'Фантастика 2024-146'. Компиляция. Книги 1-24 - Антон Дмитриевич Емельянов

Громов- хотел высказать своему начштабу, всё, что он думает о его самоуправстве, но осекся. Демонстрация прошла успешно…

Сразу после выхода из боя, Громова вызвали в штаб тринадцатого армейского корпуса, к генералу Бородулину. Поздоровавшись, генерал кивнул полковнику на стул напротив его, рабочего стола.

— Садись, Громов. В ногах правды нет. Как там твоя двадцатая танковая?

— Неплохо, господин генерал — лейтенант…Но измотана, до предела и потери — тяжелые. Люди с ног валятся, ГСМ и боеприпасы — на исходе.

— Знаю, знаю…Но война, Громов, это не учения… Без потерь — никуда. Есть к твоим орлам и тебе лично, одно интересное предложение. Рискованное, черт возьми, но если все срастется- эту компанию мы закончим за пару недель. Потом будем пить немецкое пивко…Прямо в пивоварне. Заодно отдохнете, дня три…

Громов — превратился в слух.

— Значит так, Громов… Всю технику, прячешь в лесу. Личный состав — выводишь в Кельце. Технику маскирует специальный батальон, какими то новыми материалами. Говорят — только что из Москвы самолётами перебросили. Так же сюда стягивают два штрафных батальона. Они будут изображать вашу бригаду.

— Господин генерал. если это вскроется, наше расположение сметут одним ударом. Как в тире..

— Знаю! А вскрыться это не должно. Понял Громов?!.. Сидеть тихо как мышки, не звучать никак…Вообще никак. Даже кухни полевые — забудьте.

— Но американцы же, не круглые идиоты! Господин генерал..! Спецназ пустят.

— Молодец Громов. Верно мыслишь. Сейчас я тебя с одним человеком познакомлю. Как раз на вопросе диверсантов — специализируется.

Человеком- оказался бритоголовый крепыш, с пятнистым беретом зажатым в кулаке и погоном полковника на клапане. Портрет дополняли сломанный нос и шрам на левой щеке. Красавчик, ничего не скажешь..

— Полковник внутренних войск — Маслов. Представился крепыш и протянул руку.

— Прибыл на Западный фронт для обеспечения противодиверсионных и противопартизанских мероприятий в тылу действующей армии. И не только в тылу.

— Кавказец? Спросил Громов

— Есть немного. Ещё в Крыму успел повоевать.

Бородулин подошёл к интерактивной электронной карте и кивнул на неё обоим полковникам

— Нужно перекрыть вот этот квадрат, Маслов и ещё два — здесь и здесь…Создать завесу от проникновения разведывательных групп противника.

Маслов, долго стоял перед экраном, нервно поигрывая желваками.

— Сделаем, господин генерал-лейтенант. Со мной прибыло пятьсот человек, каждый — стоит троих. Развернём секреты, пустим пешие патрули, плюс посты скрытого наблюдения. Мышь не проскочит…

— Будем надеяться. Поймите, господа офицеры. В случае провала маскировки и обнаружения наших войск — отвечать будем все. Головой.

Через десять часов, Громов лично наблюдал, как искусно загримированные под "барсы",с помощью пластиковых каркасов и вставок, старенькие Т-72 демонстрационного штрафного батальона, колонной уходили в направлении на восток. Туда же, на восток, ушли девять десятых его бригады. Что бы растворится в массе тыловых и запасных подразделений. И ждать сигнала.

Замысел командования Западного фронта, был таков — пропустить контратакующий третий американский корпус, вместе с немецкими и британско- голландскими контингентами, ближе к Варшаве. Затем ударить во фланг прорвавшейся группировке.

Но перед этим, ВВС собирались применить Х-555 с экспериментальной боевой частью. Воздушный электромагнитный импульс, точнее, целая серия, должны были вызвать паралич системы управления и связи Верховного Командования НАТО. Нескольких часов, а может и суток хаоса, хватит, что бы нанести по наземным силам союзников сокрушительный удар. От которого они уже не оправятся.

