Рейс 712 - Юлия Узун

Тогда у меня есть идея, – сказал он с тёплой улыбкой. – Загладь её ужином со мной. Я угощаю.

Ава приподняла бровь, взгляд заискрился.

– Ужином? Ты уверен, что это подходящий способ загладить вину?

– Абсолютно. Иначе я буду считать, что ты всё ещё винишь себя за случившееся.

Она сделала шаг к чемодану, застегнула молнию и, что наклонив голову, ответила:

– Когда прилечу, дам ответ.

– Это обещание? – пытался уловить её настроение Стив.

Ава улыбнулась своей лёгкой, чуть дерзкой улыбкой, затем пошла к двери.

– Это вызов, Стив. До скорой встречи!

И, оставив его в легком замешательстве, Ава вышла в коридор, уверенной походкой направляясь к рейсу.

Новый полёт – новые перемены. Это то, чем жила Ава. Она не откажется облаков, даже если придётся сотню раз пройти врата времени.

***

Стадион взорвался аплодисментами, когда первые аккорды новой песни композитора Томми и вокалистки Насти прорезали воздух. Свет прожекторов скользил по лицам зрителей, отражался в радостных глазах. Царила атмосфера настоящего праздника. Дебби Сизон сидела достаточно близко к сцене. Её за руку держал Янис, с которым у них бурно развивались отношения. Их обоих переполняла тихая гордость за ребят.

Дебби знала, какой путь они прошли – от той роковой истории с рейсом 712 до сегодняшнего триумфа. Её собственная жизнь тоже изменилась, благодаря книге о таинственном перелёте, которую она написала буквально за месяц. Она принесла Дебби славу, имя, уважение коллег. Но сейчас она чувствовала себя не знаменитой журналисткой, а просто человеком, счастливым видеть чужую победу.

Дебби уже знала: завтра в её колонке появится статья о восходящих звёздах Насте и Томми – ярких, смелых и свободных.

После выступления они встретились за кулисами. Дебби обняла Настю и Томми по очереди. Они сияли, словно сами прожекторы пытались угнаться за их улыбками. Они радовались, делились впечатлениями.

Но случилось непредвиденное. За сценой замер ведущий вечера, схватившись за грудь. Кто-то подхватил его за руку. Закричали организаторы, зашуршали рации, суета накрыла залу.

– Что происходит?! – Настя в испуге посмотрела на Томми.

Никто ей не ответил. Секунды тянулись мучительно. Музыка стихла, публика замерла в ожидании. Паника вот-вот готова была вспыхнуть и среди зрителей.

Янис вышел вперёд.

– Дайте микрофон, – твёрдо сказал он, и в его голосе звучала уверенность. – Надо спасать шоу, пока вы спасаете человека.

Организаторы переглянулись, но кто-то всё-таки протянул ему микрофон.

Янис вышел на сцену спокойный, собранный, с тем блеском в глазах, который не горел с тех пор, как самолёт перенёс его в будущее. Его голос звучал уверенно и тепло:

– Друзья, с нашим ведущим всё в порядке, ему сейчас помогают врачи. А пока позвольте мне продолжить этот вечер. С вами Янис Поровски!

Толпа взорвалась аплодисментами, многие поднялись со своих мест и громко приветствовали легенду. Янис вёл программу легко, словно никогда не покидал сцену. Его шутки разряжали напряжение, слова ложились в зал, как родные.

Организаторы переговаривались между собой.

– Это тот самый Поровски, который исчез в 2005 году?

– Ничего себе он сохранился!

– Может, гены?

– Мне нравится его профессионализм. Посмотрите, он их покорил!

Дебби, наблюдая за всем этим из-за кулис, чувствовала, как сердце переполняет гордость. Кажется, её Янис возвращается к самому себе, к любимому делу, которое делало его живым.

Настя и Томми покидали стадион, всё ещё оглушённые ревом толпы, и пересекали тёмный залитый огнями Нью-Йорк. В машине царила уютная тишина. Томми приобнял Настю, а она прильнула к нему.

– Я счастлив, – тихо сказал он. – Столько всего хорошего произошло. И знаешь что? Мне позвонил Джеймс.

– Твой брат?

– Угу. Он попросил за всё прощения. Мне кажется, он и сам теперь пытается жить по-другому.

Настя посмотрела на него с лёгкой улыбкой, в её глазах теплилась надежда.

– Это важно. Значит, даже самые сложные пути можно повернуть.

После недолгой паузы Томми кивнул и поцеловал её руку.

– А Антона всё-таки осудили. За покушение… – Настя помолчала, как будто взвешивала свои слова. – По российским законам это серьёзно. Дадут лет десять, а может, и больше.

– Не думай об этом. Антон сам виноват. Им не управлял самолёт, это было его глупое решение. – Томми посмотрел в окно, кудрявая чёлка закрывала его лоб. – Главное, что всё позади. Пусть каждый теперь получит своё, а у нас впереди только жизнь.

– И слава, – усмехнулась Настя.

– Да, слава и любовь.

Они подъехали к ресторану. За окнами тянулся живой, дышащий Нью-Йорк. Свет фонарей отражался в лужах, такси проносились мимо, небоскрёбы мерцали огнями, будто город тоже подслушивал их разговор.

Настя повернулась к Томми и загадочно улыбнулась:

– Всё, что ни делается, к лучшему.

И Нью-Йорк, огромный и шумный, «поддакивал» этой уверенности, открывая перед ними новые дороги.

***

– Тихо, подожди, не открывай. Сначала я вытащу Смоки из его корзинки.

Лорен начала возиться с переноской, а Альберт сунул ключ в новенький замок. Смоки осторожно переступил порог и пошёл по паркету, нюхая углы и заглядывая в каждую щель. Лорен рассмеялась.

– Ну вот, хозяин прибыл. Теперь можно и нам.

Они внесли коробки и, оставив их в прихожей, прошли внутрь. Просторная комната встретила их пустыми стенами и запахом свежей краски. Лорен уже начинала представлять, где будут стоять шкафы и полки, какой диван выбрать, и какой оттенок штор добавить к их будущему дому.

– Здесь точно нужен большой книжный шкаф, – задумчиво сказал Альберт, указывая на стену у окна.

– А здесь – мягкий уголок, чтобы устраивать посиделки с Кларой, Настей и Эшли, – добавила Лорен. – Представляешь, как уютно будет после свадьбы?

Они переглянулись и улыбнулись.

– Кстати, – Лорен обвила шею Альберта руками и они задвигались в медленном танце под немую музыку, – я предложила Дэне стать моей подружкой. Она поддерживала нас всё время. Я хотела бы её отблагодарить. И… нам надо бы найти ей жениха!

– Отличная мысль, Лори. Дэна тоже должна стать счастливой, и я искренне этого хочу.

– Поэтому думай, кто мог бы стать ей подходящей парой, – шепнула она, лукаво подмигнув.

Смоки запрыгнул на подоконник и мяукнул. Затем уютно устроился там, как будто чувствовал: это место принадлежит ему.

***

На стол Хьюго Пено легла пухлая папка с аккуратно пронумерованными листами.

– Здесь всё, – сказала Нонна Дерлинг с улыбкой. – Я провела сравнительный анализ: до