Возвращение. Трилогия - Игорь Чужин

Через некоторое время меня стало раскачивать, словно на качелях, и мне почудилось, что меня куда-то несут. Затем послышались отдалённые голоса, и я увидел свет, пробивающийся сквозь прикрытые веки.

Постепенно сознание вернулось ко мне, и я очнулся на княжеской кровати с раной на лбу и в ужасном настроении. Над моим окровавленным лицом хлопотали Викана и Эланриль, стараясь привести в чувство умирающего супруга.

– Слава богам! Ингар, ты очнулся! – всплеснула руками Викана и положила холодный компресс на мой разбитый лоб.

Рядом с Виканой сидела Эланриль и, заливаясь слезами, помогала ей спасать мою никчёмную жизнь. Я отстранил супругу и дотронулся рукой до лба. Меня сразу прострелило болью.

– Ингар, не трогай рану! Подожди немного, сейчас принесут кровоостанавливающий эликсир, и я наложу повязку.

Слова жены вернули мне способность соображать, и я, погрузившись в транс, занялся самолечением. Чтобы залечить рану на лбу, мне понадобилась всего пара минут, а шрам должен был рассосаться максимум через сутки. Закончив лечение, я сел на кровати и осмотрелся.

Прямо перед кроватью я увидел большую толпу эльфов, стоящих на коленях с понуренной головой. Перворождённые были перепуганы до смерти, и многие женщины даже рыдали. Их охраняли озверевшие малхусы, готовые порвать на куски виновников ранения Хранителя. Палач придавил к полу магиню Аладриель своими могучими лапами, и на его оскаленной морде был написан смертельный приговор эльфийке, который будет приведён в исполнение без жалости, если его хозяин не придёт в себя.

– Что здесь произошло? – спросил я Викану.

– Я спокойно спала, когда услышала шум и громкие крики из приёмной. Мы с Эланриль решили посмотреть, что стряслось, и выбежали из спальни. В приёмной я увидела тебя, лежащего на полу в разорванном халате. Твоя голова была вся в крови, а рядом с тобой стояла магиня Аладриель с кинжалом в руке. Мы решили, что произошёл новый заговор и тебя убили. Эланриль выбила у магини кинжал, а затем оглушила её ударом ноги. Я подняла крик, и в приёмную прибежал Палач со своими малхусами. Мы отнесли тебя сюда и уложили на кровать. Пока я обрабатывала рану и пыталась остановить кровь, Палач согнал всех фрейлин в спальню и поставил на колени. Затем он заявил, что если ты умрёшь, то малхусы порвут нас на куски, и плевать ему на то, что мы эльфы! – просветила меня перепуганная супруга.

– Палач, отпусти госпожу Аладриель! Со мной всё в порядке, никто на меня не нападал, я сам споткнулся и ударился головой!

Малхус глухо зарычал и нехотя отошёл к кровати. Магиня Аладриель оторвала голову от пола и, покачиваясь, встала на четвереньки. Затем эльфийка, сверкая огромным синяком под правым глазом, с фанатичными нотками в голосе торжественно заявила:

– Свершилось!!! Княжеская корона возродилась! Великий князь Ингар взошёл на престол Нордрассила!

Вид стоящей на четвереньках магини с подбитым глазом меня сильно рассмешил, и губы сами скривились в предательской улыбке. Рядом со мной тихонько захихикали Эланриль и Викана, пряча лица в ладонях. Торжественный момент воцарения Великого князя грозил превратиться в фарс, и мне срочно требовалось прекратить эту комедию.

Я слез с кровати и помог подняться магине Аладриель, затем приказал фрейлинам покинуть спальню и заняться своими делами. Эльфийки мгновенно скрылись за дверью, а я решил вытурить следом малхусов. Однако сразу мне этого сделать не удалось, потому что волки устроили молчаливый бунт и остались в спальне. После моего грозного окрика простые малхусы нехотя вышли в коридор. Однако Палач демонстративно развалился на полу возле кровати, всем своим видом давая понять, что не оставит меня даже на секунду.

Решив не обострять отношения с эльфийскими волками, я закрыл глаза на их неповиновение и обратился к Аладриель:

– Госпожа, разъясните мне, что всё-таки произошло? Насколько я помню, корона меня так шарахнула магией, что чуть душу не вышибла, а на вашем лице я увидел такую гримасу презрения, что едва заикой не остался!

– Ваше сиятельство, простите меня, дуру! Я никогда не слышала и не видела, как оживает корона Великого князя, поэтому в первый момент решила, что вы самозванец, и схватилась за кинжал. После того как вы поспешно покинули свой кабинет, корона начала светиться магическим светом и расцвела волшебными цветами. Я сразу бросилась за вами, чтобы извиниться за своё недостойное поведение, но застала вас лежащим на полу с кровавой раной на голове. В этот момент в приёмную прибежали ваши жёны, а Эланриль начала избивать меня ногами, даже не спросив, что произошло! Затем в зал ворвался Палач, и я потеряла сознание.

