Всемирная история без комплексов и стереотипов. Том 1 - Валерий Гитин

Монстры

Каждая эпоха имеет как своих героев, так и антигероев. Подчас различия между ними настолько условны, что только лишь сложившиеся стереотипы позволяют хоть как-то ориентироваться в их принадлежности к той или иной категории исторических персонажей.

Но есть еще и третья категория, те, кого называют исчадиями ада. Это те, которые тоже убивают других людей, но по иным мотивам, чем представители первых двух категорий. Если первые убивают своих ближних ради, предположим, создания единого государства, присоединения к нему новых земель, демонстрации политической воли или рыцарской отваги, то вторые делают это же, но из корысти, честолюбия, мстительности, ксенофобии, вероломства или просто желания устранить препятствие на пути к заветной цели.

Разница, как видим, лишь в мотивах.

А вот мотив третьих отличается от мотивов первых и вторых тем, что он предусматривает убийство не как средство достижения определенной цели, а как саму цель. Убийство ради самого убийства, убийство как наслаждение.

Конечно, в определенной мере такое отношение к убийству присуще представителям и первой, и второй категорий, но лишь в определенной мере, в то время как для представителей третьей категории оно является доминирующим, если не вообще смыслом жизни.

Таких людей, к счастью, немного, но каждая эпоха озарена кровавым отблеском лучей их ужасной славы.

Эпоха Средних веков знает всего двух таких монстров, и это говорит в пользу того, что она далеко не самая жестокая из всех известных эпизодов исторического действа.

Жиль де Рэ (Рец) родился примерно в 1404 году в одной из самых знатных семей Франции. Естественно, получил утонченное воспитание и всестороннее образование. Когда юноше исполнилось 17 лет, он женился на Катрин де Туар, дочери богатейшего из французских дворян, вследствие чего сам он начал котироваться как один из самых состоятельных людей в Европе.

Шла Столетняя война. Франция все более и более соответствовала понятию «оккупированная территория». Влекомый благородным патриотическим порывом, Жиль де Рэ отправляется к дофину Карлу VII в замок Шинон, где предлагает свою помощь в деле освобождения Франции от захватчиков. Свое предложение он подкрепляет огромной суммой денег — суммой, которой с лихвой хватило бы на формирование новой армии.

В это самое время в Шиноне появляется Жанна д'Арк. Склонный к мистицизму Жиль де Рэ, услышав ее рассказы о видениях и таинственных голосах, призывающих спасти Францию, проникся святостью миссии этой крестьянской девушки и обратился к Карлу VII с ходатайством о предоставлении ей войска для похода на Орлеан. Карл согласился при условии, что Жиль будет опекать новоявленную спасительницу государства.

С тех пор они неразлучны во всех походах и боях. Жиль де Рэ относился к своей подопечной как к святой, благоговея перед ней и окружая ее самой трогательной заботой.

После коронования в Реймсе Карла VII барон Жиль де Рэ был произведен в маршалы Франции.

Случилось так, что во время той злополучной операции под стенами крепости Компьен, когда преданная державой Жанна попала в руки врага, Жиль де Рэ находился на другом участке фронта. Узнав о пленении Жанны, он не проявил особого беспокойства, будучи уверенным, что бургундцы не причинят ей вреда, и тут же послал посредника на переговоры о выкупе. Но посредник вернулся ни с чем: бургундцы заявили, что ведут переговоры о судьбе пленницы непосредственно с королем Франции. Жиль помчался в ставку Карла VII, но тот попросту спрятался от него. А через несколько дней стало известно о передаче Жанны англичанам.

Первым порывом Жиля де Рэ было убить вероломного короля, вторым — с небольшим отрядом рыцарей совершить рейд в тыл англичан и освободить Жанну, но и первый, и второй порывы в своем практическом воплощении были обречены на неудачу.

И вот тут-то заканчивается одна жизнь блестящего рыцаря и героя Жиля де Рэ и начинается другая, особая, совершенно противоположная первой…

Может быть, у него после всего прочувствованного и пережитого, выражаясь современным языком, «поехала крыша», вполне может быть, в особенности если принять во внимание склонность к мистицизму и психопатичность этой непростой натуры, но так или иначе Жиля де Рэ словно подменили, враз превратив из жизнелюба и эпикурейца в мрачного нелюдима, самого себя осудившего на затворничество в родовом замке Тиффоже.

