В тени Рюджина - Халег Чудинов

Странные эти города в Стране Земли. Для жителя Страны Огня странные. Вот вроде архитектура почти идентичная по стилю с южной, но суть в том, что дерево здесь при строительстве используют в минимальном количестве. Не растет строевой лес в гористой местности, характерной для Страны Земли. Если когда-то он здесь и был, то его давно извели под хозяйственные нужды, а освободившиеся земли пустили под поля.

Домики Миматы, городка на торговом тракте, встретили меня серыми каменными и кирпичными стенами и такого же цвета шиферными и черепичными крышами. Все поселение было словно седым из-за всеобщей серости. Ее разбавляли только яркие желтые листья гинкго на синих полотнищах флагов — герб Миматы. Сами деревья гинкго, единственные крупные деревья, оставшиеся в округе, тоже имелись, но в это время года они давно лишились листвы. Город был припорошен снежком, погода не слишком холодная, но достаточно мерзкая, чтобы улицы не выглядели оживленными. По покрытым утрамбованным щебнем и вымощенным булыжниками дорогам торопливо сновали редкие жители поселения и торговцы. Ну, теперь еще и я с тремя спутниками здесь объявились.

— Мимата, Мимата… Кажется, я что-то про этот городок слышал, — пробормотал я, пока Канрю Чиноике договаривался о завтрашнем пути с караванщиком, на чьих фургонах мы пересекли границу Страны Земли.

Память у меня замечательная, но со временем она начинает сильно захламляться. Начинаю замечать, что иногда упорно не могу выудить нужную, но не слишком значимую, информацию. Она просто витает на краю сознания, но ухватиться за нее сложно. В процессе перерождения абсолютная память была полезна, но уже в жизни, особенно нагружаемая сразу несколькими клонами, она начинает давать сбои.

— Здесь находится самая южная академия проституток, — с готовностью подсказала мне Акицу Фума. — О ней многие слышали!

— Акицу! — сердито шикнул на девушку Котоширо. — Не забывай с кем говоришь. Рюджин-сама выше всяких борделей.

— О, точно! Бордель! — все-таки ухватил я нужную мысль за хвост.

— Рюджин-сама?! — с нескрываемым удивлением и упреком воскликнул в ответ на мои слова Котоширо.

— Сейчас я не Рюджин, — поправил я Узумаки.

— Простите, Тацума-сама, — быстро исправился Котоширо. — Но все равно бордель? Это…

— Во-первых, если мы в наших нынешних образах в него не зайдем, то будем слишком подозрительны. Во-вторых, бордель борделю рознь, — решил я просветить парня. — В Стране Огня есть публичные дома с проститутками, а есть «чайные» дома с гейшами. Вторые обычно продают не свое тело, а настроение. В Стране Земли «дома весны» сочетают и то, и другое. Гейши здесь принадлежат государству и находятся на том же социальном уровне, что и эта, санка или хинин, но они бывают более образованные, чем шиноби и чиновники, которых должны развлекать. У местных гейш можно узнать много интересного, если делать это аккуратно. Или попасть под наблюдение Ивагакуре, если действовать не аккуратно.

В бордель и в самом деле стоило зайти. В Стране Земли публичные дома находились в собственности государства и все гейши, которых правильнее называть ойран, в них были крепостными. То есть, сильно ограниченными в правах, но зато у них был шанс получить хорошее образование. Они должны уметь не только и не столько удовлетворять сексуальные нужды мужчин, но и петь, писать стихи, лечить, разбираться в управлении, политике, психологии и еще невесть в чем, чтобы поддерживать беседу с самым разным контингентом важных лиц. Обычно, из-за господствующего в Стране Земли философского учения наподобие конфуцианства, женщины здесь покорны, но не очень умны, если не считать куноичи. Гейши на общем фоне отличаются образованностью. И хоть жениться на них нормальным людям запрещено, но аристократия и чиновники часто берут их в наложницы, выкупая из борделей.

Такое уникальное положение, позволяет гейшам в столице непосредственно влиять на политику, а в таких провинциальных городах, как Мимата, публичные дома становятся не столько центрами досуга, сколько офисами контрразведки и государственной безопасности. Девочки в них, конечно, зачастую попадают не по доброй воле, встречаются даже пленные куноичи с поврежденными каналами чакры из других стран, но все они контролируются «мужьями» — сутенерами из числа демобилизованных шиноби Ивагакуре. На этом часто попадаются шпионы. Ойран — одни из самых осведомленных людей в Стране Земли, и многие из них готовы сотрудничать с другими государствами лишь бы выбраться из долговой ямы или рабства, но успешно получить у них нужную информацию получается далеко не всегда. Чаще сами гейши получают данные и передают их шиноби Ивы, чтобы выслужиться и хоть как-то улучшить свое положение.

Мне же не требовалось вызнать никаких особых тайн, так что риск попасться и быть раскрытыми особистами Страны Земли был минимален. Военной, технологической и экономической разведками в Стране Звука занимались соответствующие органы, мне же нужно было просто непосредственно сформировать собственное представление о родине Ивагакуре.

Так уж сложилось, что о Стране Земли я знаю только из слухов и докладов, лично за все тридцать с лишним лет жизни в этом мире меня сюда судьба не заносила. В Стране Молний был, в Стране Воды был, в Стране Ветра даже помог одной королеве провинцию увести и дочь с ней зачал. А Страну Земли только по границе обходил. Ничего критичного в этом нет, но все-таки лучше будет посмотреть, чем здесь народ живет.

— Атмосфера здесь напряженная, — вполголоса заметил Канрю, когда мы заходили в Мимата.

Чиноике подозрительно оглядывал пустынные улицы, заложив руки за пояс, где прятал сенбоны. Я почти физически ощущал его желание активировать кецурьюган, чтобы осмотреться.

— На границе опять неспокойно, а до нее всего сто километров, — отмахнулась Акицу. — Для обычного горожанина путь долгий, но шиноби могут это расстояние преодолеть быстро.

— А еще сейчас зима, — устало пояснил я. — Обычно, люди предпочитают в холода по домам прятаться, понимаете вы это или нет, а? Жители теплого побережья и долин горячих источников. Хотя напряженность на границе тоже сказывается, но в Страну Земли шиноби других стран проникают крайне редко, так что вряд ли это сильно беспокоит жителей.

— Простите… Тацума-сан, — с запинкой в разнобой извинились мои спутники.

— Не забывайте о своих образах. Идем.

Все-таки иногда я жалею, что не могу брать с собой в путешествия Мицуко, Малис и Хачи Фуму. Ветераны нужны в Отогакуре, но с ними изображать группу гражданских, купцов из Коме-дза, было бы