждёт Карва! Я подскочила и поняла, что нахожусь там же, где и была — на кушетке, накрытая покрывалом. Сколько сейчас время? Ещё не стемнело, значит, я спала не больше часа, но так хорошо выспалась, что могла бы горы свернуть. Встав, я пошла на вторую половину кабинета, там никого не было, только в углу лежала моя сумка. Бросившись к ней, я сразу начала искать спрятанные деньги. Всё оказалось на месте, и я успокоилась. Подхватив мешок с вещами, я вышла из кабинета.

— Ау, есть кто-нибудь? — громко спросила я, и начала прислушиваться, послышался шум в одной из комнат и вскоре от туда вышел Олмар, если я правильно запомнила его имя.

— Вы уже проснулась? — удивлённо спросил он, — Невероятно! Ваш сон должен был продлиться ещё как минимум сутки! Хотя, вдруг кристал не до конца сработал. Если вообще сработал, надо проверить.

— Я вас понимаю! — стоп, я сказала как-то не так, решила повторить и прислушаться, — я вас понимаю, — на этот раз я сказала по-русски.

— Замечательно! — воскликнул красавчик и так широко улыбнулся, что я забеспокоилась, не лопнет ли его лицо от радости, — Но о делах позже. Вы спали сутки и, вероятно, очень голодны и не откажетесь со мной отобедать?

— А как же би Карва? Она вроде бы обещала мне комнату сдать… — мне взгрустнулось, но ничего страшного, теперь я и сама справлюсь, — буду благодарна и не откажусь от еды, — стараясь не задумываться над тем, что говорю, ответила я.

— Би Карва придёт за вами завтра после обеда. Не переживайте.

Уму не постижимо! Всего-лишь сутки проспав, я выучила язык, хоть и не привычно говорить и приходится отпускать лишние мысли, но это невероятно!

Мы зашли в ту же дверь, откуда вышел Олмар. Она была на той же стороне, что и дверь в кабинет, но ближе к выходу из дома. Там оказалась кухня, она была на столько белоснежная, что у меня началась резь в глазах и я зажмурилась. Медленно открывая глаза, присматривалась. Здесь было длинное окно, оно было вдоль кухонных столов, которые занимали две стены. Одни привычные мне столешницы занимали стену, где окно, а другие как обычные шкафы с дверцами от пола до потолка. В одном свободном углу стоял квадратный стол с двумя стульями. И всё это белое. Как только получается здесь поддерживать чистоту, удивительно.

— Присаживайтесь, будете тонт? — спросил меня Олмар.

— Что, простите? Что такое тонт? — неужели не всё переводится?

— Напиток из магических камней, неужели всё-таки не до конца кристал сработал? — опечалился он.

— Я первый раз слышу о таком напитке.

— Так вот в чём дело! — воскликнув и тут же задумался, — но как же? Все знают про тонт! Или вы…? — не договорив, он выпучил свои янтарные глаза и посмотрел на меня с восторгом.

— Что я? — неужели я себя выдала и он что-то заподозрил. Чëрт, надо больше молчать! Вот кто меня за язык дёрнул спросить, что это. Сказала бы, не буду и всё тут. А вдруг тут сжигают на костре таких как я или пытают. А может будут изучать, как лабораторных крыс!? Я впала в панику. Меня замутило, воздух вокруг меня заколыхался. Видя, что со мной происходит, Олмар запричитал.

— Тихо, тихо. Всё хорошо, если вы и правда не отсюда, то вам не о чем беспокоиться. Таких существ охраняет закон!

— Существ!? — в ужасе воскликнула я.

— Простите, не так выразился, просто к нам попадают не только люди. — не успела я себе что-то напридумать, как он постарался меня успокоить.

Получается, я не одна такая? И вероятней всего, меня могут отправить назад. Как же я рада! Вернусь домой, расцелую все близких, закатим праздник, и больше я никуда не поеду, никогда!

— Вы не сможете вернуться, — сказал, как отрезал.

Сердце пропустило удар, но мозг не сдавался ищя способ.

— Почему? — просипела я.

— Наш мир впускает, но не выпускает назад. Некоторые иномирцы пытались вернуться, но их знания о телепортации здесь не работают. Всё, чего они добились — это смерти. При перемещении поле нашего мира сбивает настройки, и перемещение происходит в любой точке планеты. Об этом мы узнали от пары выживших, им повезло больше остальных. Один переместился в десятке метров от земли, другой посреди города, а остальные пропали безвести.

— Ясно, — мне отчаянно хотелось кричать и плакать, но я лишь села на стул и уставилась в одну точку. Перед глазами мелькала вся жизнь. Слёзы навернулись сами по себе, беззвучно плача, я понимала, что я зарание была к этому готова. Какова вероятность вернуться? Если бы такое было, то на нашей планете я бы была не одна такая. Кто вернулся, и об этом знали бы все.

— Я должен был вам сказать, если бы медлил, потом было бы хуже, — извиняющимся тоном сказал он.

Перед мной появилась кружка с чем-то горячим и вкусно пахнущим. Напиток был зеленоватым, напоминал зелёный чай.

— Это тонт и капелька успокоительного. Выпейте, вам станет легче и перекусите, разговор предстоит долгий. Завтра за вами придёт би Карва. Надеюсь, к тому времени мы успеем уладить все дела.

— Спасибо, — аппетит пропал, но я понимала, что мне нужно поесть. Зачем печалиться, всё худшее к лучшему. Значит, зачем-то я здесь нужна. Вспомнив своих детей, о том, что пропущу их свадьбы и рождение внуков и больше никогда не обниму Евгешу, слёзы полились с новой силой, и слова утешения, котрые я повторяла как мантру, плохо помогали.

Когда я допила тонт, то почувствовала, что мне стало легче. Слёзы закончились, а по тело прошла волна спокойствия, оставляя после себя лишь грусть, но не горькую и жгучую, а радостную и напоминающую, что все те, кто мне дорог, живы и здоровы. А остальное пройдёт.

Олмар поставил мне тарелку с рагу. Оно было из ярко жёлтой картошки и белого мяса, напоминающего курицу. Там было много зелени, которую я не