Из Тени (Dragon Age) - Krilena

препираться. А ещё через какое-то количество времени и мучений он растерял и всё желание врать и недоговаривать. Сломился окончательно.

Ведь за ложь наказание было хуже: воздействие шло уже на голову. Агент лично проверил, что это ещё ужаснее. Теряешь уже не тело, а разум. Собственные мысли нанесут неописуемые страдания. А страхи, которые под воздействием мага оживают все и разом и ещё пуще искажаются, могут быстро решить здравомыслия любой рассудок. Поскольку, как противостоять боли от собственных мыслей, его никто не учил. Да и до сегодняшнего момента он считал себя единым с собственным разумом, который, в отличие от тела, отказать никогда не сможет… Но малефикар опять ломает устоявшиеся правила сопорати.

Но как бы долго всё это ни длилось: для одного полчаса, для другого вечность — однажды на последний вопрос был дан ответ, и допрос закончился. Для Безумца, конечно, всё было удачно. Он получил все нужные ему сведения об Инквизиции. К примеру, теперь он мог быть уверен, что молодой маг из Редклифа всё-таки оказался замечен Канцлером, прошёл негласную проверку и уже допущен до некоторых её тайн — разносит секретные донесения. Магистра это устраивало. Ведь если этот юркий ферелденец собирается сдержать своё слово, то больше у Безумца не будет повода проводить подобные «разъяснительные беседы» с агентами.

Поднимаясь на ноги, маг напоследок осмотрел уже почти полуживого следопыта. Но и поныне никаких лишних эмоций не проявилось на его лице. В его понимании, такая жестокость стоило того, учитывая сколь много теперь он знает о нынешних делах Инквизиции (вплоть даже до подробного описания дороги до Скайхолда). Магия, к которой он прибёг, давно доказала свою эффективность при допросах. В застенках тайной полиции Империи и Звёздного Синода она использовалась на протяжении веков. Единственный недостаток — допрашиваемые мучительно и долго, но в конечном итоге всё равно умирают, поскольку эта магия в прямом смысле ломает тело изнутри.

— Будь ты проклят, демон! Создатель… Он не позволит твоей душе найти покой. Никогда! — из последних сил, которые смог собрать, прошипел следопыт, сплёвывая кровь, а, может, уже и… лёгкие.

Безумец только хмыкнул, но опять-таки промолчал. Если этот фанатик даже на смертном одре ищет справедливости у идола, который и про свою-то главную Жрицу не вспомнил, то говорить что-либо магистр смысла не видел. Ему ли не знать, что если подобные личности вбили что-то себе в голову, то выбить это оттуда можно, обычно, только с мозгами.

Начинался дождь, а где-то уже совсем неподалёку сверкнула молния. Завершить дело мужчина успел вовремя, осталось только убрать «хвост». С этой целью он отошёл на устойчивую часть остова, а после приметил лёгкое стихийное заклинание землетрясения. Плите, на которой лежал пленник, этого толчка хватило, и она, сорвавшись с фундамента, полетела в озеро. Привязанный к ней человек направился следом. Но об этом никто не узнает. Ведь он не кричал. Лишь шептал какую-то молитву из Песни Света до тех пор, пока его не поглотили воды древнего озера.

Не выживет. Никаких шансов всплыть…

Глава 12. Кровь и магия

С самого своего основания Денерим строился вокруг форта Драккон. Эта древняя крепость была аванпостом в Империи Тевинтер. Магистры, видимо, стараясь подражать легенде об Эльгарнане, создали его из монолитной каменной скалы. Поэтому он и сам выглядел как монолитное нерушимое сооружение, неподвластное времени, застилая своим величием всю столицу, даже Королевский квартал. Даже главным богачам Ферелдена не хватит возможностей, чтобы выстроить хотя бы приблизительного соперника магическим архитекторам древности. Да, впрочем, они и не стремились. Это же не Орлей, который старается догнать и древний Эльвенан, и Тевинтер. Здесь люди больше озабочены достижением успехов в сражениях, чем внешней помпезностью.

Безумец не помнил, бывал ли он здесь в своё время, когда ещё весь портовый город назывался в честь форта. Поэтому не мог сказать каким он, Денерим, выглядел в начале своего развития. Но, наверное, посещал, раз это самое ближайшее поселение к лесу Бресилиан. А лес-то, изобилующий эльфийским наследием, он точно исследовал.

Архитектура южных народов всегда была слишком дикой, но раньше-то, под властью Империи, они хотя бы старались подражать центральным городам. Однако ныне мужчина точно мог сказать, что крепость его народа здесь выглядела крайне неуместно, выделялась не только высотой своей, но и из-за серости остального города, который вернулся к истоку варварского стиля градостроения. Впрочем, нынешний Денерим Безумец встретил крайне нейтрально. С момента пробуждения прошло достаточно времени, он привык к воняющему псиной Ферелдену.

Здесь среди серых многочисленных, очень путанных из-за нерегулируемого строительства улочек мог он спрятаться от любой погони. Хотя Денерим на самом деле вонял, и не только псиной. Ведь канализация в бедных кварталах почти не налажена. Поэтому там мужчина категорически не желал появляться. Он хоть в основном и не привередлив, но не настолько.

Особых проблем у мага в городе не было. В своём тёмном плаще он буквально сливался с другими прохожими невзрачных улочек. Если кто-то и оборачивался, то исключительно потому что не сразу поверил увидеть настолько сильно хромающего человека. Единственное, что его выдавало, так это достаточно-таки непривычное поведение. Ведь стоящий на месте и подолгу рассматривающий какой-то объект человек на улице выглядел довольно-таки странно. Впрочем, не менее странными были его вопросы к местным жителям. Нормальные люди дорогу спросят и уйдут, а этот донимал своих «жертв» вопросами о недавнем Море. Понятное дело, чаще всего он становился посыльным (посылали его), но некоторые порой, покрутив у виска, что-нибудь да буркнут в ответ.

Но Безумца такая реакция нисколько не отпугивала. Фактически он торопился и не собирался месяцами выуживать необходимую информацию из травмированного сражением десятилетней давности города. Впрочем, городские жители были столь же бесполезны, как и деревенщина Редклифа. Кроме «огромная тварина» они про когда-то летающего над их головами архидемона ничего другого и не могли сказать. Про остальных порождений тьмы ответ был похожий. Впрочем, от них других ответов он и не ждал, просто напоследок убедился.

Хотя за множеством этих безответных вопросов о Море, он аккуратно выведывал любую информацию о королевском дворце. Почему аккуратно? Да потому что за первое его могли принять максимум за нетактичного нахала, а вот за второе — уже и за шпиона. Ведь зачем подозрительному оборванцу знать, что есть во дворце?

Впрочем, именно на этот вопрос ответов он нашёл крайне мало, и то в основном из сплетен. Некоторые женщины, споря между собой о том, носит ли королева Анора орлейские украшения и какого размера у неё гардероб, могли ненароком