Дверь в стене - Alexandrov_G

Кремлёвский взгляд на тогдашнюю реальность и возникающие при этом планы отличались исключительной ясностью и подкупающей простотой, традиционно входящей в число главных русских ценностей. Жизнь, правда, учит нас, нерадивых, что простота имеет обыкновение превращаться из достоинства в нечто худшее даже и воровства, но в данном случае к простоте прилагалась Восточная Европа, так что о чём тут говорить. Взяли план и синим карандашом на полях - "Увтерждаю."

А у американцев, которые, может быть и рады были бы "по-простому" по-простому не получалось. У них всё выходило очень сложно. Холодная Война начиналась не как борьба "хорошего" с "плохим", а как борьба "простого" и "сложного". Изначальные ставки делались на простоту поставленных задач и простоту решений с одной стороны и на сложность с теряющимися в тумане результатами с другой.

Ну вот такой пример - сразу после войны положение в Европе вроде бы стало выправляться, в 1946 году промышленное производство во Франции, Бельгии и Нидерландах достигло 85% от предвоенного, в Италии - 60%, в Англии оно почти вернулось к довоенному уровню. То же самое было и с сельским хозяйством, положение было не блестящим, но, скажем так, терпимым. А потом случилась зима с 46 на 47 год. Зима небывалая. Например, в Англии это была самая холодная зима за предшествующие 80 лет, почти за столетие. И эта зима наложилась на послевоенную разруху и на выходе получилось очень плохо. Антисоветчики очень любят вспоминать о послевоенном голоде в СССР, полагая, что голод этот приключился по причине своеобычного "головотяпства большевиков", а между тем большевики тут были ни при чём, голод был везде, от Лондона и до Токио. И золотые запасы там, где они ещё сохранились, были истрачены на закупки жратвы, а на закупку сырья для функционирования промышленности денег ни у кого не осталось, так как следовало ещё и поднимать разрушенное войной народное хозяйство. "Крыша над головой" и всё такое. И в эту образованную несчастливыми обстоятельствами воронку затянуло всех. И везде.

И США волею тех же обстоятельств, или волею судьбы, назовите как хотите, оказались в положении "острова спасения". У них была прекрасная погода и, как следствие, отличный урожай. У них вовсю работала промышленность - после войны США производили более половины промышленной продукции мира и, last but not least, у США были доллары, а у остального мира долларов не было. А купить что-то можно было главным образом у Америки, как хлеб, так и поточные линии, а Америке рупии, рубли и злотые были не нужны, зачем они ей, когда даже и англичане могли своими фунтами стены оклеивать, а потому, если у вас не было золота, а его нигде не было, война же только что закончилась, а вы хотели что-то купить, то у вас возникала неотложная нужда в долларах и вы попадали в долговую яму.

К июню 1947 года дефицит в торговом обмене между Европой и США достиг МИЛЛИАРДА долларов в месяц в пользу Америки. Месяц - миллиард, месяц - миллиард. По логике просто мыслящих патриотов России Америка очутилась в раю. Ей теперь ничего не нужно было делать, кроме как длить такое положение сколь возможно долго. "Месяц - миллиард, месяц - миллиард." По тем временам суммы выходят просто умопомрачительные. "Мечта пиндоса." Можно лежать на печи и ничего не делать.

Но тут из строящейся пирамиды мира англичане вытащили кирпичик под названием Греция и вся конструкция затрещала и накренилась, а англичане сказали - "мы устали, держать больше сил нет ну никаких, хотите - подхватывайте, не хотите - не надо, а мы пойдём под кустик, полежим, чёрт с ней, со стройкой, передайте фараону наше с кисточкой." И американцы почесали в затылке и принялись совать кирпич на место. Пирамида же, вы чего.

США посчитали, что если в мире разразится катастрофа, а к этому всё в начале 1947 года и шло, то внешним миром дело не ограничится. Катастрофа для всех означала катастрофу и для них. Миллиард долларов означал миллиард долларов до катастрофы, а после катастрофы миллиард долларов миллиардом долларов быть переставал. США очень хорошо выучили урок, преподанный им после Первой Мировой. Переживать то же самое по новой они не захотели. И если они хотели, чтобы миллиард долларов оставался миллиардом долларов, то им следовало выстроить мир, в котором этот миллиард долларов будет означать именно то, что он означает.

