Обратный отсчет: Распад - Токацин

— Мэллоу, — буркнул Дальберг. — Ты не вовремя заткнулся.

— Да, верно, — вздохнул Джон, брезгливо поморщившись. — Он ещё сказал кое-что. Он обращался к своей девятке и другим бойцам. Он позвал их к себе — «к настоящим людям», как он сказал, «чтоб не пачкаться в слизи». Он пообещал, что скоро сделает с тобой то же, что со Смитом.

Гедимин ошалело мигнул.

— Sa hasu… — выдохнул он, стараясь не задумываться о замысловатых традициях «макак», связанных со спариванием. — Это… серьёзное оскорбление?

Мэллоу мрачно кивнул.

— Гарсия и Винки предлагают не ждать, пока Донахью высунется. Даже половины наших отрядов хватит, чтобы загнать Ривза туда, откуда он вылез.

Дальберг поднял голову и смерил сокамерника угрюмым взглядом.

— Охрана, небось, обрадуется…

Мэллоу поморщился.

— Верно. И правила придётся переписывать. Ну, я их в любом случае перепишу, вот только сначала надо что-то сделать с Донахью…

Гедимин, выкинув наконец из головы все рассуждения о странностях «макак», вспомнил, что упустил один важный момент.

— Почему охрану не позвали? Когда Донахью… спаривался со Смитом? Это что, законно?

Мэллоу и Дальберг переглянулись.

— Это люди Ривза, — поморщился Мэллоу. — И он вправе делать с ними, что хочет. А сам этот бедолага никуда не пожалуется. Ему ещё сильно повезло, что…

— Мэллоу, заткнись, — ровным голосом сказал Дальберг.

— Понятно, — сказал Гедимин, стараясь не мигать слишком часто. «Если я отсюда выберусь, к традициям „макак“ не притронусь даже в скафандре…» — он потёр гудящий висок.

— Мне завтра появиться во дворе?

Мэллоу поспешно закивал. Его лицо немного прояснилось.

— Посмотрим, в своём уме Донахью или уже нет. Если он и при тебе продолжит… — Джон, не договорив, развёл руками и вздохнул. Гедимин молча сузил глаза.

02 июля 24 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

— На сегодня работы нет, — сказал, войдя в камеру, сержант Матейка. — Опять на космодром?

Гедимин качнул головой и повернулся к нему спиной, привычным жестом подставляя запястья. Сегодня Матейка был в хорошем настроении — браслеты закреплял небрежно, «цепи» не подтягивал и за руки на выходе не хватал. «Чем только ни приходится забивать голову,» — досадливо поморщился Гедимин, обнаружив, что и правда отслеживает настроение конвоиров — машинально, по шагам в коридоре, ещё не видя их лиц. «Видимо, это и называется „рабство“. Вот Линкен давно бы сбежал…»

Подходя к закрытым воротам тюремного двора, Матейка замедлил шаг. Гедимин остановился — надо было дождаться, пока его охранник договорится с местными, и вход откроют. Ему было не по себе. «Мэллоу говорил, что вчера было тихо,» — думал он. «Или Донахью включил мозги, или… или он ждёт меня.»

Зайдя в ангар, он первым делом повернулся к дивану, на котором обычно сидел Ривз. Банда была там, и, судя по размерам человеческого сгустка, не увеличилась и не уменьшилась. Гедимин досадливо сощурился — сегодня люди Ривза столпились вокруг дивана, и плотность толпы не позволяла рассмотреть, кто там сидит. Рори Донахью был рослым, его рыжая макушка обычно торчала выше всех; в этот раз Гедимин её не видел. «Значит, с дивана не выгнали,» — отметил про себя сармат. «Он Ривзу всё ещё нужен…»

— И вот так они и стоят, — мрачно сказал Мэллоу, кивнув в сторону соперника. — С тех пор, как нас сюда привели. Всё тихо, Джед.

— Сверху не видно, чем они заняты? — спросил сармат, настороженно щурясь. Мэллоу поднял голову и переглянулся с Краусом.

— Там их четверо, — доложил тот. — Говорят о чём-то. Рори тоже там.

Мэллоу скривился.

— Значит, у них совет… Ну ладно, Джед. Если что-то случится, ты не пропустишь.

Гедимин огляделся по сторонам. Весь северный периметр кишел бойцами Мэллоу. Все мирные развлечения перенесли в южный конец ангара. Гилли приглядывал за дверями, Гарсия и Винки — за Ривзом. Где-то были ещё две банды — Гедимин сейчас не мог даже вычислить их участников.

— Где люди Донахью? — спросил сармат. Мэллоу поморщился.

— Там, — кивнул он на дверь. — За ними смотрят, Джед. Не волнуйся.

— Можешь перевести их на северный край? — спросил сармат. — Присмотр не ослабляй. Но Гарсия и Винки пусть отойдут. Позови их к себе.

Мэллоу криво ухмыльнулся.

— Уверен, Джед?

— Двое встали, — доложил Краус. — И третий тоже. Теперь там только Ривз. Все разошлись, теперь стоят, как обычно.

— Совет окончен, — усмехнулся Мэллоу, внимательно глядя на Гедимина. — Говоришь, отозвать Гарсию?

… — Что-то они не торопятся, — заметил Винки, покосившись на северный периметр. С тех пор, как оба командира ушли, ничего не изменилось, — отряды следили за бандой Ривза, бойцы Ривза — за людьми Мэллоу. Донахью стоял у дивана — за углом, на южном краю, довольно близко к периметру.

— Его люди далеко от него? — спросил Гедимин.

— Да прямо под носом, — отозвался Винки. — Ты не спеши. Так сразу он не вылезет…

Краус под потолком громко щёлкнул пальцами. Гедимин развернулся к северному периметру и жестом приказал очистить проход. Рори, покинув круг бойцов Ривза, стоял у границы и что-то быстро и тихо говорил. Несколько человек из ближайшего к нему отряда слушали, переглядываясь, но ничего не отвечали. Подойдя ближе, Гедимин заметил, что Рори стоит как-то странно — держится к собеседникам боком и не опускает приподнятый локоть. «Опять нож?» — сармат брезгливо поморщился. «Охранники, наверное, везде слепые…»

Ускорив шаг, он врезался в толпу. Бывшие бойцы Донахью шарахнулись в разные стороны, кого-то из них сармат задел боком. Теперь он стоял прямо перед Рори, и тот, обнаружив это, с горловым бульканьем подался назад.

— Уходи, — сказал ему Гедимин, внимательно глядя на его локоть. Рори снова развернулся боком, теперь уже к нему; что-то у него с собой