Возвращение. Трилогия - Игорь Чужин

– А вы что тут делаете? Великий князь готов к выходу в свет, а вы в таком затрапезном виде? Неужели вы решили явиться к завтраку в грязных ночных рубашках? Бегом переодеваться!

Лучше бы я этого не говорил! Язык мой – враг мой! Викана и Эланриль сначала заметались по спальне, как всполошённые куры в курятнике, и только потом убежали каждая в свои покои. Я больше двух часов просидел на кровати, не в состоянии ничего делать, дожидаясь, пока мои суженые приведут себя в порядок и наведут марафет. Когда открылись двери в покои Виканы и Эланриль, я уже был готов их поубивать, но возмущённая тирада застряла в горле.

Девушки явно договорились между собой, чтобы войти в спальню одновременно и поразить меня своим великолепием. Клянусь собственной жизнью, им это удалось на все сто процентов! Выглядели они настолько потрясающе, что Великий князь на таком ослепительном фоне выглядел жалким лакеем, который должен открывать перед богинями двери.

Убедившись, что они достигли надлежащего эффекта и Великий Ингар в ступоре, жёны взяли меня под руки, и Эланриль тихонько спросила:

– Чего стоим, кого ждём?

В связи с долгими переодеваниями семейный завтрак был отменён и срочно объявлен званый обед в парадном зале дворца, на который были приглашены все обитатели Нордрассила, за исключением тех, кто не мог оставить боевые посты.

Разодетая в пух и прах Делия торжественно провозгласила, что Великий князь Ингар взошёл на престол, а её муж Элиндар вынес на золочёном подносе княжескую корону. На этот раз терновый венец выглядел как изысканный венок из экзотических цветов, от которого исходил голубоватый свет, заметный даже при солнечном свете. Я с опаской надел на голову живую корону Великого князя, но ничего особенного не почувствовал. Затем внесли венки Виканы и Эланриль, которые отличались друг от друга в основном оттенками цветов. Корона Виканы была выдержана в светло-голубых тонах, а венок Эланриль – в тёмно-синих.

После коронации началась нудная официальная часть, которую я толком не запомнил, потому что зверски хотел есть и мечтал как можно быстрее сесть за стол.

Наконец боги меня услышали, и церемония подошла к концу. Меня фактически заставили сказать тронную речь, и я несколько минут нёс какую-то возвышенную ахинею. Однако, несмотря на отсутствие подготовки, это получилось неплохо, потому что некоторые присутствующие в зале даже прослезились, а магиня Аладриель шепнула мне на ухо из-под вуали, скрывающей её фингал:

– Князь, вы были неподражаемы! Ваша речь войдёт в анналы истории, и её будут передавать из уст в уста даже через поколения!

Это заявление магини меня сильно удивило, тем более я сам толком не запомнил, чего нагородил срывающимся от волнения голосом. Во всяком случае, речь поставила точку в моих мучениях, и меня с жёнами усадили во главе стола, после чего начался пир.

Глава 22

Коронация

Солнце пробивалось сквозь занавеску из живых цветов, его луч светил мне прямо в левый глаз. Просыпаться совсем не хотелось, потому что я впервые в жизни спал на настоящей княжеской кровати, а это вам не какая-то лошадиная попона, расстеленная под кустом, которая долгие месяцы служила мне ночным пристанищем.

Несмотря на первоначальную зажатость, вчерашний пир явно удался, и меня в постельку довели под руки, ибо Великий князь не стал ни в чём себе отказывать. Не то чтобы я сильно напился, но ноженьки меня держали плохо. В последние месяцы Великому князю Ингару приходилось набивать свой желудок всякой дрянью, которая доставалась ему в качестве трофеев или была приготовлена на костре из лично подстреленной дичи. Полусырое мясо, конечно, ещё тот деликатес, но голод не тётка, а здесь я дорвался до таких изысканных кушаний, которым даже названия не знал. Банкет, устроенный Саадином на галере, который я до этого дня считал чуть ли не лукулловым пиром, мгновенно встал в один ряд с обедом в «Макдоналдсе».

Я совсем не собирался напиваться, но праздник был устроен в мою честь, и тосты следовали один за другим, поэтому мне приходилось постоянно отхлёбывать из своего кубка. После здравиц в честь князя и княгинь начались «зажигательные» эльфийские танцы, больше похожие на похоронную процессию, закончившиеся заунывными песнопениями на тему: «Какой у эльфов классный Великий князь».

Душа требовала настоящего праздника, но моя попытка выступить с сольным концертом и спеть любимую песню народов экваториальной Африки «Ой мороз, мороз» была пресечена твёрдой рукой Виканы, после чего меня и увели баиньки.

