Дороги в неизвестность - Марик Лернер

Задача по поиску пищи ему поставлена, шестеренки защелкали, пока завод не кончится или головной процессор не выдаст решение, что ничего подходящего поблизости нет, не вернется. На любую неожиданность среагирует спокойно, как автомат. Прицел совмещается с наиболее уязвимым местом атакующего — и полный порядок.

Это я так думал. Очень ошибался.

И километра не прошел, увидел — лежит. Спокойно так, вроде на солнышке погреться прилег. Голое место, все прекрасно видно, ближайшие деревья метрах в трехстах. Хотя какое, на фиг, греться, когда уже темнеет. И ведь в голову ничего такого не пришло, подумал, плохо ему стало, и как дурак заспешил помочь.

Я еще в Новой Варшаве понял по вопросам, что Дикое поле даже здешние горожане представляют себе сплошным ужасом. Мозгляки ходят стаями, из-под земли выползают жуткие щупальца и хватают за ноги. С дерева падает змея длиной и толщиной с пожарный шланг и начинает душить в мускулистых объятиях. А как шагнешь за границы периметра Зоны, так прямо на пятьдесят первом километре скончаешься в страшных судорогах. В каждую незнакомую зверюшку надо выстрелить, пока она не плюнула в тебя ядом.

Половина этих рассказов высасывается из пальца такими вот рейдерами, чтобы отбить желание у возможных конкурентов. Вторая половина — правда, но ее требуется поделить хотя бы на два. А иногда не мешает и на десять. Охота людям про свою доблесть порассказать, а уж как понесет иного, так можно только удивиться, почему ему еще памятник на манер Святого Георгия на главной площади не поставлен. Чем больше выпито, тем больше поверженных чудовищ.

Обычно хватает здравого смысла и осторожности. Необязательно лезть в Мертвую Лощину, чтобы понять, что пряниками там кормить не будут. Можно просто посмотреть и понюхать. И на поведение животных совсем не вредно обратить внимание. Не станут они ходить туда, где просто неприятно, а уж места, где смертельно опасно, непременно обойдут стороной.

Конечно, очень много бывает такого, что вгонит в ступор любого землянина, но их ведь никто не приглашает лазить по старым развалинам. Даже мы, с шестисотлетним опытом, передающимся от поколения к поколению, иногда можем нарваться на неприятности. Был такой случай, когда померло несколько тысяч. Залезли недоумки куда не надо и ведь прекрасно видели надпись. Очень хотелось храбрость показать. Вот и показали, что весь район оцепили совместно представители разных родов и никого не впускали и не выпускали. Даже животных били на границе. Никогда такого не было ни до, ни после. А потом еще выжгли все поселки. Еще не хватает заразу разнести. Там до сих пор никто не селится, хотя места много. Зверь одно время очень задумчиво в ту сторону посматривал, но тут уж очень вовремя Война подвернулась.

Так что отреагировал я слишком поздно. То есть будь на моем месте человек, он бы плохо кончил, но я унюхал запах крови раньше и резко затормозил. Может, Мави и почувствовала бы неправильность быстрее, но она бежала в стороне. Нашла какой-то странный след, вот я и разрешил посмотреть, что к чему.

Эта скотина поднялась из травы, где лежала тихо и совершенно неподвижно, и с ходу понеслась на меня со скоростью экспресса. До последнего момента я не подозревал о ее присутствии. Расстояние было слишком маленькое, и все, что я успел, это броситься с ее дороги. Проносясь мимо, она сердито раскудахталась, возмущенная моим поведением, и резко затормозила.

Со стороны деревьев появилась Красотка и понеслась на помощь, но она не успевала. Вскакивая, я уже держал «узи» в руке, всадил в нее две пули, после чего опять поспешно откатился, стремясь убраться с дороги. Девятимиллиметровой пули на нее было явно мало. Прямо с земли я начал стрелять и не отпускал курок, пока обойма не опустела. Перья так и летели во все стороны. Грохнувшись наконец, она долго сучила огромными лапами с тремя пальцами, оканчивающимися острыми когтями. Куда там лошади, такая лягнет — кишки наружу.

Первым делом я поменял обойму, потом подобрал винтовку и только тогда посмотрел на тело человека. Одного взгляда на Дядю хватило, чтобы понять — его душа отбыла в райские кущи. Правда, не уверен, что меченых туда пускают, да еще и с другой планеты, как и не уверен в наличии у него души. Из тела Дяди были вырваны куски мяса. Один прямо из шеи, а еще из бока — там зияла пара дырок. Кровь уже не шла.

Мави подошла и принюхалась.

— Это она и была. След шел вокруг. Подошла к человеку сзади, а он даже не понял. Самка. — Она хихикнула. — Самец наверняка должен быть больше. Ты посмотри на крылья, — изумленно сказала она.

На концах совершенно бесполезных крыльев, которые никогда бы не смогли поднять такую тушу, на взгляд на меньше ста килограммов, росли крючья. Замечательная картина — долбануть полуметровым клювом по темечку, затем вцепиться и держать, чтобы тело не трепыхалось. На конце клюва у этой твари было такое интересное закругление с зубчиками, не хуже пилы может работать.

Я нашел под рубахой «Говорилку», мимоходом удивившись, что не потерял ее во время прыжков. Надо потом замерить расстояние, наверняка установил новый рекорд среди медведей по прыжкам в сторону.

— Летчик! — произнес я в «Говорилку».

— Слушаю, — отозвался он сразу.

— Позови Рафика.

— Да, — ответил тот после короткой паузы.

— Проблемы. Дядя погиб. Я его не унесу один. Нужно пару человек и лошадь. Направление на раздвоенный холм. Где-то с километр. Лучше возьмите волков, они по следу пройдут. И осторожно. Здесь бегает что-то очень странное, вроде страуса, но плотоядное. Я такого никогда не видел. Будьте внимательны.

— Понял, — сказал Рафик и отключился.

— Вот чем он хорош — не надо все долго и подробно объяснять, и голова у парня работает. С виду весь из себя железный, но оборотня не обманешь. Видно, что за своих переживает.

— Попробуем? — муркнула Мави, глядя на «птицу».

— Она человека ела, — отрицательно мотаю головой.

Она удивленно посмотрела на меня.

— Думаешь, этот был человек?

— Тело точно человеческое, а что ненормальный, так еще хуже. Закон один для всех — разумных не едят.

— Представляешь, — садясь рядом, сказала она, — если бы травоядные тоже разумными были? Что бы мы ели? Одних куриц с мышами. Вы хоть овощи можете, а мне поперек горла.

— Ужас, — согласился я. — Только мне заливать не надо. И мышь прекрасно стрескала не далее как час назад. Шла себе по следу, вдруг в траве пискнула полевка. Такой осторожный шажок вбок — и моментально огромный прыжок вверх и вперед. Я подозреваю, что у тебя среди кровных родственников имеются лисы. Несчастная мышь даже пикнуть не успела, как в желудке очутилась. И когда антилопу заваливаешь, вытаскиваешь кишки и выдавливаешь передними зубами все содержимое. Зачем, не подскажешь? Или мне показалось? И, только сожрав это, принимаешься за задние ноги и мясо с ребер глодаешь.