И мечты станут явью - Анна Май

редакцией «Ньюс», куда Эля собиралась заехать обсудить с главредом темы новых статей ради дополнительного заработка. На днях Виталий сказал ей: – Вам надо обязательно вернуться в Россию, как вы указали в анкете в британском консульстве: 15 августа. Ну и что, что срок визы истекает 19 октября? Здесь вам студенческую визу не дадут точно, россиянам ее всегда выдают только по месту постоянного проживания. И то далеко не всем! Даже если у вас будет оплачена школа за год. Здесь к русским отношение очень настороженное, если не сказать негативное. Поверьте, я видел столько людей, даром потерявших тысячи фунтов, потому что им было отказано в визе. Некоторые все же решили остаться и перешли на нелегальное положение. Но разве это жизнь? Они же полностью без прав! Даже зубы лечить бояться, вдруг в Хоум оффис настучат? Или приезжала ко мне мама старенькая, гостила 2 месяца. Прихворнула, в ее возрасте это не редкость. Поэтому ее вылет обратно задержался. Всего на несколько дней! Но в следующий раз, когда мама собралась к нам в гости, мне пришлось очень долго объяснять, почему в прошлый раз она не улетела, как было указано. Хотя по ее визе она могла жить с нами еще четыре месяца спокойно.

Но Эля на свой страх и риск все же решила остаться до окончания срока гостевой визы – и надеяться на лучшее с получением студенческой. А в Питер она слетает на рождественских каникулах, когда Джейн с детьми тоже уедут, чтобы повидать подруг и вылечить зубы. Потому что здесь за один зуб придется выложить до 800 фунтов. Она съездила в офис British Airways и обменяла билет на 23 декабря. Только потом поняла: это же день рождения Роберто! Наверное, правильно, что она начала про него забывать.

Не зря говорится «ум хорошо, а два лучше». Но Эля все-таки не удержалась и еще до беседы с психологом Дэвидом послала ответ Роберто. Потому что была слишком обижена на него: «Привет! Ниже письмо, которое я начала писать тебе, когда считала, что ты в зоне боевых действий. Я собиралась послать его тебе, только когда ты вернешься, чтобы дополнительно не нагружать в опасной поездке. Но ты, оказывается, никуда не уезжал. И тебе было все равно, что я здесь схожу с ума от беспокойства – и не потому, что одержима тобой, как ты заявил! Просто любой нормальный человек беспокоится за тех, кого он знает и кому сейчас нелегко. Я беспокоилась, потому что, например, думала: а что будет с Джошем, если его отец не вернется? Он ведь такой чувствительный мальчик! И так тебя любит. Но мне не хочется вновь тратить миллион слов – почти уверена, они снова будут сказаны напрасно. У меня остается лишь маленькая надежда на понимание – но, все-таки, она пока еще есть. Прилагаю то недописанное письмо –чтобы ты мог понять меня и ситуацию:

«Роберто, я действительно люблю гармонию во всем, но даже святой стал бы сердит и обижен, если бы его друг был несправедлив. Ты верно заметил в своем последнем письме: если кто-то не уважает ближнего, ему не стоит ждать уважения в ответ. Я уважаю многих людей, которых ты не знаешь, потому что они заслуживают этого. Но я не могу уважать лицемеров и садистов! Ты просто не знаешь, как Питэр ведет себя! Спроси Джейн, она расскажет тебе, какой он подлый человек, если не веришь мне.

И о моем прошлом письме про Ближний Восток: оно выглядит, будто я все еще люблю тебя – но это были просто несколько теплых слов поддержки, и я сказала бы их кому угодно, кто должен ехать в пекло.

Может, Ад на земле что-то прояснил в твоих мозгах и ты осознал, что по настоящему важно в этой жизни. Возможно, ты даже попытаешься вернуть меня – но только я больше не верю тебе. Сколько раз ты говорил или обещал что-то – а потом уверял, что это мои выдумки! Я всегда была очень искренна с тобой, но ты предпочел верить в собственные и чужие бредни, не желая посмотреть в лицо реальности. Не знаю, почему. Теперь благодаря тебе я не смогу доверять всем другим мужчинам – а значит, никогда больше не полюблю.

Если ты захочешь вернуть мое доверие, ты можешь стать тем лекарством, что вылечит мою душу. Не пойми опять превратно, это не подразумевает женитьбу или интимные отношения, жизнь вместе – я сейчас вообще не в силах думать о каком-то сближении с тобой. Речь идет о самом важном в жизни – о доверии между друзьями, о доверии к миру, людям. Я не хочу стать как Жанна! Я не знаю, захочешь ли ты что-то предпринять, важно ли для тебя, жива моя душа или нет – но ты можешь сделать это. Может, однажды мы посмеемся над тем, какими дураками мы были».

И что она так цеплялась за этого мужчину? Неужели это было, как обычно в любви, приукрашивание унылой действительности? Не хочется верить! Может, Роберто все-таки разберется в себе за ближайшее время? И перестанет мучить их обоих почем зря! Но в недописанном письме Эля сказала правду: теперь она будет долго его проверять, прежде чем решится вновь с ним хоть минимально сблизиться. Даже как друг.

И насчет других в письме была правда: при всей Элиной внешней искренности внутри нее что-то захлопнулось намертво – некая дверь, ведущая в сердце. Сможет ли она хоть когда-то открыться? Хотя, ее душа все же не умерла до конца, просто превратилась в Спящую красавицу. Еще раз, последний, она сможет поверить. Но Принцы-Спасители приходят только в сказках. И то через 100 лет…

Еще одно свидание

Поезд подземки, на котором Эля ехала на встречу с Дэвидом, внезапно встал между станций. После стояния в темном тоннеле почти час состав двинулся назад. Вот теперь Эля поняла, что значит «хорибл андеграунд», как ожесточенно повторял Роберто: в Лондоне на центральных станциях, поскольку они очень старые, существуют проблемы с вентиляцией. А если вдобавок стоит жара, становится просто нечем дышать и пассажиры чувствуют себя, как в сауне. Вернее, в газовой камере. Из-за этого, как рассказывал Виталий, при очередной поломке – а они здесь часты – порой раздают бесплатную воду: охладиться, чтобы прийти в себя и не хлопнуться в обморок. Но вода быстро кончается, на всех не хватает. А с собой попить Эля не взяла. И