Пять семей. Взлет, падение и возрождение самых могущественных мафиозных империй Америки - Селвин Рааб

клубе Фатико. Немного позер, Руджеро побуждал других подражателей ошибочно верить, что он племянник Деллакроче, часто называя его «дядей Нилом». Анджело, известный как «Толстый Энж» за свою тучную фигуру, намекал другим, что его особые отношения с младшим боссом позволили Готти познакомиться с лидером Гамбино номер два. Однако все было наоборот: через Готти Анджело получил возможность познакомиться с Деллакроче.

Бытовая жизнь также приводила Готти в суд. В марте 1962 года он женился на волевом подростке Виктории Ди Джорджио. Ему было двадцать два, ей — девятнадцать. За год до свадьбы у них родилась дочь Анджела. Родители Вики — ее отец был американцем итальянского происхождения, а мать — русского — развелись, и она взяла фамилию отчима после того, как ее мать снова вышла замуж. Из-за арестов Джона, рождения второй дочери и проблем с деньгами первые годы их брака были бурными: несколько раз они расставались, и Вики подала на него в суд за неуплату алиментов.

Новоиспеченный отец уклонялся от решения еще одной проблемы — службы в армии. Он не явился на призыв в армию 22 ноября 1963 года, в день убийства президента Кеннеди, и ФБР настигло его два года спустя. «Готти сообщил, что не осознавал, что просрочил призывную комиссию, так как женат и имеет двоих детей, — говорится в служебной записке ФБР от 7 января 1966 года. — Далее он сообщил, что считает, что из-за этого и того факта, что он ранее был арестован, он не может быть принят в вооруженные силы».

В конце концов, призывные и бытовые проблемы Готти исчезли. Его арест и судимость за кражу машин и ограбление не позволили ему стать солдатом, а размолвка с Вики была облегчена его продвижением по службе в команде Фатико за счет участия в более прибыльных преступлениях: угонах, букмекерстве и ростовщичестве. Отчим Вики, строительный подрядчик, помогал деньгами и ипотекой. Примирившаяся пара и их растущая семья из трех сыновей и двух дочерей стали достаточно благополучными, чтобы переехать из тесной квартиры в собственный комфортабельный дом в Говард-Бич, лиственном районе Квинса, принадлежащем среднему классу.

Говард-Бич находился недалеко от международного аэропорта имени Джона Кеннеди, а также от новой штаб-квартиры команды Фатико. Огорченный наплывом афроамериканцев и латиноамериканцев в Восточный Нью-Йорк, Кармине Фатико, главарь Гамбино, перенес свою штаб-квартиру в витрину магазина в преимущественно белом и итальянском рабочем районе Южный Озон-Парк. Притон был зарегистрирован, как ни странно, в виде некоммерческой ассоциации под названием Bergin Hunt and Fish Club. Название, очевидно, было ностальгическим переиначиванием Берген-стрит в восточной части Нью-Йорка, где располагались корни банды.

Перенос клуба в Южный Озон-парк, расположенный в непосредственной близости от аэропорта Кеннеди, был разумным тактическим решением Фатико. Аэропорт, с его растущим объемом грузовых и пассажирских перевозок, вытеснил бруклинскую набережную как главную цель мафии для грабежей. В 1960-х годах это был крупнейший в мире центр грузовых авиаперевозок, ежегодно переваливавший грузы на сумму более 200 миллионов долларов. Тысячи сотрудников были готовы к эксплуатации в качестве букмекеров и ростовщиков, а также в качестве источника внутренней информации для совершения выгодных преступлений.

Пользуясь богатством аэропорта, Джон Готти, его младший брат Джин и их приятель детства Анджело Руджеро объединились для серии угонов грузовиков. Во время этих угонов Руджеро придумал для Готти личное прозвище «Черный Джон», которое отражало как его грозную личность, так и смуглый цвет лица. Один из мафиози постарше, впечатленный тем, как Готти берет на себя ответственность, дал ему более восхитительное прозвище «Сумасшедший конь», сравнив молодого хулигана с неукротимым индейским воином племени сиу.

Все шло хорошо для трио угонщиков до 1968 года, когда во время операции по пресечению краж в аэропорту агенты ФБР, засевшие в грузовом отсеке, заметили, как братья Готти и Руджеро грузят украденные платья в грузовик U-Haul. Благодаря арестам в аэропорту Кеннеди и с помощью свидетелей, опознавших их по фотороботам, ФБР уличило троицу в трех ограблениях и двух угонах самолетов. Джон Готти, которому на тот момент было двадцать восемь лет, признал себя виновным в своем первом крупном преступлении и был приговорен к трем годам заключения в федеральной тюрьме строгого режима в Льюисбурге, штат Пенсильвания. Его брат Джин и Руджеро получили аналогичные тюремные сроки.

В Льюисбурге Готти столкнулся с Кармином Галанте, зловещей акулой Бонанно, который отбывал наказание за наркотики и фактически был «начальником» мафиозного крыла тюрьмы. Хотя Готти и не был человеком с мировым именем, у него хватило наглости пожаловаться Галанте на то, что тот подкупает охранников, чтобы получить стейки, другие деликатесы и выпивку только для себя и девяти или десяти подручных и подельников Бонанно. Выскочка Готти потребовал, чтобы дон поделился богатством с другими заключенными мафиози. Смелость и самообладание Готти настолько впечатлили Галанте, что он выразил заинтересованность в привлечении его в свою семью. Информаторы сообщили, что Галанте сказал: «Я хотел бы иметь его в своей команде», и был разочарован, услышав, что Джон «принадлежит Нилу», что является отсылкой к Аниелло Деллакроче.

Условно-досрочно освобожденный в 1972 году после трех лет заключения, Готти получил повышение. Капо его команды, Кармине Фатико, был обвинен в ростовщичестве и в ожидании суда должен был держаться подальше от обитателей охотничьего и рыболовного клуба «Бергин», что было условием его освобождения под залог. Когда Готти вернулся домой, Фатико, заручившись поддержкой Деллакроче, назначил его исполняющим обязанности капо, его глазами и ушами, пока не будут решены его юридические проблемы.

Благодарный Готти боготворил Деллакроче, восхваляя его перед своими единомышленниками как «человека-мужчину». Высокий, широкоплечий и жестко говорящий Нил Деллакроче служил наемным убийцей и капо для Альберта Анастазиа. По крайней мере, в одном из убийств он, по слухам, маскировался под священника в церковном воротничке, называя себя отцом Тимоти О'Нилом. Деллакроче был ярым сторонником Анастазиа , но Карло Гамбино ловким политическим ходом выбрал его в качестве младшего босса после того, как организовал убийство Анастазиа и затем узурпировал контроль над семьей.

При доне Карло Деллакроче стал уличным вице-королем семьи, строгим блюстителем дисциплины, чей устрашающий взгляд держал в узде капо и солдат. Детектив по борьбе с организованной преступностью Ральф Салерно говорил, что единственными мафиози, чей ледяной взгляд вызывал дрожь по позвоночнику, были Кармине Галанте и Аниелло Деллакроче. «Вы смотрели в глаза Деллакроче и видели, насколько они пугающие, — говорит Салерно. — Холодный взгляд убийцы».

Деллакроче был широко известен как «Нил» — американизация его итальянского имени. Из-за его грубой славянской крестьянской внешности и квадратного лица члены Гамбино между собой прозвали его «поляком». Но никто не