Плоды проклятого древа - Demonheart

Ларечник принялся колдовать с лепешкой и начинкой, а я прислонился к ограждению, так чтобы в поле зрения был только серый волнующийся океан. Поверить не могу, что вот такие мгновения отрешенного покоя за считанные месяцы стали для меня роскошью. Больницы меня выматывали, но позволяли чувствовать, что я делаю что-то полезное, в отличие от прочих Стражей, кому не так повезло в лотерее сил. Работа над моими проектами, требующими все более сложных технологических процессов, поглощала тонны времени, но слова Александрии крепко засели у меня в памяти. Мне приходилось терпеть Пиггот и следить за каждым своим словом в ее присутствии, но общение со Стражами давало мне чувство локтя…

Надолго ли?

Потому что никуда не делась Империя-88 и объявленная Кайзером война. АПП уже ответили на атаку борделя разгромом одного бара и какого-то второстепенного склада. У несведущих пока еще теплилась надежда, что на этом все затихнет, но я был уверен, что Кайзер закусил удила, и теперь не уймется, пока не откусит столько, сколько сможет прожевать. Никуда не делся и Гезельшафт, который очень щедро платил – не только и не столько деньгами, сколько информацией о природе сил – но от выставленных им требований пробирала дрожь.

Сколько я еще смогу бежать по лезвию?

Ответ на этот вопрос я не знал. Как и не знал, как я умудрился так увязнуть. Наверное, какие-то решения были ошибочны… но с другой стороны… может, так и надо? Может это был единственный правильный путь? Ведь у меня есть перед глазами пример героев, которые не могут ничего сделать толкового, даже если хотят, и есть пример злодеев, которые растрачивают силы на мелкие склоки.

Или же я заблуждаюсь в корне, и мне нужно выйти за рамки всех представлений и условностей? Где-то мне попадалась цитата, что Закон оплетает человека тысячей незримых нитей. Кто разорвет одну, тот становится преступником. Разорвавшего десять приговаривают к смерти. Разорвавший все становится богом.

Почему-то мне показалось, что я мыслю в верном направлении. Величайшие герои, Триумвират, сражались с Губителями и не добились успеха. Так что если чудовищам должны противостоять не герои, а еще большие чудовища?

Мысль была странной, но она казалась удивительно логичной, даже воодушевляющей. Я даже подобрался и принялся мычать под нос какой-то всплывший из памяти мотивчик. Чудовища против чудовищ... что-то в этом есть…

- Привет, Магистерий. Расслабляешься? – промурлыкали у меня над ухом.

К своей чести, я не подскочил на месте и не врубил от неожиданности нейроподавитель. Только лениво повернул голову и смерил парящую над водой гостью взглядом.

- Привет, Лазершоу. Да вот, по пути перекусить заскочил.

У нее шикарные волосы. И даже на таком ветру она ухитряется выглядеть на двенадцать из десяти. Специально что ли выбрала позицию, чтобы ветер дул вбок?

- Тяжелый случай попался? – с тенью сочувствия спросила она.

- У меня все случаи тяжелые. А ты совершенно случайно мимо пролетала, да?

- Представь себе. Из-за этой бучи, которую подняли нацики, нам пришлось изменить маршруты патрулей, чтобы постоянно находиться в зоне досягаемости Стражей или Протектората.

- Сочувствую. Такая паршивая погода, а ты часами под открытым небом в тоненьком спандексе.

- Я на тебя летом посмотрю, - усмехнулась она, - когда будешь преть на жаре в своей броне и мантии.

- Не посмотришь. Меня уже сейчас предупредили, чтобы ничего не планировал, потому что на все каникулы приговорили к тренировочному лагерю в Сан-Диего.

- Так уж приговорили. Триумф рассказывал, там весело.

- Что веселого в том, чтобы целых два месяца не ковыряться ни в чьих внутренностях?

- Твой буррито, Страж, - встрял в разговор ларечник и протянул мне еду с таким видом, будто это был императорская корона. – А леди что-нибудь желает?

- Леди следит за фигурой, - ответил я первым, не обращая внимания на шиканье Лазершоу. – Так что питается исключительно воздухом и солнечной радиацией.

- И мозгами маленьких мальчиков, которые не держат язык за зубами.