Пять семей. Взлет, падение и возрождение самых могущественных мафиозных империй Америки - Селвин Рааб

Маленькая Италия была домашней территорией Деллакроче; он заседал на Малберри-стрит в переоборудованном доходном доме под названием Ravenite Social Club. Без окон и с укрепленным фасадом из красного кирпича «Рэйвенит» напоминал импровизированный бункер. Давно ставший притоном для преступников, в 1920-30-е годы он был местом встреч легендарного Чарли Лаки Лучано. Врожденная подозрительность жителей района служила защитным экраном для Деллакроче. Жильцы и торговцы выполняли роль специальных наблюдателей, мешая агентам правоохранительных органов следить за Деллакроче и посетителями клуба.

Из-за временного запрета Комиссии на прием новых бойцов Готти не был принят в ряды «сделанных людей». Но его назначение в 1972 году исполняющим обязанности начальника экипажа «Бергина» обозначило его как будущую звезду. Его новая должность требовала частых встреч в «Равените», чтобы информировать Деллакроче о деятельности банды в Квинсе и доставлять еженедельную долю добычи Бергина в администрацию Гамбино. Деллакроче охотно взял на себя роль наставника, увлекая своего нового аколита. У обоих мужчин было много общего: они были заядлыми игроками в кости и карточные игры и любили делать ставки на спорт, сквернословили и применяли насилие для достижения результата. Интригующие рассказы Деллакроче о былой славе мафии под руководством Альберта Анастазиа — верховного палача и основателя Murder Incorporated — подтолкнули Готти к тому, чтобы взять Анастазиа в качестве образца для подражания.

Огромный шанс представился Готти в начале 1973 года, когда он выполнил ответственное задание крестного отца боргаты Карло Гамбино. Племянник Гамбино был похищен и убит, несмотря на выплату выкупа в 100 000 долларов. Разведывательная сеть Гамбино вычислила главаря похитителей Джеймса Макбратни, мелкого преступника. Дон Карло жаждал мести.

22 мая 1973 года трое мужчин, выдававших себя за детективов, напали на Макбратни в баре-гриль Snoope's на Стейтен-Айленде. После короткой борьбы они смертельно ранили его. Преступление вряд ли было безупречным: свидетели вычислили двух фальшивых детективов, Джона Готти и Анджело Руджеро, по фотографиям из галереи преступников. Когда за ним охотилась полиция, Готти оставил Вики и их пятерых детей и скрывался от преследования. Через год он был арестован в баре в Квинсе после того, как информатор из его собственной команды Бергина сообщил ФБР. Благодарный Карло Гамбино нанял политически влиятельного и дорогого адвоката Роя Кона, чтобы тот представлял интересы Готти и Руджеро. Третий подозреваемый, разыскиваемый за убийство Макбратни, исчез, и, по общему мнению, его убили, чтобы он не смог дать показания для обвинения.

Хотя обвиняемым были предъявлены обвинения в убийстве и они были опознаны свидетелями, Кон заключил выгодную сделку с окружной прокуратурой Стейтен-Айленда. Хитрый адвокат убедил окружного прокурора снять обвинения в убийстве в обмен на признание вины Готти и Руджеро по минимально возможному обвинению в попытке непредумышленного убийства. Кон также добился мягкого приговора для обоих мужчин — максимум четыре года. Окружной прокурор так и не объяснил, почему он пошел на компромисс — или поддался на уговоры Кона.

Готти отбывал свой второй срок за тяжкое преступление, занимаясь тяжелой атлетикой и получая особые привилегии в тюрьме штата. Казалось бы, он был в добром здравии, но его трижды возили на 120 миль из исправительного учреждения Грин-Хейвен на севере штата Нью-Йорк в Бруклин якобы для осмотра частным врачом. Позже следователи штата выяснили, что во время каждой поездки охранникам давали взятки, чтобы они частным образом заезжали в его дом в Говард-Бич и в рестораны для встреч с приятелями-мафиози.

Его крестный отец, Карло Гамбино, умер в 1976 году, когда Готти находился в тюрьме. По обычным правилам престолонаследия, по мнению Готти, трон должен был занять босс Нил Деллакроче. Но перед смертью Гамбино выбрал наследником своего шурина и двоюродного брата Пола Кастеллано. Утешительным призом для Деллакроче стало то, что он остался лидером номер два в боргате и контролировал десять из двадцати с лишним бригад семьи.

Когда Готти был досрочно освобожден в 1977 году, он был крепкого телосложения, весом в двести килограммов, ростом в пять футов десять дюймов, плечи расправлены, как у плебея из Вест-Пойнта. За убийство Макбратни он отсидел чуть больше двух лет — меньший срок за убийство, чем за ранее вынесенный приговор за угон. В Грин-Хейвене он был бесспорным хозяином мафиозного ряда тюрьмы. Его благодарные сокамерники устроили ему прощальную вечеринку и подарили выгравированную табличку: «Великому парню, Джону Готти. От парней из Грин Хейвен».

Вернувшись к привычной жизни, Готти обнаружил, что его младший брат Джин, который во время его пребывания в тюрьме был опекуном команды Бергина, опередил его, став известным человеком в семье Гамбино, когда Комиссия вновь открыла книги для всех семей. Теперь настала очередь Джона Готти получить свою мафиозную пуговицу, и не было никаких сомнений в том, что он сделал свои кости, убив похитителя Макбратни. Босс Гамбино Кастеллано провел церемонию посвящения, на которой Готти присягнул на верность Большому Полу, своему новому крестному отцу, и Козе Ностра. С благословения Деллакроче Готти был назначен полноправным капо, возглавившим мафиозную децину — команду Бергина.

Вернувшись домой, Готти воссоединился с Вики и пятью детьми в их белом двухуровневом доме с восемью комнатами. Это был непритязательный дом, похожий на другие в Говард-Бич, с пристроенным гаражом и крошечным передним двориком. Видимо, зная об истинном роде занятий мужа и его недоверии к незнакомцам, Вики сама делала всю уборку по дому. Чтобы облегчить ей работу, Готти поставил в каждой комнате телевизор, и она могла смотреть сериалы, пока наводила порядок.

Чтобы получить условно-досрочное освобождение, Готти потребовалось подтверждение законной работы, и он заявил, что будет работать бродячим продавцом в сантехнической компании. Фирмой владел его друг детства Энтони Гурино, который и дал Готти призрачную работу. Вместо того чтобы мотаться по Квинсу в поисках сантехнических контрактов, Готти устроил личный офис в одной из двух комнат в клубе «Бергин», расположенном в нескольких минутах езды от его дома.

В целях разведки отдел по борьбе с угонами ФБР периодически наблюдал за новым капо, открыто следя за ним. «В те дни мы были менее искушены в работе с ЛКН», — говорит Стивен Моррилл, агент, которому было поручено следить за ним. — Они знали, кто мы такие, когда мы следили за ними». Дважды в ресторанах Готти с озорной улыбкой передавал Моррилу и другому агенту бутылку вина. Каждый раз Моррилл отправлял бутылку обратно.

Моррилл быстро понял, что продавец сантехники не стеснен в средствах и является заядлым игроком. Находясь в нескольких шагах позади Готти на ипподроме Meadowlands Harness Race Track в Нью-Джерси, Моррилл увидел, как тот