Силы Хаоса: Омнибус - Кристиан Данн

С этим резко контрастировал тронный зал самого Тирана Бадаба, сверкавший великолепием и красотой, несмотря на зловещую ауру и изувеченное тело хозяина. В отличие от словно забытых и обветшалых коридоров, здесь царила безупречная чистота, и даже при слабом освещении Ворен видел это различие и наслаждался эстетической целостностью замысла.

Обширный зал казался пустым, Ворен видел лишь пятерых представших перед Тираном воинов, но он знал, что поблизости и другие Красные Корсары. После их прибытия Илкон отошёл и теперь стоял где-то в тенях на краю вместе с бесчисленными другими разбойниками, пришедшими на сходку.

Всякий раз, когда Ворен был так близко к Гурону, что случалось редко, он поражался тому, насколько окровавленным и израненным выглядел тиран, который словно только что вышел с поля боя. Его тело было выжжено, разбито и по большей части заменено металлическими механизмами. Пусть Красные Корсары этого и не замечали, но Ворен видел в тиране лишь разум, удерживаемый в теле с помощью превосходной аугментики и неусыпного внимания. Даже сейчас сервиторы-аптекарии суетились вокруг, обслуживая казавшуюся бесконечной паутину проводов, питавших Гурона питательными веществами и болеутоляющими. Они словно муравьи копошились вокруг Тирана, заботясь о нуждах его тела без колебаний.

Позади трона стоял владыка Гарреон, Повелитель Трупов. Худощавый старший аптекарий безразлично надзирал за стаей адептов и сервиторов, а затем повернул свои тёмно-жёлтые подозрительные глаза к собравшимся воинам. В его мимолётном взгляде Ворен заметил следы пренебрежения и неодобрения.

Ворен знал всё о других претендентах. Он всегда считал своим делом познать врага, особенно того врага, который сражался в армии вместе с ним. Страому не суждено далеко пойти. Ах, какой же он твердолобый идиот… Ворен находил личную гигиену Красного Корсара, а точнее её полное отсутствие, одной из самых омерзительных вещей, которые когда-либо видел.

Прямо слева от Ворена стояли Шеар и Феддей, близнецы, чьё мастерство в битве вошло в легенды. Или, с усмешкой подумал Ворен, в выдуманные ими самими легенды. Да, они были достаточно способными воинами, но слишком полагались друг на друга.

Дальше всех от него стоял молодой воин по имени Долос, о котором Ворен знал раздражающе мало. До сих пор он был для него лишь ничем не примечательным лицом в толпе. Даже противный Страом показал себя в бою, чем привлёк внимание Ворена. Бывшего воина Детей Императора раздражало, что ему было известно так мало о потенциальном сопернике…

— И что же заставляет вас думать, что я собираюсь назначить нового чемпиона? — голос тирана был невнятным, словно пьяным, голосовые связки пытались протолкнуть слова через металлические зубы. — Я нахожу вашу самонадеянность весьма занятной…

Холодным безразличным взором он оглядывал собравшихся воинов. Ворен стоял прямо как стрела, и встретил взгляд Гурона дерзко и горделиво. Безгубый рот дёрнулся, усмехаясь.

— Ах, Ворен, — скрежещущим голосом обратился к нему Тиран. — Надменный павлин среди нас, простых птиц, — в тенях разнёсся смех, и Ворен собрался с силами, не желая, чтобы отражение как-то изменило его лицо. — Что заставляет тебя считать себя достаточно важным для меня?

— Моя верность вам, владыка Чёрное Сердце, — без раздумий ответил Ворен. — Я служил вам уже много лет и служением вновь и вновь её доказал. Вы знаете мои способности. Вы знаете моё мастерство. Я — единственный воин, который сможет заменить Таэмара.

— Назначение Таэмара было ошибкой, мой господин, — ну конечно, Страом. Только этот трижды проклятый идиот мог столь бесцеремонно влезть в разговор и продолжить, не видя появившегося под левым глазом Гурона угрожающего тика. — Зря вы выбрали его, а не одного из своих воинов.

Гурон посмотрел на него тем же ничего не выражающим взглядом.

— Вижу, — мрачно произнёс Тиран и безрадостно усмехнулся. — Поверь, что я запомню твой совет, Страом. Благодарю тебя, что ты так раскрыл мне глаза.

— Он не был Астральным Когтем, — воодушевлённый словами Гурона глупец продолжил сдирать коросту с раны. — Пусть он и облачился в цвета Красных Корсаров, но в сердце он так и остался Палачом. Вам следовало бы выбрать одного из своих воинов.

