На перекрестках фэнтези - Кирилл Берендеев

— И как же зовут этого страшного для всех, кроме тебя, чародея?

— Кырц. Его зовут Кырц. Хотя не помню никого, кто в здравом уме хотел бы пригласить его на чай.

— Спасибо тебе, феечка, теперь-то с именем я враз его сыщу.

— Чего искать-то? Ты езжай себе по той тропинке, что за дубом начинается. К утру из леса выберешься, ну а там ищи заброшенную дорогу в чистом поле. Она тебя прямо к его замку выведет.

— Вот спасибо, — просиял сэр Роан, — очень ты мне помогла. Даже и не знаю, как тебя отблагодарить.

— Да ступай, чего уж там, — отмахнулась феечка, спустившись с рыцарской руки на землю. — Чего с тебя взять, при твоих-то размерах? Был бы ты поменьше ростом, вот тогда сумел бы оказать ответную любезность даме. Поклонившись, рыцарь вырулил на узенькую тропку, прятавшуюся за неохватным дубом. Он уже почти исчез из виду, скрытый ветками кустов и невысоких молодых деревьев, когда из-под чертополоха донеслось ворчанье феечки:

— Люди, люди, ну какие же вы глупые, сами никогда не догадаетесь, все-то вам напрямую сказать надобно. Эй, ты! Рыцарь! У тебя вино с собою есть?

Роан только кивнул в ответ.

— Так в благодарность хоть глоток оставил бы для дамы, чтоб бедняжке было чем опохмелиться.

Почти совсем заросшая тропинка, в которой без подсказки трудно было угадать заброшенную много лет назад дорогу, привела к приземистому замку из черного камня. Последними и, судя по всему, единственными людьми, которые когда-либо ей пользовались, были строители. Конечно, если это сооружение возводили человеческие руки, а не заклинания.

Ворота сами распахнулись. Без скрежета, бесшумно и степенно опустился мост. Заросший высохшей травой и низкими кустами ров, похоже, никогда не использовался по назначению.

Роан пустил коня неспешным шагом. Стук копыт стал неслышен, лишь только конь ступил на мост. Звук словно исчезал, не долетая до ушей.

Через открытые ворота рыцарь въехал на широкий круглый двор, пустой, как площади далеких южных королевств в полуденное время. Осмотрелся. Кругом только стены, стены, башни и никаких дверей и окон. Замок неприступен как снаружи, так и изнутри.

— Добро пожаловать!

Роан аж в седле подпрыгнул. Только что здесь никого не было — и вот, пожалуйста, стоит посреди двора человечек в черной одежде, толстенький, приземистый, как этот замок.

— Рад вас приветствовать, сэр Роан Шипастый Конь. Добро пожаловать!

— Откуда вы меня знаете, милостивый государь? — опешил рыцарь. — Что за путешествие мне в этот раз досталось удивительное? То ни одна душа как рыцаря не признает, то прямо с порога называют полным именем.

— Работа у меня такая, господин рыцарь, все знать.

— Да неужели все?

— Все не все, но многое.

— Что же за работа, милостивый государь, у вас такая? И как вас зовут? Неудобно как-то, вы-то мое имя знаете.

— Волшебник я, если хотите, чародей, колдун, маг. Черный, разумеется. А имя мое — Кырц. Или вы ждали встретить здесь кого-нибудь другого?

— Честно говоря, не думал, что вы будете встречать меня лично.

— А кого прикажете послать навстречу? Слуг я в замке не держу. Сами понимаете, людишек сюда не то что калачом, а даже златом не заманишь. Вы ведь уже знаете: они боятся даже имя мое вслух произнести. При встрече же едва успеют охнуть перед тем, как в обморок упасть. Какая польза от слуги, который лишь глаза откроет, снова рухнет как подкошенный.

— А демоны? Или живые мертвецы? Я слышал, они часто служат черным магам.

— Надоели, уж поверьте мне, молодой человек. Все эти демоны с ходячими скелетами просто смертельно надоели. Первые строптивы, ждут момента, только чтобы сделать пакость. Глаз да глаз за ними нужен, целый день на нервах.

Кстати, ночью тоже расслабляться не советую — съедят. А мертвецы, — круглое личико мага скривилось в гримасе, — омерзительно глупы и очень, очень дурно пахнут. Какие, бы заклятия ни изобретались некромантами, в результате получается вонючее и неуклюжее создание, которое все пачкает, ломает, путает, роняет и совершенно не способно на самостоятельные действия. Так что со временем я понял: если хочешь что-то сделать хорошо, то сделай это сам. Ох, что-то я излишне заболтался. Вы должны простить мне эту маленькую слабость-гости слишком редко бывают у меня. Так хочется поговорить. Звереешь, знаете ли, в эдакой глуши.

— Мне кажется, что именно вы приложили руку к тому обстоятельству, что вся эта местность пребывает в запустении.

— Что тут поделать — издержки профессии. Но что это я вас держу, можно сказать, в дверях. Пойдемте в дом, обсудим ваши проблемы за бокальчиком вина. У меня есть очень редкие сорта. Клянусь рогами всех чертей — они не могут не понравиться.

— Мои проблемы? — обалдело переспросил Роан.

— Разумеется, ваши. Ведь не просто так вы заглянули ко мне в гости. Конечно, было бы довольно лестно думать, что хоть кто-нибудь способен заскочить ко мне без повода, просто так. Увы, я реалист. Ох! Да что ж я все болтаю! — спохватился Кырц. — Покинем этот душный двор. Оставьте здесь коня и следуйте за мной. Не бойтесь, добрый Роан, ничего с ним не случится. По крайней мере не раньше, чем с вами.

Маг повернулся к рыцарю спиной и двинулся к широкому проходу, появившемуся в крепостной стене. Все еще недоумевающий Роан спешился и двинулся за ним, втайне побаиваясь, что стена сомкнётся за спиной у колдуна, опять оставив рыцаря с конем посреди двора, из которого нет выхода. А дальше время и солнце совершат работу палача. Гладкий камень стен навряд ли удалось бы одолеть какому-либо человеческому существу.

Маг будто бы не шел по полу, а катился, словно шарик. Роан сумел нагнать его лишь у подножия почти неосвещенной лестницы. Они поднялись на второй этаж, где очутились в галерее, во всю немалую длину которой протянулся ряд картин. Это сплошь были портреты. Самые разные люди взирали на рыцаря — мужчины и женщины всех возрастов в богатых и бедных одеждах: в камзолах и в латах, в плащах и в лохмотьях или совсем обнаженные. Одно объединяло их. На лицах не было хоть мало-мальски радостного выражения. Только всевозможные оттенки страданий и грусти, отчаяния и боли. Как будто холодным ветерком тянуло от всей этой живописи.

— Как вам нравится моя картинная галерея, благородный сэр Роан? — неожиданно спросил колдун, остановившись напротив мрачного холста, изображавшего уже немолодую женщину в грязной одежде, прикованную за руки к стене сырого подземелья. На ее лице застыло осознание того, что все оставшиеся годы ей придется провести так же, как и это мгновение.

— Гм… Очень… Очень впечатляет, — выкрутился рыцарь. — А кто все эти люди? Ваши родственники?