Из Тени (Dragon Age) - Krilena

ещё какая-то радикальная пакость) был обнаружен. Но точно никак не равнодушие. Теперь желание старика разобраться с этим странным человеком стало ещё сильнее. Безумец того и добивался.

— Только, как по мне, беспокоиться следовало бы вам, сер. Думаю, хозяина дома не обрадуют ваши действия, — постарался мужчина схитрить, не упомянув, что он и есть тот самый «хозяин дома».

— Не понимаю, о чём вы, — с наигранным легкомысленным произнёс магистр и пожал плечами. — Мои поступки никому не вредили.

— Но ведь зачем-то вы здесь стоите…

— Изучаю следы битвы за Денерим. Не смог удержаться, — кивком указал Безумец на царапины. — Предполагаю, что их оставил крикун. А также заметно, что противостоял ему хорошо подготовленный воин.

— Откуда знаете?

— А вы сами посмотрите! — вновь с наигранным восторгом воскликнул маг, как бы обрадовавшись, что собеседник заинтересовался. — Количество царапин говорит о том, что сражение проходило дольше среднестатистического, значит, силы были приблизительно равны. Поэтому воин, очевидно, решил извести терпение монстра, заставить того совершить ошибку. Судя по, опять-таки, следам у него это получилось. В некоторых местах царапины еле заметны, потом темп сражения увеличивался — следы стали глубже. И под конец монстр потерял терпение и ударил в полную силу. Очевидно, не попал по вёрткому противнику, потому что в том месте, — Безумец указал в сторону участка стены, откуда выковырял осколок, — остался очень глубокий проём, из которого даже вытащить целым «когти», не обломав их остриё, не получилось.

Наблюдая, как странный человек в черном плаще продолжал изучать со всех сторон полученный ржавый трофей, за отковыриванием которого его, как оказалось, и застали, старик находился в некоторой растерянности. Когда Эамон заметил, что около его дома стоит уж очень подозрительная личность, он уже заранее назвал сегодняшний день и прогулку до дворцовой площади испорченными. Хотел просто погулять, посмотреть на расцветший в этот день любимый город, а теперь придётся, наверное, допоздна выяснять, чей именно неопытный шпион или диверсант в наглую крутился вокруг усадьбы. Но сейчас мужчина был уже больше заинтересован, чем раздражён и категоричен. Потому что этот «шпион» и на шпиона-то не похож. Скорее уж учёный какой-то. Поскольку на памяти ветерана только брат Дженитиви, известный ферелденский церковный учёный, говорил так же заумно и нудно.

— А вы и правда наблюдательны, — произнёс тогда старик и, глянув на исполосанную стену, как-то даже излишне тяжело вздохнул от нахлынувших воспоминаний. — Тем воином был Герой Ферелдена, — как-то даже горько произнёс он. Очевидно, судьба талантливого и способного мальчонки ему казалась печальной. Если бы не Мор, какой выдающийся полководец мог вырасти из младшего Кусланда! — В одиночку, спасая меня, бросился на крикуна. Удивляюсь до сих пор, как справился-то хоть.

— Так вы тоже участвовали в том сражении?! Расскажите! — взбудоражено воскликнул младший из них двоих без какой-либо доли уважения к не такой уж и старой истории.

Геррину это, конечно же, не понравилось. Однако, с другой стороны, такое поведение странного человека заставляло всё больше усомниться в каком-либо планируемом вреде Ферелдену или его гражданам. Как этот «учёный» и сказал: в его действиях нет ничего противозаконного… Ну, кроме, конечно, того, что он позволяет себе такую вольность в разговоре с до недавнего времени советником короля.

— Не торопитесь так, молодой человек! — старик почти что по-отцовски строго постарался остудить взбудораженность собеседника. — Чтобы о чём-то просить, стоило бы для начала представиться.

Не то, что бы такая воспитательская строгость поможет, всё-таки и сам Безумец не такой уж и «молодой», однако маг всё же смиренно кивнул.

— Эамон Геррин, — проявив любезность, первым представился именно ветеран и протянул странному собеседнику руку.

Эамон решил представиться полным именем не случайно. Напоследок он хотел проверить собеседника. Если неизвестный его не признал по внешности, то уж имя должен был наверняка слышать. Все в Ферелдене знают о бывшем эрле Редклифа. Но Безумец прошёл эту проверку с самой неожиданной и маловероятной стороны: он никак не отреагировал на услышанное имя.

«Иноземец», — теперь наверняка убедился старик. Однако на этом собеседник не остановился и продолжил удивлять. Ведь магистр неуверенно пожал руку, но молча, не назвался сам. Геррин в силу своего статуса и так отвык слышать вольности в разговоре, а такое поведение он вообще посчитал высшей степенью неуважения и невоспитанности.

— При рукопожатии у нас принято называться! — вновь строго отчитал старик, про себя отметив неестественную холодность руки собеседника. Это вместе с общим видом его белой кожи натолкнуло на мысль о какой-то болезни странного человека. Ну, да. Тот, на ком балахон висел как на пугале, в принципе не может быть здоровым.

— Если ваше состояние позволяет оплачивать услуги телохранителей и называться любому встречному с площади человеку своё имя, то я такой возможности лишён. Поэтому из соображений собственной безопасности предпочитаю оставаться инкогнито, — совсем спокойно ответил маг, пожимая плечами.

Безумец говорил так, будто и не понимал, что за человек стоял перед ним. Но на самом деле, он прекрасно знал. Легендой, как прах великой Андрасте излечил их смертельно больного эрла, мужчине жители Редклифа прожужжали все уши. И магистру очень нравилось, что на него обратил внимание именно приближённый короля, у которого, если это странное знакомство продолжится, можно и выпытать нужную ему информацию.

По этой же причине маг не стал выходить из образа бестактного исследователя. Наверняка Эамон после этой встречи пошлёт (если уже не послал) во дворец весточку с просьбой разузнать о странном хромом человеке в чёрном плаще. К подозрениям такого высокопоставленного человека, большая вероятность, прислушаются и отправят ищеек в город. Только мужчину это ни коим образом не пугало, ведь то немногое, что смогут разузнать ищейки, не будет конфликтовать с личными догадками Геррина. Не шпион, а просто иноземный бывший учёный Круга, который если в чём-то и повинен, так это отвлечением местных жителей от дел своими бестактными вопросами о Море…

— Скрываешься от кого, что ли?

Ну, точно — истинный солдафон. Спросил слишком прямолинейно и в лоб.

— Не совсем. Но предпочитаю особо не выделяться. Поэтому не принимайте за оскорбление, но к вам, как к неизвестному встречному на улице, у меня доверия нет.

В тот момент Эамон уже не сдержался и засмеялся. С чем, с чем, но с тем, что человек, подозреваемый в шпионаже, подозревает его самого, старый воин точно столкнулся впервые. А как известно, смех и злость несовместимы, поэтому теперь бесхитростный ферелденец растерял почти всю былую подозрительность. Теперь ему хотелось разобраться с этим коварным типом гражданской наружности в основном из-за собственного любопытства.

«Наверняка бывший маг Круга», — сопоставив все полученные знания, построил свою догадку Эамон. Но это