DeFlor - Сергей Че

губы, открыв в глубине бледно-розовую завесу с маленькой дырочкой посередине.

- Она прекрасна, - пробормотал он, разглядывая девственную плеву и представляя, как эта красота будет выглядеть через несколько минут. Для мужчины нет лучше вида, чем вид только что выебанной им девственницы. На втором месте – вид девственницы, которую он сейчас выебет.

Он жадно присосался к ее раскрывшимся розовым лепесткам, проводя языком вверх-вниз, из стороны в сторону, забирая губами и вылизывая набухший клитор, проникая как можно глубже в тугую пещерку. Жасмин едва заметно вздрагивала, когда кончик языка упирался в преграду. Ее тело плавилось под его руками, груди часто вздымались от прерывистого дыхания, и, наконец, бедра стали ритмично двигаться ему навстречу, насаживая вагину на язык, сперва робко и неумело, потом все сильнее и резче.

- Выеби, - вдруг шепнула она сквозь хриплый стон. – Выеби меня.

Как скажешь, детка, подумал он, лизнул напоследок клитор и медленно двинулся вверх, целуя лобок, живот, груди, шею. Впился в пухлогубый рот и сунул ладони под ягодицы, приподняв зад и раскрыв для себя текущую вагину. Торчащий член скользнул по сочащимся лепесткам и уперся в преграду.

Жасмин вздрогнула даже не от боли, а от ее предчувствия, и раскрыла глаза.

Директор-распорядитель стоял над ними сутулой скособоченной тенью. Глаза сверкали злобой и безумием. В его поднятых руках что-то сверкнуло, и Жасмин успела только тихо взвизгнуть.

Лезвие топора вошло Мистеру Десятому в основание черепа, разом перерубив позвоночник. Его тело судорожно дернулось и безжизненно повалилось на Жасмин. Директор схватил его за руку, стащил в сторону и отбросил, как ненужный мусор. Потом поднял с пола остатки золотистого платья и затолкал их Жасмин в рот, прежде чем она успела опомниться.

- Вот видишь, - сказал он, визгливо хихикнув. – Непобедимый ликвидатор, легендарный Мистер Десятый. Он мог уложить сотню человек за раз. А стоило ему залезть на бабу, и он тут же стал слабым и беспомощным. Бери его голыми руками. Вот что вы с нами делаете, суки.

Жасмин мычала и дергалась, пытаясь освободиться.

- А все почему? – присел он рядом, не сводя глаз с ее розовой пизды, сверкающей между черных ляжек. – Потому что слушаем. Любим. Боготворим. Вместо того чтобы поставить раком, отодрать и выбросить на свалку.

Он провел лезвием топора по ее промежности.

Она утробно заверещала насколько позволял кляп.

- Я тебя боготворил, черножопая дрянь. А ты оказалась простой шлюхой. Как и вы все.

Он отложил топор в сторону и расстегнул ремень.

- Сам дурак, конечно. Кем еще могла оказаться баба, продавшая себя ублюдку Гарту? Только продажной шкурой, готовой торговать собой оптом и в розницу.

Он стащил штаны, обнажив толстенный член.

- Что, блядь подзаборная? Привыкла выбирать статусных альфа-самцов с деньгами и властью? Выбирай. А выебу тебя я.

Он навалился сверху, впился пальцами в бедра и резко натянул на себя, в два толчка загнав ствол во влагалище.

Жасмин беспомощно забилась под ним, громко взвыв от нахлынувшей боли. Толстый, как дубина, член раздирал ее пизду все шире и глубже. Каждый толчок разливался по телу невыносимой резью. Казалось, что ее разрывает на куски. Наконец, он ввел член до упора, приподнялся на руках, замер, разглядывая заплаканное личико. И принялся трахать свою бывшую богиню, полностью выводя и целиком загоняя, все быстрее и быстрее, иногда бросая жадные взгляды вниз, где хлюпала от крови и смазки розовая звезда, а по вылетающему из нее стволу тянулись кровавые полосы.

Боль не утихала, отдаваясь в голову при каждом движении. Жасмин с ненавистью смотрела на красную лысину и длинный крючковатый нос, что нависал над ее грудями. Она продолжала дергать веревки и заметила, что если дергать ритмично, в такт фрикциям, столбики, к которым она привязана, начинают поддаваться.

Директор решил, что она подмахивает и осклабился, роняя слюни.

- Что? Нравится, сука?

Она кивнула, промычав и попытавшись улыбнуться.

- Так-то. Давай, шлюха, насаживайся сильнее.

Теперь она дергалась всем телом, намотав веревки на руки и не забывая сладострастно стонать.

- Да, детка, - бормотал он, все увеличивая темп. – Дырка твоя узкая, сладкая.

Его затрясло, он рухнул на нее, вцепившись зубами в подставленную шею, а пальцами в ягодицы. Член еще больше напрягся и начал изливаться, толчками наполняя влагалище.

Жасмин, собрав последние силы, снова дернула за веревки. Один из столбиков вылетел из паза и покатился к ней.

Пальцы сжали холодную металлическую поверхность.

Она долго била ублюдка наугад, пока он не перестал трепыхаться.

Потом откинула придавившее ее тело, развязала руки и ноги, вытащила изо рта кляп и истошно завопила.

С грохотом распахнулись двери, и зал быстро заполнился толпой служителей и охранников.

Они сгрудились вокруг, молча рассматривая ее, два трупа и следы побоища.

Она с трудом поднялась. Ноги дрожали.

- Наш консул мертв, - громко сказала она. – Его убил этот человек. Я отомстила.

Она обвела взглядом хмурые лица и заявила:

- Я проконсул. Теперь вы подчиняетесь мне.

И только тогда заметила, что стоит перед всеми голая, а по ее ляжкам стекает сперма.

Один из старших служителей ухмыльнулся.

- Ты не проконсул. Ты шлюха.

Толпа радостно загомонила.

Кто-то подскочил к ней, схватил за руку и дернул к себе.

Потом второй протянул лапы и сжал груди.

Третий.

Четвертый.

Сперва она визжала, пытаясь отбиться, но вскоре от визга остался только хрип, а сил и так не было. Толпа напирала со всех сторон, сжимая и лапая, заставляя сперва опуститься на колени, потом встать на четвереньки и выпятить зад.

Ей уже было все равно.

21

- О чем думаешь? – шепотом спросила она, положив голову ему на плечо и кончиками пальцев наматывая густую поросль на его груди.

- Мечтаю.

Сабрина прыснула.

- Ты?! Мечтаешь?!

Паша обиженно отстранился.

- Да! А что? По-твоему, я не могу мечтать?

- Прости. Конечно можешь.

Они лежали на густой шелковистой траве, глядя в темнеющее небо, на котором уже зажигались звезды.

- Расскажи свою мечту.

- Проще показать.

Он протянул руку к их сваленной кучей одежде и выудил смартфон.

- Смотри.

На фотографиях белели песчаные пляжи, искрилась прозрачная бирюзовая вода, тянулись к чистому небу раскидистые пальмы.

- Остров?

- Не просто остров. Необитаемый остров. О нем практически никто ничего не знает. Находится в стороне