Там он жадно читал книги Овидия, Валерия Максима и Светония, который своими жизнеописаниями римских диктаторов произвел на Жиля поистине ошеломляющее впечатление.

Через некоторое время в замок съезжаются довольно подозрительные личности: алхимики, колдуны, предсказатели и т.п.

Жиль де Рэ много времени посвящает занятиям алхимией и поискам философского камня. Он все более и более подпадает под влияние сатанистов, которые слетаются в замок, будто мухи на мед. Один из них, некий дю Месниль, убеждает Жиля подписать кровью соглашение с дьяволом, а в ночь накануне Дня всех святых в замковой церкви отслужили и дьявольскую мессу.

Но вся эта дьявольщина имела место в общем-то на умозрительном уровне, пока из Флоренции не приехал священник Франческо Прелати, который сразу же по приезде заявил, что существует лишь один способ ублажить Сатану и добиться от него конкретной пользы. «Что это за способ? Извольте, господин барон. Это — кровь. Кровь невинных детей!»

Господин барон живо заинтересовался этим несложным способом, и уже через несколько дней они с Прелати заманили в замок какого-то мальчика, привели в потайную комнату, затем Жиль совершил с ним акт содомии, после чего мальчик был задушен. Маршал де Рэ собственноручно вскрыл его грудную клетку и вырвал сердце, которое они со священником Прелати принесли в жертву демону…

Так началась кровавая эпопея одного из самых страшных чудовищ мировой Истории.

С 1432-го по 1440 год Жиль де Рэ убил более 800 детей. Как он писал в своем дневнике, «это было большое удовольствие — наслаждаться пытками, слезами, страхом, кровью…» Получать это «большое удовольствие» ему помогали верные слуги — Пуату и Генриет. Если, например, Пуату в какой-то из вечеров был занят подогревом воды, чтобы после «удовольствия» смыть кровь с пола, то Генриет занимался тем, что в нужный момент перерезал ребенку яремную вену, да так ловко, что кровь брызгала в нужном направлении, прямо на господина барона, который в этот момент заканчивал сеанс анального секса…

Они с Франческо Прелати часто вызывали духов, приманивая их отрезанными детскими головами.

Детей на заклание поставляли со всех окрестных деревень специальные доверенные люди барона. Иногда он сам выезжал на «охоту», а иногда дети исчезали во время периодических раздач милостыни, когда опускался мост и во двор замка приходили бедняки из окрестных деревень. Самых красивых детей слуги уводили во внутренние помещения замка под предлогом того, что их на кухне угостят чем-то вкусненьким… Разумеется, эти дети исчезали бесследно.

По свидетельству слуг маршала, после каждого убийства он ложился в постель и молился. Иногда он купался в свежей крови, распарывая свои жертвы и ложась между ними. Иногда он проводил время, любуясь гниющими головами, пересыпанными солью в сундуках, и целуя в губы каждую из них…

Но тайное рано или поздно становится явным. Несмотря на явное противодействие многих высокопоставленных особ, епископ города Нанта, Жан де Малетруа, провел надлежащее расследование, в результате которого 14 сентября 1440 года Жиль де Лаваль барон де Рэ, маршал Франции, был арестован. Верные слуги — Генриет и Пуату добровольно вызвались сопровождать своего господина. Вся же остальная нечисть поспешно скрылась, как стая летучих мышей от луча света.

На допросах маршал заявлял, что его развратила книга Светония «Жизнь двенадцати цезарей», что описанные там злодеяния Нерона или Калигулы стали для него руководством к действию. Трибунал не счел необходимым принимать во внимание это заявление. Опираясь на доказательства множественных убийств, содомии и колдовства, судьи единогласно приговорили его к смерти.

Вердикт гласил: «Повесить и сжечь после пыток. Затем, когда тело будет расчленено и сожжено, оно должно быть изъято и помещено в гроб в церкви Нанта, выбранной самим осужденным. Генриет и Пуату должны быть сожжены отдельно, и их прах развеян над рекой Луарой».

Это произошло утром 26 октября 1440 года.

Имя Жиля де Рэ еще много веков спустя было синонимом дьявольской жестокости и извращенной похоти.

КСТАТИ:

«Иной человек способен был бы убить своего ближнего хотя бы для того, чтобы смазать себе сапоги».

Артур Шопенгауэр

И второе исчадие ада: Влад III Дракула (1431—1476 гг.).