Три Остапа - Эдуард Велипольский

Игорь Васильевич махнул рукой и быстро направился к входным дверям.

Их квартира находилась на третьем этаже, поэтому обычно все спускались пешком по лестнице.

Он дошёл только до половины пролёта и увидел на площадке между вторым и третьим этажами светло-фиолетовый цилиндр. Внутри его, как и следовало ожидать, находились Остап Геннадьевич и Владимир Дмитриевич.

Они молча смотрели на Игоря Васильевича. Наконец первым заговорил Журавлёв-Осокин.

– А зачем ему стирать память? – спросил он Чудилна, не отрывая взгляда от Лодочкина – Что он может сделать плохого? Чем он может навредить или испортить? Ты знаешь что такое "Теория струн"? – последний вопрос был адресован Игорю Васильевичу.

Тот вскинул брови, пожал плечами.

– Струны, знаю, а теория… не очень…

– Ну, вот… – как бы даже обрадовался Владимир Дмитриевич.

– А что говорят по этому поводу ваши теории и инструкции? – строго спросил Остап.

Журавлев-Осокин тяжело вздохнул.

– В этом вопросе наши инструкции котегоричны – перемещённым из прошлого память удаляется однозначно. Но по-моему они не всегда исполнялись или исполнялись не полностью. Вот у вас есть астрологи, предсказатели, экстрасенсы?

– Хватает…

– И что, их предсказания никогда не исполнились?

– А я даже не знаю… А у вас они есть?

– У нас дело уже в другом: если любого человека ввести в состояние глубокого гипноза, то он выдаёт настолько фантастическую и невероятную информацию, что серьёзно относится к ней просто невозможно. Там какая-то смесь из прошлого настоящего и будущего. И тем не менее, некоторые события из реальной жизни, хотя этот процент ничтожный, подтверждаются. У нас говорят что это кодированная информация, поэтому мы её не понимаем. Вообще-то область подсознательных связей человека находится в процессе изучения, поэтому информации мало, всё засекречено. Я просто говорю, что Игорь Васильевич, почти всё время находился под хорошей временной растяжкой. В реальности практически ничего не изменилось.. Может оставим "пророка в своём Отечестве"? Какие там произошли знаменательные события в его времени?

Остап наклонил голову, напряжённо вспоминая.

– Кажется, конфликт в Украине… – неуверенно произнёс он, переводя задумчивый взгляд на Игоря Васильевича – Но ему же никто не поверит. Примут за психически нездорового человека. Нет, лучше не надо…

– Ну, тогда конечно… – согласился Владимир Дмитриевич.

Мощная, белая вспышка ослепила Игоря Васильевича.

Первое время он думал, что висит в воздухе. Когда ноги, наконец, коснулись твёрдой поверхности, его повело в сторону, и он схватился рукой за перила. Постепенно перед глазами стала проявляться картина того места где он находился: подъезд, лестничный марш, исписанные стены, серое стекло в оконной раме. И больше никого и ничего. Ему казалось, эта вспышка выбила из сознания какие-то очень важные воспоминания о только что произошедших событиях, и теперь эти воспоминания, поднятые в воздух ударом вспышки, медленно кружили возле его невидимым, невесомым шлейфом и казалось, и он надеялся, и ждал этого, что они "успокоятся и сядут на место". Но он напрасно ждал. Их словно унесло порывом ветра. Унесло безвозвратно и окончательно, как сигаретный дым, оставивший после себя лишь специфический запах, исчезновение которого в безмерном пространстве Вселенной, всего лишь вопрос времени. Так оно и случилось: как ни ждал Игорь Васильевич, но воспоминания к нему не вернулись. Он осознавал лишь только то, что сейчас идёт в магазин за автоматическими пробками.

Проснувшись на следующее утро, Игорь Васильевич ощутил в себе какие-то странные и удивительные перемены: у него появилось стойкое равнодушие к алкоголю.