Живой щит - Дмитрий Воронин

Мелькнула мысль, что она в любой момент влепит в меня самый серьезный заряд, на который способна, вроде того обещанного, что может выдрать дуб с корнем.

— Все уже в норме… — хрипло пробормотал я, бессильно опускаясь на землю, и повторил: — Уже все…

Она с опаской подошла ко мне вплотную и медленно приложила ко лбу ледяную ладонь. От этого прикосновения стало чуть легче.

— Что это было? — вырвалось у меня.

— А что ты видел? — Голос ее дрожал от перенесенного стресса.

Я рассказал, стараясь быть по возможности многословным — и мне, и ей требовалось время, чтобы успокоиться. И не-известно, кому больше.

Выслушав мой рассказ и к тому времени несколько придя в себя, она согласно кивнула:

— Не знаю, как это называется на вашем языке…

— Галлюцинация, — буркнул я.

— Галлюцинация… — повторила она, смакуя новое слово. — Все-то есть в вашем языке. У нас это называется «ложное видение». Но ваше слово звучит лучше.

— Что же это было?

— Это было нападение, — вздохнула она. — Магическое нападение, причем это был очень сильный маг, очень! Я бы и половины такого сделать не смогла б. Это идеальная… галлюцинация, столько деталей и нюансов — уму непостижимо.

— И где же этот «очень сильный маг»? — зло поинтересовался я, из последних сил порываясь встать. — Мне очень хочется с ним потолковать об отдельных «нюансах» и «деталях», высказать ему свою критическую точку зрения.

Алия махнула рукой.

— О, он не здесь. Такое колдовство требует… кое-каких предметов, но его вполне можно провести с расстояния, оставаясь в полной недосягаемости. Так что можешь не рваться в бой, мой рыцарь, сейчас ты его не достанешь. Что ты там говорил о «лучшей в мире женщине»?

— Когда я все это увидел… обрывки твоей одежды, кровь, твой кулон в когтистых лапах… я почувствовал, что… Но послушай, Алия, зачем я ему сдался, этому твоему колдуну?

Она долго сидела молча, то ли думая над моим вопросом, то ли погрузившись в какие-то иные мысли. Я же молча смотрел на нее, с ужасом понимая, что если бы не вымотал так себя вчерашними упражнениями, то скорее всего напал бы сразу, не раздумывая и отбросив всякие мысли о стратегии и тактике. И первый же удар достиг бы цели.

Похоже, она пришла к тем же выводам.

— Это было нападение на меня, — задумчиво сказала маркиза. — Ты просто подвернулся под руку, тебя использовали как инструмент. Если бы ты так не устал…

— Что же теперь делать, Алия? Интуиция мне подсказывает, что это может повториться.

— Интуиция…

— Ну… предчувствие, предвидение… догадка, если хочешь. И все же?

— Нет! — жестко сказала она. — Это не повторится. Я буду настороже, и ты тоже. Но прежде всего мы займемся твоей тренировкой, я научу тебя защищаться от таких нападений. Отныне и впредь.

Она задумчиво посмотрела на почти затухшие угли и тихо добавила:

— Интересно, кому же я так мешаю…

— Похоже, мой лорд, ваш обожаемый Шер… простите, высокочтимый мэтр Шерривер тоже сел в лужу?

— Ваш сарказм здесь совершенно неуместен, Шайк. Шерривер еще не показал всего, на что способен.

— Я тоже.

— У вас был шанс, Шайк. И не один.

— И тем не менее я прошу дать мне еще одну попытку.

— Да хоть десять, Шайк. Или вы достигнете цели, или маркиза вместе со своим спутником свернут вам шею. И в том и в другом случае я останусь в выигрыше.

— У вас тонкий юмор, мой лорд…

— Теперь представьте, что у вас в голове кусок железа… Голая степь постепенно сменялась обжитыми местами. То там, то здесь виднелись вспаханные наделы, на которых появились всходы будущего урожая. Несколько сервов трудились на своих делянках, отрываясь только затем, чтобы поклониться рыцарю, каким в их глазах я, безусловно, являлся, и благородной даме, неспешно проезжающим мимо по дороге.

Прошлая ночь прошла мирно — нападение не повторилось, хотя я его ожидал и давал себе слово, что не стану бросаться с мечом ни на какого монстра. Обещание несколько неосторожное, поскольку в этом сумасшедшем мире монстры вполне могут оказаться настоящими.

— А почему в голове? Раньше вы рекомендовали грудь.

Алия продолжала тренировать меня в искусстве магии.

Учитывая, что она училась достаточно давно, ее редкие похвалы тому, чего я смог достичь за два вечера, наполняли меня бескрайней уверенностью в собственных силах. Впрочем, она умела быстро сбивать спесь.

Но по крайней мере я научился сдерживаться и не выкладывать весь накопленный запас за один раз. Сегодня с самого утра я был поставлен перед необходимостью держать «огонек» силы постоянно зажженным, не давая ему ни разгореться, ни окончательно погаснуть. Моя прекрасная ведьма объяснила, что такое состояние — основа основ. Маг, сколь бы опытным он ни был, будучи захваченным врасплох и без запаса энергии, был обречен на неминуемое поражение, поскольку времени на концентрацию может не оказаться, а выброс без резерва, только за счет силы организма, вел к мгновенному истощению вплоть до обморока, после чего чрезмерно самоуверенного колдуна можно было брать голыми руками.

— А про грудь ты тоже не забывай. — Сервы теперь находились за пределами слышимости, и Алия снова перешла на ты. — Огонь ни в коем случае не должен угаснуть. Пока, возможно, это и не просто, но со временем ты так привыкнешь к этому ощущению, что сможешь поддерживать запас даже во время сна.

Я ей, конечно, верил, однако пока с самого утра пребывал в непрерывном напряжении.

— Сосредоточься… только не вкладывай в это столько усилий, напомнила она, заметив напряжение на моем лице. — Это должно быть естественным.

Железка в голове. На самом деле представить такое совсем не трудно когда-то так и было. Помнится, при захвате банды пиратов на Титане взрыв гранаты вмял гермошлем мне прямо в башку.

Конечно, я чертовски рад был, что при этом и шлем не лопнул, и череп мой не треснул, но те три часа, пока ребята меня выносили с их базы к десантному шаттлу, я совершенно явственно ощущал, что в моей голове находится что-то такое, чему там совсем не место.

Почувствовав мою уверенность в себе, Алия продолжила:

— Теперь вспомни, как огонь стекал в твою руку. Пусть теперь так же металл окружит твою голову… сосредоточься… ни единой щели, даже самой крошечной… сосредоточься… он не мешает тебе ни видеть, ни слышать, ни дышать… но окружает тебя сплошным защитным слоем… надежным и прочным… никто не сможет…

Тут я не выдержал и расхохотался.

— В чем дело? — возмутилась маркиза. — Это достаточно серьезные вещи, чтобы к ним относиться с надлежащим вниманием.