Все попытки вспомнить, что происходило в спальне после банкета, наталкивались на форменный провал в памяти, а мои жёнушки покинули спальню ещё до момента пробуждения. Я проанализировал свои ощущения и понял, что мне ночью было очень хорошо, а местами даже слишком, однако с чем были связаны приятные ощущения, вспомнить не мог. Конечно, мне хотелось, чтобы это состояние было связано с исполнением супружеского долга, но у меня возникли на этот счёт большие сомнения. Если не вдаваться в подробности, то меня с самого вчера легко можно было выдать замуж, поэтому я резонно сомневался насчёт своих подвигов в супружеской постели.

Провалявшись в кровати ещё с полчасика, я отправился в ванную комнату и смыл с себя пот и дурманящие запахи прошедшей ночи. Надев халат, я вернулся в спальню и вызвал прислугу, чтобы потребовать завтрак. Однако вместо фрейлин в спальню вошли Эланриль и Викана, которые катили перед собой два заставленных посудой сервировочных столика. Мои девушки были одеты по-домашнему, в полупрозрачные пеньюары, или как у эльфов называются эти женские туалеты.

«А жизнь-то, кажется, налаживается!» – подумал я, перетаскивая на кровать подносы с едой.

– Ингар, неужели ты собираешься есть в постели? – сделала круглые глаза Эланриль.

– Вот именно! Я Великий князь, а поэтому что хочу, то и ворочу! Нашему высочеству всё по фигу! – отмёл я все претензии и приступил к трапезе.

Через минуту обе моих жены тоже вспомнили, что они Великие княгини, и залезли на кровать и тоже приступили к уничтожению деликатесов, которыми были нагружены подносы. Утолив жажду и лёгкий голод, я схватил с подноса какой-то фрукт и откинулся на подушки.

– А теперь рассказывайте, что вы со мной делали ночью, – нагло потребовал я.

Эланриль и Викана прыснули в кулаки, а переглянувшись, вообще залились звонким смехом. Я дождался, когда они угомонятся, и спросил:

– А всё-таки?

Смех повторился, но Викана пришла в себя первой и заявила:

– Ингар, ты был великолепен, как и подобает Великому князю и герою!

После этой фразы красавицы снова начали хохотать, а Эланриль даже свалилась с кровати, чем окончательно вогнала меня в краску.

– Да ну вас к чёрту! Сами напоили, а теперь ржут как лошади. Пойду лучше делами займусь, а вы здесь смейтесь, пока не лопнете! – разозлился я и спрыгнул на пол.

Моя обида не произвела должного впечатления на жён, и они буквально забились в истерике от смеха. Я выскочил из спальни как ошпаренный и направился в свой кабинет. Дворец жил своей жизнью, и фрейлины, сновавшие по коридорам, сделав книксен, снова возвращались к делам, не обращая особого внимания на своего князя. В кабинете я опять застал Аладриель и Делию, которые о чём-то спорили. Спор был в самом разгаре, и поэтому они не сразу заметили моё появление.

Я поздоровался и подошёл к эльфийкам. Женщины сделали реверанс и, соблюдая этикет, стали ждать, когда Великий князь заговорит первым.

– Госпожа Аладриель, – начал я, – спасибо за вчерашний праздник, но зачем была нужна такая спешка? На церемонии не присутствовали ни Лаэр, ни Милорн, а это попахивает неуважением к ним.

– Ну что я тебе говорила? – заявила Делия магине. – Нужно было подождать, а не пороть горячку!

Аладриель посмотрела на гвельфийку и покачала головой, а затем, повернувшись ко мне, сказала:

– Ваше высочество, возможно, церемония коронации и была несколько поспешной, но у нас не было выбора. Неотложные дела могут снова заставить вас покинуть Нордрассил, и вы не успеете активизировать короны Виканы и Эланриль. Пока короны княгинь не получат власть над Деревом, Нордрассил в опасности. Дерево требует постоянной заботы, и только вы можете пробудить его от тысячелетней спячки!

Я задумался и проанализировал слова магини. По большому счёту она была абсолютно права. Откладывая настройку короны в долгий ящик, я рисковал очень многим. Да, я не любил пользоваться магией и больше доверял технике и технологии. Причиной этому был подсознательный страх перед всем, что связано с магией. Увы, но я вырос на Земле, где маги существовали только в детских сказках, а неизвестность всегда страшит. Гигантская магическая мощь пугала меня до икоты ещё и потому, что я стал замечать серьёзные изменения в своём организме. Страх превратиться из человека в монстра сидел в моём подсознании, словно ржавый гвоздь в доске, который невозможно вытащить. Однако бессмысленно закапывать голову в песок и бесконечно прятаться от действительности. Я маг и никогда уже не стану обычным человеком, поэтому нужно поступать соответственно реалиям, а не ломаться, как нецелованная девочка на выпускном вечере.