Вой Фенрира (СИ) - Максим Бондарчук

- Маккловски, время.

Боец вскочил со стула.

- Час тринадцать до закрытия коридора.

- Возьми троих бойцов и сходи посмотри что там с радиовышкой, только будь осторожен, ученые отправили сигнал о помощи через общую сеть, а это значит, что «рубикон» мог их услышать. Если она в порядке, будем вызывать «слона».

Несколько бойцов сразу встали со своих мест и, надев на ходу шлемы, быстро вышли на улицу.

- Информация будет готова через полчаса, а до этого времени, бойцы, будьте наготове, велика вероятность контакта с противником.

Договорив, я стал одевать шлем.

- Что с тобой, ты как-будто призрака увидел. – голос Стива возник в общем канале.

- У меня плохое предчувствие, Дженкинс. Времени в обрез. Если все получится: добудем информацию, дождемся транспорт, то времени, чтобы подобрать Купера у нас не останется. Капитан корабля не псих, он не станет подбирать убитых и раненых посреди снежной бури, свалившей до этого другой транспорт. Инструкция не позволит, да и жизнь ему дороже.

- Значит нужно сосредоточиться на выполнении задания, кэп. Выбор плохой, но его надо сделать.

Мысли вновь роем стали летать у меня в голове. Я никогда не бросал раненых, если был хоть малейший шанс на их спасение. Это был мой принцип, которому я следовал всю свою сознательную жизнь, но сейчас все было против меня. Рисковать всем: живыми солдатами, информацией, транспортом, чтобы постараться спасти нескольких раненых, которые уже, наверняка, мертвы, было верхом безрассудства. Разум и логика вторили Дженкинсу и его словам, но что-то внутри меня сопротивлялось трезвому рассудку и отчаянно кричало об обратном.

- Нужно попробовать, Стив, так будет…

Не успел я договорить, как в воздухе послышались выстрелы. Громкие, словно стреляли из чего-то тяжелого, они появлялись в самых неожиданных местах. Короткие очереди, сменяя одна одну начали доноситься с другой стороны лагеря. Вскочив со своих мест и похватав оружие, солдаты бросились на улицу. Здесь, в окружении заледеневших валунов гремела стрельба. Рассекая воздух, пули, словно сверчки, пролетали с неимоверной скоростью над головами солдат и упав на снег, впивались в него как пиявки.

- Контакт… нужна поддержка!! – голос Маккловски появился в канале и тут же пропал.

Выбежав наружу, я направился к вышке, где в это время находились солдаты. Огонь велся с нескольких позиций, и вышка находилась как раз на пересечении огневых точек. Поливая огнем, противник не давал бойцам поднять головы. Солдаты прижимались к земле и заледеневшим конструкциям так сильно, как это было возможно, но огонь был слишком интенсивным.

Я осмотрел все вокруг и тут же увидел несколько солдат, засевших за небольшими возвышениями.

- Дженкинс! Две позиции справа!

- Вижу, капитан, они скоро замолкнут. – тяжелый голос Стива донесся из канала. Отделившись от основной части батальона, он, пригнувшись, направился к позиции противника. Огибая прилегающие валуны и прячась от вражеского глаза, он приближался к месту, где засел противник. Его силуэт становился все менее заметным, пока вовсе не пропал в темноте ночи.

Дальше двигаться нам было не безопасно, иначе мы рисковали попасть в туже ловушку, что и Маккловски с солдатами. Засев за небольшими валунами, мы стали дожидаться, когда главные позиции противника перестанут стрелять. «Визоры» отчетливо давали картину происходящего: несколько групп противника по два человека окружили наш лагерь и ждали удобного момента для начала атаки и, судя по всему, ждали уже давно. Вскоре, за небольшим пригорком, где, окопавшись, находился пулеметный расчет, появилась черная фигура. Набросившись сзади на первого, она быстрым движением обхватила его шею и, дернув в сторону, вывернула голову на бок. Солдат упал там же, где и стоял. Затем, схватив упавшее оружие, с огромной силой обрушила его на затылок второго солдата. Нанося удары с такой силой, он буквально раскрошил его шлем, а после, подняв ногу, нанес ею удар в открытое лицо упавшего противника. Все продлилось не больше нескольких секунд, но этого было достаточно, чтобы расчет был полностью уничтожен. Завершив начатое, темная фигура исчезла так же быстро, как и появилась.

- Маккловски! Маккловски, доложи обстановку!

В канале послышалось тяжелое дыхание, сменяемое неразборчивой речью и руганью.

