Легенды Гарсариона: Искра (СИ) - Тайлер Калхун

Шуан уже расставил пузырьки и коробочки на кровати, разрезал шубку Дейти вместе с рубашкой, обнажив ее живот, залитый запекшейся и свежей кровью.

— Она горячая, — сказал шуан. — Значит смерть еще не подобралась к ней. Но лучше… да, точно…

Он аккуратно схватился за стрелу, в том месте, где она входила в тело. Медленно проворачивая, стал вытаскивать. Живот девочки начал дергаться.

— Спокойно, — прошептал шуан. — Вот так… еще немного…

Стрела вышла. Шуан тут же бросил ее через плечо, а другой рукой наложил ткань на рану, из которой начала течь кровь.

— Молодец, что не вытащил стрелу, — сказал Шуан. — Повезло, она закрыла рану, не очень хорошо, но девочку это спасло.

— Доводилось встречаться с такими ранами, — сказал авир, смотря на лицо Дейти, которое не подавало признаков жизни.

— Держи ткань, прижми как следует, — приказал шуан, а сам принялся откупоривать пузырьки. — Как скажу, уберешь руки, я обработаю рану, а потом снова наложишь.

Кайден сделал все, как приказал полукровка. Дейти еще несколько раз дернулась, рана зашипела. Потом процедуру повторили, на сей раз с другими пузырьками. Теперь девочка застонала, Пушистик, который сидел на спинке кровати, запищал, вторя ей.

— А это что за чудо? — спросил шуан, только сейчас заметив духа.

— Очень долгая история, — покачал головой авир. — Как она?

Шуан в довесок к пузырькам, положил на рану Дейти еще немного какого-то зеленого вещества, похожего на тертое растение. Потом потрогал ее лоб, открыл глаза и посмотрел зрачки.

— Она истощена, очень.

— Что это значит? — заволновался Кайден.

— Так. Жить она будет, просто ей нужно прийти в себя. Как очнется, ей нужно будет время, пока рана заживет, потом ей нужен будет уход.

— Сколько времени?

— Для полного выздоровления? Хм… месяц.

— Пусть хоть год, лишь бы жива была, — сказал Кайден, мотая головой. Тут же перед глазами проплыл внушительный кошель золота, который он может потерять через этот год.

— Будет. Дочь твоя?

Он задумался, как стоит ответить на этот вопрос.

— Нет, — прохрипел он. — Но… она очень ценна.

— Понимаю, — усмехнулся шуан, поднимаясь на ноги. — Я сделал все, что нужно, теперь будем ждать. Теперь я бы хотел узнать, откуда вы появились? Об авирах не было ни слуху, ни духу уже сто лет. Как пала ваша империя.

— Я один из немногих, кто пережил катастрофу, — сказал Кайден, тоже поднявшись. Хоть дыхание он восстановил, но сердце все еще колотилось, как сумасшедшее. Из-за бробира и из-за Дейти. С таким успехом его старое сердце скоро не выдержит. — А эта девочка… одна из потомков тех, кто выжил. Мы идем на север, в Вайард.

— Зачем вам туда?

— Там… у меня дела.

— Твое право мне не говорить. Но, чтобы ты знал, в этой деревне я единственный твой друг.

— Это я и сам знаю, — нахмурился Кайден. — Норады…

— Те, кого вы встретили, заметили ваши волосы. Пройдет несколько дней, и все будут говорить об этом…

— Пусть треплют, мне без разницы. Ее они не тронут.

— Сейчас непростые времена, — опустил голову шуан. — Люди напуганы…

— Мне глубоко насрать на них всех, — отрезал Кайден. — Как звать-то?

— Ораму.

— Кайден.

— Долгих лет тебе, — он кивнул и протянул авиру руку, которую тот пожал.

— Долгих лет тебе и твоему дому, — ответил Кайден по обычаю шуан. — У меня будет еще одна просьба.

— Говори.

Кайден показал ему рану на спине, которую он получил в той деревне. Она его начала беспокоить только сейчас.

— Ничего серьезного, — сказал шуан.

Он быстро обработал рану, кое-где даже подшил. После этого авир про нее и думать забыл.

Ораму собрал все свои склянки и коробочки, отнес их.

— Девочка будет спать здесь, — сказал он. — Я лягу в своей кладовой, но для тебя, к сожалению, у меня кровати нет.

— Ничего, я привык спать на земле.

— Тогда, доброй ночи тебе, авир Кайден.

— Доброй ночи, шуан Ораму.

И он ушел в кладовую. Кайден же остался так же сидеть у кровати Дейти. Он не собирался никуда уходить или ложиться спать. Он накрыл ее пледом. Следил за ее дыханием, чтобы оно не менялось, рассматривал ее лицо, чтобы заметить малейшие изменения, приступы боли. Он аккуратно поправлял ей растрепавшиеся волосы. В это время Пушистик все так же сидел на спинке кровати и тихо попискивал.

— Ты молодец, — сказал Кайден. — Нашел ей спасение. Тебе спать не нужно, а я не усну, так что будем с тобой вдвоем следить за ней. В оба глаза, да? Хотя у тебя их нет… в общем…

Он осекся. Смысла говорить с духом не было, он все равно не мог отвечать. Все еще взбудораженный бробиром, он стал ходить по комнате. Не мог спокойно сидеть на месте. В голове крутились разные мысли, но для него проще было даже не обращать на них внимание. Тогда он решил молиться. По большому счету, всю его жизнь молитвы для него были скорее способом дать себе надежду, он не особо верил, что Нуррэ действительно его слышит. Говоря по правде, он вообще сомневался, что он еще где-то там, в ином мире, откуда, по словам древних мудрецов, и пришла Тень и все те чудеса, которые когда-либо обитали в мире. Может, Нуррэ тоже пал под давлением Тени, кто знал. Но события последних месяцев начинали заставлять его сомневаться в своих же сомнениях. Слишком много чудес было с момента его выхода из Вайарда, вместе с бандой Красной Собаки, до нынешнего момента. Он один выжил, сумел вытащить Дейти, столько раз спас ее, когда она была на волоске от смерти. Но самое главное, что он излечился от неизлечимой болезни — Теневой хвори. Тут явно был промысел Нуррэ, никак иначе. А эти слова, которые еще долго звучали в его голове — будь с ней поласковей, она много пережила. Откуда эти слова? Он не знал, вернее, не мог вспомнить. Знал лишь только, что это было однозначно об этой девочке.

Время шло и Кайден ни на мгновение не прикрыл глаза. Он следил за Дейти. Ее дыхание стало более ровным и глубоким, даже лицо, казалось, немного порозовело. Он все ждал, когда же она откроет глаза, чтобы снова заглянуть в эту огромную бездну изумрудного цвета. Он хотел, чтобы она была счастлива. Почему — он никогда не поймет, время и события прошлых лет задушили в нем душу, оставив лишь то, что нужно для выживания. Ему так казалось. Почему же внутри него все еще идет борьба между кошелем золота и этой девочкой? Неужели он уже не решил для себя, что выполнит то, что ему поручили. Какие