Тайна казачьего обоза - Сергей Свидерский

Наконец, Айна не выдержала и задала вопрос. Долго ли ещё будет продолжаться этот непонятный карнавальный ход, хоть бы тогда развесил яркие флажки на реях (ах, жаль, воскликнула она, и рей у нас нет!). Петя молчаливо вынес этот агрессивный напор, чувствуя правоту девушки.

После очередной остановки, он улыбнулся.

— Нашёл, — сказал довольно он.

— Что же? — удивилась Айна, осматриваясь вокруг.

— Место.

— Для чего?

— Для кого, — поправил он.

— Для кого, — исправилась она.

— Для камня.

Прозрачный как стекло, камень покоился на ладони.

Солнечные лучи преломлялись в нём, образуя вокруг радужную ауру. Камень, прекрасный в безупречной чистоте, жил своей жизнью. Неподвижное внутреннее пространство незаметно для глаз перетекало из одной формы в другую, в местах пересечения испуская россыпь алых искр. В этот момент казалось, что он видоизменяется наружно. Сглаживаются грани, появляются идеальные округлости. Камень словно дышал. Глубоко и часто. Пульсировал. И тогда тонкое биение передавалось руке, и она начинала заметно подрагивать биению в такт.

— Он живой, — наконец отозвался Петя и протянул камень Айне. — Возьми и услышь сама его дыхание. Оно леденисто-обжигающее. Почувствуй пульс, так может биться сердце живого организма. Бери!

Айна с трудом заставила себя встать с места и протянуть руку.

Камень легко расположился в её ладони. Она ощутила полную его невесомость и сказала об этом Петру. Он кивнул и сказал, что каждому человеку он открывается с той стороны, которая ему наиболее доступна. Откуда ты это знаешь, поинтересовалась девушка, и Петя ответил, что мысль об этом только что посетила его и, кажется, он внушил это. Айна согласилась, добавив, что камень сам сказал ей об этом. Затем вытянула руку над головой, направив по направлению солнца, и, прищурив глаза, начала рассматривать его.

— Как он прекрасен! — вымолвила девушка и, закрыв глаза, тотчас обмякла, лицо приобрело матово-бледный вид.

Петя еле успел ухватить её под мышки. Глухо стукнув о днище лодки, камень закатился под сиденье.

— Айна, что с тобой?

— Это он…

Петя усадил девушку на сиденье и сбрызнул лицо забортной водой. Холодные капли освежили, и Айна открыла глаза, на которых всё ещё сохранилась мутная пелена.

— От него нужно срочно избавляться! — в запале высказался Петя, завёл мотор, — а ты хотела его оставить на память!

— Избавься от него! Прошу!

— Нужно найти место.

— Ты же сказал, что нашёл.

— Ошибся.

Снова направив лодку вверх по течению, Петя с усиленным вниманием начал всматриваться в реку.

Через некоторое время он нашёл искомое. Впереди показался намытый посреди реки песчаный остров, кое-где виднелась прижившаяся растительность, кусты тальника, махавшие приветливо тонкими пальцами веток и густые проплешины травы. К этому моменту Айна полностью восстановила свои силы. Вынула термос с настоем трав и выпила полную чашку, не обращая внимания на обжигающую жидкость. Тепло растеклось по телу. Румянец украсил щёки. С глаз спала пелена, и взор её стал светлым. Она улыбнулась и поспешила обрадовать Петю.

— Вот могильник, саркофаг для последнего камня, — лодка мягко уткнулась в песок.

Петя выпрыгнул на берег, помог выбраться Айне. Они обошли остров по периметру. Разогретый песок приятно жёг стопы. В одном месте обнаружили переплетённые корневища вымытых половодьем больших кустов тальника. Айна предложила устроить на этом месте жертвенник. Развести огонь и бросить в него камень. И навсегда забыть. Петя возразил, что сила пламени не настолько мощна, чтобы уничтожить это коварное создание природы, необходим иной способ, но мысль о костре своевременна. Сбегал к лодке, вернулся с канистрой бензина. Облил корни и бросил зажжённую спичку.

Пламя весело вспыхнуло, и огонь бойко побежал по тонким и толстым веткам, поедая по пути высохшую отслоившуюся кожуру и пожелтевшие листья. Взвилось вверх прозрачно-сизое знамя дыма, разгоревшись, костёр выбросил в небо как вызов огненные яркие полотнища. Пахнуло жаром. Защищаясь от него руками, Петя и Айна отошли на безопасное расстояние.

— Искупнёмся? — предложил Петя.

— Да! — радостно закричала Айна, на бегу стягивая платье.

Костёр догорел через пару часов. Огромный чёрно-пепельный круг, исходящий теплом, выделялся на жёлтом одеяле острова, как чёрная дыра в космосе, ведущая в параллельное измерение.

Айна посмотрела на часы и с сожалением произнесла:

— Пора возвращаться домой.

Петя потянулся на песке, загребая руками, горячие песчинки и быстро поднялся.

— Пора, — помог подняться Айне.

Взявшись за руки, они ещё немного походили по колено в воде вблизи берега острова. Они молчали. Но за них говорили птицы, пролетающие над островом. Говорил ветер, развевающий длинные волосы девушки и кутающийся в них, как горячо влюблённый юнец, стараясь насладиться прекрасными и чудными мгновениями. Говорили стрекозы, блестя прозрачными крыльями, отражая солнечный свет, и вовсю гремя трещотками. Говорили рыбы, выпрыгивающие из воды, блестя плавниками и чешуёй и с громким плесканием, поднимая фонтаны брызг, возвращавшиеся в родную стихию. Говорили далёкие берега, издали кажущиеся тонкими тёмными линиями.

Айна прервала молчание.

— Петя, ты сказал, что этот остров — могильник для камня. Когда будешь хоронить?

Он поднял ладонь девушки к губам и поцеловал.

— Сейчас.

Лодка отошла от берега на несколько метров. Не сильное течение понемногу сносило относительно острова.

Без сожаления посмотрев на камень, ещё раз примерно определил вес.

Бросок вышел неудачным. Резкая боль пронзила плечо во время замаха. Траектория полёта выглядела неестественно. Камень поначалу пошёл круто вверх, затем завис на мгновение, не достигнув апогея, и устремился вниз по спирали. Повторно он завис почти в полуметре над поверхностью острова. Воздух пришёл в движение, замерцал, по воде распространились волны, исходящие от суши, устойчивая рябь покрыла всю поверхность. Поднялся ветер, он поднял пыль и песчинки вверх. Остров, большая барабанная мембрана отозвался чётким звонким звуком, будто в неё ударили палкой и пески пришли в движение. В первые мгновения оно было хаотическим, затем приобрело стройность и последовательность.

Прямо под камнем образовалась небольшая воронка. Она росла. Увеличивалась в размерах. Вокруг неё образовался вал, растущий по мере углубления воронки. В какой-то миг всё замерло. Камень повисел, покачиваясь в воздухе, и резко, выбросив при ударе струю раскалённого песка, вошёл в воронку.

Некоторое время неподвижность сохранялась, и снова всё пришло в движение.