Повелитель блох - Ирина Комарова

— Вряд ли. Пока существует связь Лагосинтера с Террой я этого не допущу. — Он снова ухмыльнулся. — Разве что сами позовете.

— Не позовем, — поспешила заверить его Арра.

— Как знать… — Вельзевул неожиданно погрустнел и поднялся, отряхивая приставшие к мохнатым ногам мелкие щепки. — Ладно, ребята, вы тут можете продолжать праздновать, а мне пора. Скоро заседание административной комиссии начнется, не хочу опаздывать.

— Да наплюй ты на нее, — предложил Ганц. — Что это, последняя комиссия в твоей жизни?

— Нет, конечно, не последняя и не первая… но именно сегодня я могу Ноизаилу козью морду заделать. Неужели упускать такую возможность?

— Ни в коем случае! — поддержал благородное стремление Вельзевула Джузеппе.

А Ганц снова схватился за бутылку:

— По последней! За козью морду для Ноизаила!

— Друзья! — прослезился Вельзевул. — Братцы! До чего же жалко, что на Лагосинтере филиал открыть нельзя. Вы бы такую карьеру могли сделать, уж я бы проследил… А может, бросите здесь все и ко мне, на Терру? С бесов начинать не придется, не сомневайтесь, я вас сразу чертями поставлю. Мне понимающие, дельные сотрудники во как нужны! Махнем, а?

— Ни-ни, — покачала головой Арра. — Ни в коем случае. Не для того мы это… кровь проливали… чтобы потом добровольно в стан противника…

— А пожалуй, верно, — неожиданно трезвым голосом сказал Вельзевул. — Нечего вам на Терре делать. То есть ребята вы, конечно, хорошие, но головы у вас какими-то идеями забиты, лозунгами… потом хлопот не оберешься. Это же такая зараза, распространяется быстрее гриппа. Так что счастливо оставаться.

— Через портал пойдешь? — с интересом спросил Джузеппе.

— Нет. Зачем лишний раз систему напрягать? Я же не бес из строительного отдела, а один из старейших дьяволов. У меня свои приемы.

Он широко улыбнулся, поднял вверх правую руку.

— Прощайте, ребята, больше не увидимся. Хотя… Никогда нельзя знать, что тебя ждет в будущем. Пожалуй, возьмите. — Он бросил Джузеппе небольшой, с ладонь величиной, пергаментный свиток.

Магистр поймал его, внимательно осмотрел — чуть желтоватый пергамент, слегка потрепанный по краям, перевязан простым шнурком. Протянул Арре. Она, не притрагиваясь, подержала над свитком ладонь, пожала плечами:

— Чисто.

— Никакой магии, — весело подтвердил Вельзевул, — просто записанное вашим алфавитом заклинание вызова. Если захотите со мной связаться, без проблем! Разворачиваете пергамент, читаете вслух заклинание и в течение часа к вам прибывает дежурный демон. Излагаете ему свое пожелание, причем не стесняйтесь, так прямо и говорите: «Прошу встречи с дьяволом Вельзевулом», после чего он немедленно пошлет сообщение моему личному секретарю. А тот без очереди передаст ваш вызов мне.

— И это называется без проблем?! — не то возмутился, не то восхитился Ганц.

— Учитывая длину обычной бюрократической цепочки, которую проходят подобные послания, — усмехнулся дьявол, — прохождение вызова всего в два этапа — это действительно без проблем. Только учтите, поскольку сам пергамент не магический, его испортить легко: он и в огне горит, и в воде тонет. Все равно ведь будете в своих лабораториях его изучать, так аккуратнее действуйте, не испортите. Ну, счастливо оставаться. — С этими словами дьявол щелкнул пальцами и исчез.

— Эй, — всполошилась Арра, — куда вы? Бутылку забыли! Там еще вон сколько!

— Не забыл, а оставил, — поправил ее Ганц, аккуратно отбирая текилу. — Понимает, что это только ему на работу надо, а мы вполне можем продолжить. Нас на административной комиссии не ждут.

— Вот за это стоит выпить, — протянул ему свой стакан Джузеппе, крепко, но осторожно сжимая в кулаке оставленный свиток с заклинанием.

Заседания административной комиссии по традиции проходили в небольшой комнате рядом с кабинетом Люцифера. Обстановка там была не слишком роскошная, но и спартанской ее назвать было никак нельзя. Стены задрапированы мягкими складками фиолетового бархата, в центре стоит черного дерева полированный круглый стол, вокруг него расставлены обитые черной же замшей мягкие полукресла. Это места для членов комиссии, в которую входят четыре дьявола с правом голоса — генеральный бухгалтер Маммона, начальник научно-технического отдела Теутус и два старейших сотрудника «Ад Инкорпорейтед» Абаддон и Вельзевул, дьявол Бегемот — с правом совещательного голоса (которым он, впрочем, никогда не пользовался) и архидьявол Люцифер — с правом решающего голоса. Единственным ярким пятном в комнате был ряд желтых стульев, выстроившихся вдоль стены, что-то вроде скамьи подсудимых.

Сегодня на стульях сидели четверо. Старший демон Пен-делль, положив ногу на ногу рассеянно осматривался по сторонам, время от времени поправляя пенсне. Мрачный, насупившийся старший демон Айнштофф, даже сидеть умудрялся по стойке «смирно». Дьявол Ноизаил смотрел в пол, вздрагивая мелкой, злобной дрожью. И совершенно отчаявшийся, готовый к самому худшему, старший демон Местифуфель.

По традиции же заседания всегда начинались с сообщения, которые делал Маммона. Вот и сейчас он, не утруждая себя эмоциями, высыпал на слушателей целый ворох сухих цифр и фактов, обосновывая величину материального ущерба, понесенного «Ад Инкорпорейтед» в связи с решением открыть филиал на Лагосинтере.

— Подводя итоги, — занудно-скрипучий голос Маммоны в пять минут усыпил бы любого постороннего слушателя, но собравшиеся на заседание были лицами заинтересованными и потому весьма внимательными. Даже Пенделль перестал теребить свое пенсне и смотрел на генерального бухгалтера, — можно сделать вывод, что сумма ущерба в целом укладывается в рамки допустимых при освоении новых проектов потерь. — Он поднял голову от текста своего выступления, который держал в руках, оглядел собравшихся, задержав взгляд на Теутусе, добавил, неожиданно оживившись, почти злорадно: — Разумеется, если бы наши мудрецы из НТО тратили выделяющиеся им средства, и не малые, позволю себе заметить, средства, не на удовлетворение собственного безграничного любопытства, а на разработку упреждающих вариантов…

— Безграничное, как вы изволите выражаться, любопытство ученого, — перебил его моментально побагровевший начальник научно-технического отдела компании, — и есть тот ключ, которым открываются тайны мироздания! — Теутус был склонен к некоторой напыщенности и излишнему пафосу, особенно в публичных выступлениях. — И если бы некоторые узкие специалисты понимали, что финансирование фундаментальных исследований…