21 февраля 1947 года Великобритания поставила США перед фактом - место удерживающего мир вакантно. Запрягали США недолго, всего 19 дней, а потом взяли с места в карьер. На кону стоял мир. 12 марта 1947 года президент Труман выступил с обращением к Конгрессу по поводу "греческого кризиса". На свет появилoсь то, что в дальнейшем получило название "доктрина Трумана".

120

Сказать, что игры государств сложны, значит ничего не сказать. С другой стороны сказать, что они сложны невообразимо, будет, конечно же, неким преувеличением, политика государства разрабатывается людьми, а они, прежде чем доверить свою мысль бумаге или другим людям, должны сперва эту мысль "прокрутить" в голове, что в свою очередь требует такого необходимого ингридиента процесса мышления как воображение.

Проблема, однако, в том, что развитым воображением обладает очень малое число людей, а мышление подавляющего большинства безнадёжно конкретно. Отсюда следует вот что - Англии, даже если она и решила сложить с себя когда-то добровольно взятые ею обязательства перед человечеством, следовало представить окружающему миру некие доказательства своей немощи, так как если вы разоружаетесь перед партией, то хмуро сказать "разоружаюсь", после чего повернуться и уйти с подиума будет недостаточно, зал вам не поверит, ему нужно словесное покаяние с подробностями и покаяние непременно преисполненное искренности.

"Вот стою я перед вами, словно голенький."

И Англия, прежде чем уйти, предъявила чрезвычайно убедительные свидетельства того, что у неё нет больше сил держать, сдерживать, удерживать или, наоборот, поддерживать кого бы то ни было. По красочному выражению историка Англия была похожа на солдата, раненного в битве и теперь, когда битва уже позади, истекающего кровью.

В 1947 году Англии не было нужды что-нибудь придумывать или приукрашивать свои беды, за месяц до явления мистера Сичела Государственному департаменту Соединённых Штатов, января 25-го, одна тысяча девятьсот сорок седьмого года от рождества Христова на Англию нахлынула волна небывалого холода. Бороться со стихией, с тем, что сами англичане называют Act of God у Англии не было никаких возможностей. Ещё до наступления арктических холодов в стране ощущалась нехватка угля, что повлекло за собою закрытие ряда преприятий. Закупить дополнительное количество уголька за рубежом не представлялось возможным, так как у Англии не было денег, не было долларов. Выпрошенный (в самом буквальном смысле выпрошенный) у США и Канады кредит в более чем 5 млрд. долларов, который планировали пустить на "инвестиции", был за предыдущий год благополучно пропущен через пищеварительный тракт подданных Его Величества, а то, что не проедено, было опять же в самом буквальном смысле выпущено в трубу. Каминную.

Правительство Великобритании вынуждено было более чем вдвое срезать лимит на выделяемый предприятиям уголь. И полбеды если бы только этим дело и ограничилось. Но беспощадная реальность заставила снизить нормы выдаваемых по карточкам продуктов и допольнительно ввести отсутствовавшие во время войны карточки на хлеб и картошку. По причине нехватки угля в Англии останавливался транспорт, а по причине холодов погибли озимые и уже в конце января стало ясно, что и летом кормить население будет нечем. К 7 февраля 1947 года количество прекративших работу заводов перевалило за пятьдесят процентов. То, что угля не хватало, привело к тому, что перестали работать электростанции, и, как следствие, была прекращена подача электроэнергии на промышленные предприятия, а в жилые дома электричество подавалось пять часов в день. И это при небывалых холодах. В дополнение к уже имевшимся безработным на улице оказалось ещё пять миллионов человек. Замечу, что при всём при этом англичане умудрялись ещё и подкармливать голодающих немцев в своей зоне оккупации.

Всё это было реальностью, данной в ощущениях самим англичанам, что придавало убедительности их желанию сложить с себя тяжесть мира. Но серьёзное государство, берущееся серьёзно играть, играет всем, что есть в его распоряжении, в том числе и своими трудностями. Озвучив своё желание "уйти", Англия перечислением своих бед давала возможность уже администрации Трумана быть убедительной в своих попытках "продать" американскому общественному мнению необходимость вмешательства в европейские дела. "Если не мы, то кто же?" И выходило, что и в самом деле - некому. Англии-то и в самом деле приходилось, мягко говоря, несладко.