– Эланриль, ты совсем с ума сошла? Госпожа Аладриель твоя наставница, как ты могла так низко пасть, чтобы избивать её ногами? – возмутился я.

– Это неправда, я спасала госпожу, а не избивала! Викана вообще с мечом примчалась и зарубила бы Аладриель в два счёта, если бы я не вмешалась. Я всего два раза госпожу ударила, чтобы кинжал выбить и оглушить на время, пока обстановка прояснится, – понурив голову, возразила Эланриль.

– Спасительница! А полегче ударить нельзя было? Я подумала, что у меня мозги из ушей вылетели! Научила я тебя ногами махать на свою голову! – всплеснула руками магиня.

Я повернулся к Викане, строго посмотрел на жену и укоризненно покачал головой. Викана мгновенно вспыхнула и заявила:

– А вы что хотели? Неужели вы думали, что Великая княгиня гвельфов спрячется под одеяло и оттуда будет молча смотреть, как дроу убивают её мужа? Не будет этого!

– Хватит ругаться! В общем, так, девочки, сдаёте все колющие предметы под охрану Палачу – «спички детям не игрушки»! А то сами поранитесь или мне глотку в запале перережете, а я ещё пожить хочу и детей вырастить!

– Ингар, это мой княжеский меч! Он принадлежит только мне, и я его не отдам! – заявила Викана.

– Тогда я тоже свой не отдам! – вторила ей Эланриль.

– Молчать! Выпорю как Сидоровых коз! – взбесился уже я.

– Это каких ещё коз? – в один голос спросили эльфийки.

– Вам лучше этого не знать! – ответил я и повернулся к Палачу. – Соберёшь все железяки, но держи поблизости, чтобы в случае нужды легко было до них добраться. Ты меня понял?

Малхус вальяжно потянулся и потрусил к двери, а затем выскользнул из спальни, словно его здесь и не было. Через пару секунд дверь снова приоткрылась и в щель просунулась голова одной из фрейлин, которая доложила:

– Княгиня, завтрак накрыт в столовой князя, или вы желаете, чтобы завтрак принесли сюда?

– Не нужно, мы скоро придём, – ответила Викана, и голова фрейлины скрылась за дверью.

Сначала я хотел заняться лечением магини, которой больше всех досталось в утренней передряге, но голод всё сильнее давал о себе знать, и я решил сделать это после завтрака, а заодно осмотреть Викану и Эланриль. Однако идти завтракать в рваном и окровавленном халате было глупо, и я обратился к своим жёнам:

– Девочки, вы мне не подскажете, где взять другой халат, а то в этом я неважно выгляжу.

– А зачем тебе халат? – удивилась Викана. – Пока ты воевал с чинсу, мы с фрейлинами сшили тебе одежду, достойную князя, и она давно висит у тебя в шкафу. Иди пока умойся, а мы всё приготовим.

Я в очередной раз отправился в ванную комнату и смыл с себя кровавые следы неравного сражения с креслом, а затем вернулся в спальню. На передвижной вешалке рядом с кроватью висел расшитый золотом костюм Великого князя. В общем, чтобы не забивать читателю голову описанием этого шедевра портняжного искусства, просто скажу: «Юдашкин тихо курит в стороне!» Минут через десять я всё-таки сумел надеть на себя это великолепное издевательство над здравым смыслом и застегнуть все бесчисленные пуговки и застёжки. При этом мне усердно помогали Эланриль и Викана, в противном случае я не сумел бы сам разобраться с костюмом. Подойдя к зеркалу, я увидел в нём здоровенного лысого клоуна, который, однако, очень шикарно выглядел.

Надменно выпятив нижнюю губу, я повернулся к своим девушкам и спросил:

– Ну, как вам Великий князь Ингар?

Викана и Эланриль явно не ожидали такой перемены в моём внешнем виде и застыли разинув рот. Я сделал несколько шагов вдоль зеркала и, осмотрев костюм со всех сторон, остался весьма доволен увиденным. Неожиданно мне в голову пришла идея подшутить над Виканой и Эланриль, и я произнёс, изобразив на лице удивление:

– А вы что тут делаете? Великий князь готов к выходу в свет, а вы в таком затрапезном виде? Неужели вы решили явиться к завтраку в грязных ночных рубашках? Бегом переодеваться!

Лучше бы я этого не говорил! Язык мой – враг мой! Викана и Эланриль сначала заметались по спальне, как всполошённые куры в курятнике, и только потом убежали каждая в свои покои. Я больше двух часов просидел на кровати, не в состоянии ничего делать, дожидаясь, пока мои суженые приведут себя в порядок и наведут марафет. Когда открылись двери в покои Виканы и Эланриль, я уже был готов их поубивать, но возмущённая тирада застряла в горле.