— В США, полный абзац. Лос-Анджелес — оставлен первой дивизией морской пехоты. Город во власти мятежников. Феникс- сожжен и разграблен, там властвуют мародёры и уголовники. Вспыхнули Алабама, Луизиана и Флорида. В первых двух штатах- восстали негры, во Флориде — кубинцы. Сводят с друг- другом счеты. Массовые беспорядки в Чикаго, Новом Орлеане, Луисвилле. Бородулин выпустил в потолок толстую струю дыма.

— Они на пределе, господа. Серьезное поражение в Европе, разгром лучших сил здесь — похоронит Америку. Не будем забывать про Китай.

— Это правда, господин генерал? С Китаем — все серьёзно?

— Серьезней некуда, Громов. Но всё решится здесь, на Западе. У нас — один шанс, его надо использовать. Провал здесь, господа — поставит точку на нашей истории.

Утром 11 августа, вся огневая мощь третьего армейского корпуса, авиации союзников, обрушилась на две гвардейские механизированные бригады. Тридцать вторую и шестую. Первые четыре часа русские отчаянно сопротивлялись, но затем оборона первого гвардейского корпуса была прорвана.

Громов, подняв голову внимательно слушал ближнюю артиллерийскую канонаду. За последние четыре часа, грохот сражения приблизился к Олесно.

— Давят, суки. Не дай бог про нас прознают. А мы здесь…сидим как в ловушке.

— Не по себе, Слепнёв?

— Ага. Я не трус, комбриг, но чувствовать кожей свою беззащитность — крайне неприятно. Если Маслов недоработает..

— Думаю, сигнал будет скоро. Уже почти трое суток сидим, должно начаться.

Спустя пять часов после начала наступления союзных сил, четырехзвездному генералу Марку Уолту, стали поступать первые донесения о странном поведении русских. Недавно принявший верховное командование над союзными силами НАТО в Европе и EUCOM из рук тяжело контуженного Беркли, Уолт, тут же столкнулся с целым валом проблем, захлестнувших его с головой, словно океанская волна. Ему постоянно трепали нервы европейские генералы, устраивали истерики политики. Из Вашингтона требовали немедленно — "переломить ситуацию", "перехватить инициативу", "нанести сокрушительное поражение",ссылаясь на тяжелую политическую обстановку внутри США. Естественно, в такой нервной обстановке, Уолту было не до сообщений о пропаже нескольких разведывательных отрядов "зеленых беретов" в лесах за Вартой.

— Сэр, русская авиация возвращается на аэродромы. Начат отвод тыловых подразделений. Они бегут..

— Отлично, отлично… Пробормотал Уолт не отрывая взгляд от огромной электронной карты обстановки.

— Думаю, они бегут, генерал Неринг! Американец, повернулся к хмурому немцу стоящему рядом.

— Что- то раньше за ними такого не замечал, герр Уолт. Три дня назад — они предпочитали драться как черти. Насмерть.

— Три дня назад, они ещё не знали, что китайцы собираются огреть их по затылку. Три дня назад, флот не почивал двумя сотнями "Томагавков". Чем быстрее русские уберутся из Польши — тем быстрее всё закончится. Думаю сейчас, диктатор Стрельченко — чувствует себя Саддамом или Гитлером..

Упоминание о Гитлере, на Неринга — впечатления не произвело, но спорить с главкомом он не стал. В конце — концов, американцы несут на своих плечах всё тяжесть этой войны.

На высоте более сорока километров, восемь крылатых ракет Х-55, выпущенных огромными, скользящими в пространстве "стратегами" Ту-160, одна за другой превратились в яркие огненные шары, мало чем уступающие естественному светиле. Чудовищный всплеск энергии выжег микросхемы у десятка спутников, висящих на низкой орбите, затем, отраженный молчаливыми звездами, рухнул на вниз, словно нож