- Мы…. есть раненые… у нас… необходима помощь… тело ученого…

Потом наступило молчание. Я еще несколько раз попытался связаться с группой, но ответа так и не получил. Нужно было что-то предпринять. Под таким огнем они могли долго не продержаться. Взглянув еще раз в сторону вышки, я вдруг увидел огромную тень, которая быстро приближалась к нам. Сделав резкий рывок, она ушла в бок в сторону главных сил противника. Через несколько секунд, со стороны вражеских огневых позиций, откуда по нам велась стрельба, послышались истошные крики и беспорядочная стрельба. Трассеры взлетали в воздух и в бок, находившиеся там солдаты, стреляли в разные стороны и пытались поймать неведомого противника в прицел. Но пули уходили в пустоту, освещая окружающую местность огнем своих выстрелов. Когда боезапас был исчерпан, в воздухе послышался громогласный рык, после которого выстрелы со стороны огневых точек прекратились окончательно.

Глаза лихорадочно рыскали по всему прилегающему пространству, а руки железной хваткой сжимали рукоять оружия. Сердце билось так сильно, что было готово выскочить наружу и оставить своего хозяина. «Визоры» были настроены на максимально возможную четкость, но неизвестный противник пропал из поля зрения даже таких мощных приборов. Солдаты молча переглядывались. Никто толком не понимал, что произошло и поэтому не решались что-то произносить в канал. Сделав неловкое движение в сторону, я стал медленно продвигаться вперед. До вышки оставалось несколько десятков метров, но уже сейчас я смог увидеть, что там произошло. Лежа под накрытием металлического листа, несколько солдат держали оружие наготове и осторожно поглядывали по сторонам. Кровь струилась из груди одного из них.

- Маккловски, ты слышишь меня.

- В-в-ы видели это, капитан. – дрожащий голос бойца робко просочился в общий канал.

Я подошел к нему и стал осматривать всех солдат. Двое были живы, но вот ни в какую не хотели выходить из своего укрытия. Страх, который так и веял от них, не давал им сдвинуться с места и напрочь сковал их движения. Третий был тяжело ранен и доживал свои последние минуты. Огромная дыра зияла из его груди. Кровь была повсюду. Показания датчиков на его броне неумолимо двигались вниз, где вскоре окончательно остановились на отметке «0». Он умер, и сделать было уже нечего. Схватив напуганного Маккловски, я вытащил его из укрытия и стал тянуть в сторону лагеря. Упираясь ногами в снег, он сопротивлялся и пытался вырваться. И в тот момент, когда это уже могло случиться, сзади подоспел Дженкинс, который схватив бойца, со всей силы ударил его по шлему.

- Успокойся, твою мать! Возьми себя в руки и давай дуй к остальным. Ты боец-«регуляр», и раз ты прибыл к нам в распоряжение, будь добр выполняй приказы.

Дальше послышался длинный ряд нецензурной брани, которая смогла вернуть «регуляра» с небес на землю. Остальные бойцы, видя как настроен Дженкинс, тут же повыскакивали из укрытия.

- Да… да. Вышка в порядке… Она… она способна принимать сигналы… Черт, что это было?

- Отставить разговоры. Ноги в руки и бегом все в лагерь. Я буду замыкать.

Подняв оружие перед собой, они быстро побежали в лагерь. Я шел за ними, но странное чувство, будто кто-то наблюдает за мной, не покидало меня. Я оглядывался, но в кромешной темноте этой морозной ночи, где любое движение могло стать последним, ничего нельзя было разглядеть. Наконец, когда все бойцы собрались в одном месте, мы смогли немного отдышаться. Засада была неожиданной, никто не мог предположить, что это произойдет прямо здесь, у самого лагеря. Но мы совершили ошибку, мы недооценили противника и за это поплатились жизнями солдат. Теперь это было уже не важно, главное, что информация спасена и вышка была способна вызвать транспорт на спасение.

- Прогресс копирования – чуть ли не крича, сказал я, войдя внутрь лагеря.

- КОПИРОВАНИЕ ЗАВЕРШЕНО. Я ВКЛЮЧИЛ ВСЕ МОЩНОСТИ, ЧТОБЫ УМЕНЬШИТЬ ВРЕМЯ ОЖИДАНИЯ.

Отличная новость, теперь надо было убираться отсюда.

- Маккловски, время!

Но он молчал.

- Маккловски, время, черт бы тебя побрал!!

Немного придя в себя, он стал лихорадочно подбирать слова.

- Э-э … сорок шесть минут, капитан.

- Вызывай «слона» и по возможности соедини меня с генералом. Остальные будьте готовы для экстренной эвакуации.

Обогнув все помещение, я направился к пульту связи. Включив питание и создав все условия для бесперебойного соединения, я стал ждать. Молчание было недолгим, вскоре, где-то в глубине динамиков послышался голос Свиридова.