По лицу Ворена расплылась медленная улыбка. Он не ожидал, что судьба так скоро избавит его от соперника. Ворен смотрел, как тиран встаёт с трона и делает три шага вперёд. Провода, прикреплявшие его к машинам, питавшие его изломанное тело оздоровительными веществами, вырвались из гнезд. Один, глубоко погружённый в основание черепа, остался на месте, словно пуповина. Другие обвисли, словно ослабевшие щупальца, и наружу потекла жидкость. Там, где она соприкасалась с воздухом, жидкость испарялась, превращаясь в вонючий пар, в облако, клубившееся вокруг Тирана. Чёрная слизь проступила на разъемах, откуда вырвались провода, и сгустилась, потекла по голой коже Гурона. Строам сделал невольный шаг назад. Ворен же с интересом наблюдал за представлением. Он видел, к чему всё идёт, и злорадно предвкушал финал.

— Ох уж твой длинный язык, Строам, — Чёрное Сердце зарычал, брызжа слюной. Он вырвал оставшуюся трубку из шеи и подошёл к своему воину.

— Мой лорд, вам нужно больше. Вам нужно… — худощавый Повелитель Трупов попытался вмешаться, но один лишь резкий взмах свободной руки Гурона заставил его умолкнуть.

— Ты не достоин быть ничьим чемпионом, — продолжил Тиран. — Ты вообще едва заслужил право стать одним из моих воинов. Вновь и вновь ты мнил себя достаточно умным, чтобы указывать на мои ошибки, но ведь я жив… — из горла Гурона вырвался глубокий, хриплый смешок. — До сих пор я терпел твои грехи, ведь от тебя был прок на поле боя. Но мне есть кем тебя заменить.

Огромные силовые когти, заменявшие тирану правую руку, загудели от прилива энергии, и прежде, чем Строам хотя бы подумал, что нужно себя защитить, когти Чёрного Сердца рассекли доспехи и туловище неудачливого космодесантника одним свирепым взмахом. Затем Гурон отвёл руку и вновь ударил, пронзив оба сверкающих открытых сердца воина. Глаза Строама расширились, вылезли из орбит в дебильном предсмертном взгляде, достойном такой идиотской смерти, и он несколько секунд просто пялился на своего господина, а затем издал булькающий вздох. Тиран опустил сверкающие когти, позволив умирающему воину соскользнуть на пол, и пошёл обратно к трону. Вновь сев на него посреди клубов кровавого пара, Гурон повернулся к ожидающим его решения претендентам.

— Вам хватило духу предстать передо мной, и я знаю вас всех и каждого, — зловещим завораживающим голосом обратился к ним тиран. — Я знаю все ваши силы, ваши слабости, ваши способности и ваши желания. Шеар и Феддей, близнецы. Единокровные братья, сражающиеся как единое целое.

Две одинаковых бритых головы уважительно кивнули. Различить схожих во всех отношениях близнецов можно было лишь по разным шрамам.

— И Долос, чья слава как поединщика-дуэлянта уступает лишь твоей славе как стратега. Ты считаешь себя достойным этой чести?

Насмешка в голосе Тирана, перечислявшего претендентов и их предположительно сильные стороны, была явственно слышна. Она вгрызалась в уши Ворена, но он не позволял ничему отразиться на лице. Нужно слушать. Нужно получить любое преимущество, быть внимательным к деталям.

— Да, мой господин, — спокойно ответил Долос, не дрогнув перед суровым взглядом Гурона. Он шагнул вперёд и ногой оттолкнул труп бывшего боевого брата.

Наконец, Чёрное Сердце посмотрел на Ворена. Его рот вновь судорожно дёрнулся, улыбаясь.

— И Ворен. Даже рождённый иной кровью, чем я и мои братья. Тебя привёл сюда случай. Что же заставило тебя остаться?

— Честь, мой господин. И понимание вашей решимости и амбиций.

— Я вижу, — Гурон усмехнулся, стирая со рта закапавшую слюну. — И что же чужак может знать о моих амбициях?

Его взгляд метнулся в сторону мёртвого Строама. Намёк был ясен. Поэтому Ворен тщательно выбрал следующие слова.

— Вы хотите собрать легион, владыка Гурон. Армию столь великую и ужасную, что она сломит всех рабов Империума. Мы… — он тут же исправил себя, не сбившись со слова, — вы пронесётесь через системы, возвращая Галактику её законным хозяевам. Какой истинный воин не захочет стать частью столь великого замысла?

Гурон немного подался вперёд, словно собираясь встать с трона. Ворен не дрогнул.

— Мой господин. Вам нужно сидеть. Нам нужно продолжить процедуры, — в этот раз голос Повелителя Трупов не допускал возражений, и Чёрное Сердце, внимательно посмотрев на Ворена, лениво махнул рукой. Когда адепты и сервиторы вновь засуетились, подсоединяя обратно трубки, он кивнул.

— Вам четверым хватило дерзости предстать передо мной, считая себе достойными стать моим чемпионом. Да будет так! — он посмотрел в тени за спинами претендентов. Его ужасно изувеченное лицо скривилось в подобии улыбки. — Испытания начинаются.