Остров. Проект «Робинзон» - Евгений Родионов

бензином из бочки и подожгли. Вонь от горящей падали была такая, что мы сочли за лучшее удалиться пока на пляж, к лодке, и переждать полчасика там, прежде чем начинать осмотр зданий. Несмотря на вполне обеденное время, мысль о еде вызывала разве что тошноту. В итоге мы просто сидели и курили, забивая запах табаком.

— Так, должно уже прогореть. — я тщательно затушил окурок и встал. — Пойдём?

— Пойдём. — Даша поднялась и со вздохом надела шлем обратно. — С чего начнём? С общежития? Оно самое близкое… И самое дальнее от костра.

…

Разницы, в общем-то, никакой. Сначала я ещё раз обошёл постройку по периметру, поглядывая на детектор, вслушиваясь в звуки внутри и, по возможности, вглядываясь в окна. Которые, как ни странно, в массе были целые, хотя бо́льшая часть и была открыта настежь — видимо, ЧП на объекте произошёл в тёплое время года.

Входов в общежитие было, почему-то, два, что странно для столь небольшой постройки. Пока я думал, с какой стороны заходить, Даша показала мне экран биорадара. На нём хаотично мельтешила дюжина мелких объектов, судя по цвету — вполне живые организмы. Подруга сунула экран под нос Бегемоту с явно вопросительным подтекстом — котяра вёл себя абсолютно спокойно. Тот отбил: «Крысссы» и пренебрежительно махнул лапой. Потом подумал и добавил: «Бальшии. Папасть лихко».

— Вот спасибо, успокоил. — Дашу аж передёрнуло. — Ненавижу мышей. И крыс.

— Надеюсь, они выглядят получше, чем пёсики. — обнадёжил я подругу. — Давай, я пойду первым.

Возражений не последовало, и я осторожно двинулся вперёд, предварительно сняв с «Вихря» глушитель, что уменьшило его длину практически вполовину, и теперь управляться с автоматом в помещении стало гораздо проще, но громче. Подруга опасливо шла сзади, в одной руке держа КПК, а в другой крепко сжимая верный «ТТ». Бегемот контролировал тылы.

Поднявшись на крошечное — три ступеньки — крыльцо, я вошёл в короткий тамбур, абсолютно пустой, из которого был только один выход — в коридор, проходящий через всё здание с внутренней стороны. Там уже было темно, ввиду отсутствия окон, и мы включили налобные фонари. Пахло сыростью, плесенью и разрухой. Сам коридор, если не считать нескольких стульев, был абсолютно пуст. В конце его, за полуоткрытой дверью, проглядывала несомненная уборная, плюс по левой стороне наличествовали три двери. И всё — ни звука, ни движения. Я осторожно заглянул в ближайший проём.

Помещение напоминало больничную палату — железные койки, тумбочки, стол, стулья, к потолку прикручен телевизор. Постели неряшливо расправлены — старшины на вас нет, лампососы вы потолочные. Впрочем, бельё, матрасы и подушки частично сгнили от сырости, частично истлели, частично были разорваны на куски и растащены по полу — похоже, собачки порезвились. Или крысы. Или ещё кто. Крыша безбожно текла, обои во многих местах отклеились и висели лохмотьями, из-за чего красотки с плакатов, поналепленных поверх, принимали довольно экзотические позы. По полу разбросаны книги, журналы и газеты, одежда, мыльно-рыльные принадлежности, игральные карты, какие-то сувениры и прочие мелочи, которые может взять с собой в общагу неженатый мужик. На столе, выглядевшем совсем не тронутым, стояла недоигранная шахматная партия, несколько открытых бутылок водки, стаканы и тарелки, на которых, предположительно, когда-то находилась закуска. И никакого движения, только на открытых окнах слегка колыхалась облезлая тюль.

— Мда. — Даша подняла одну из газет, тут же начавшую расползаться у неё в руках. — «Вестник перестройки». Гласность, Горбачёв, новый курс… Ясно, понятно.

— Занятно. — я взял одну из пустых бутылок «Столичной», покрытую толстым слоем пыли. — Как раз в это время Партия активно боролась с пьянством, и водку было очень сложно достать. А тут они просто сидели и бухали. За шахматами. Я бы ещё поверил в канистру спирта и игральные карты с голыми бабами.

— А разве тогда не тормозную жидкость пили? — удивлённо посмотрела на меня Даша.

— Тормозуху нужно обязательно сливать по замороженному лому. Тонкой струйкой. — с видом знатока сообщил я. — Ты здесь видишь замороженный лом? И я не вижу. Так что твоя версия несостоятельна.

— Ты сейчас серьёзно? — оторопело воззрилась на меня подруга. Потом до неё дошло, и она засмеялась. — А может, это не грузчики здесь жили, а учёные. Поэтому и развлекались не блэкджеком и тормозухой, а шахматами и водкой!

— В любом случае, сделано так себе. — я поднял журнал «Техника-Молодёжи». — Ни номера выпуска, ни даты. На той газете, я уверен, тоже никаких дат нет. И таких откровенных календарей в Союзе быть не могло. Даже шкаф для верхней одежды не поставили! Короче, декорации — на троечку. Общая картина вполне приличная, но на деталях сыпятся товарищи реквизиторы, сыпятся… Не жили они в ту эпоху. Даже консультантов нормальных привлечь не осилили.

— То есть, ты думаешь, что это всё — девушка обвела рукой вокруг — просто… декорации?

— Разумеется. — тут уже настал мой черёд удивляться. — Чисто декорации, созданные специально для нас. Ну, то есть, для шоу. Никто не стал бы делать подобный… объект в реале, слишком несуразно. Мы ещё только начали осмотр, а вопиющие косяки просто режут глаз. Вот что бывает, когда вместо специалистов набирают менеджеров… Хотя тут, скорее, работали свободные художники.

— Это те, которые «Я ничего не знаю, нихрена не умею, но мнение имею»?

— Именно. И они его утверждают, основываясь ни на чём…

— Надо шахматы забрать. — Даша подняла с пола упавшую ладью. — Можно будет поиграть на досуге.

— На раздевание? — с интересом осведомился я.

— Долго. Тут нужны карты, а я их не люблю. А консультанты иногда да, решают. Только их не все любят.

— В смысле?

— Читала недавно историю. Есть где-то под Воронежем пивоварня, не помню название, варит себе потихоньку неплохой такой крафт. И тут у них, значит, вышел бзик — решили сварить всю линейку советского «Жигулёвского», как тогда делали, по разным ГОСТам, с тридцатых годов по восьмидесятые. Люди серьёзные, и подошли к вопросу основательно: поскольку никто из них ТОГО пива не застал, они нашли древнюю бабушку, всю жизнь проработавшую технологом на пивзаводах. Старушка тоже подошла к задаче серьёзно: обложилась древними блокнотами с рецептами и зорко следила за технологом, чтобы тот всё делал как надо. И вот, когда первая пробная партия была готова, бабушка попробовала и выдала вердикт: «Не то. Не могли на тогдашнем оборудовании сварить столь приличное пиво. Слишком хорошо! Переделывайте!» Говорят, главный технолог потом отдельный отпуск брал, дабы нервишки подлечить. Так что подкованный консультант — это не только очень хорошо, но ещё и плохо…

— Да, забавная история… А от пива я бы не отказался. Даже от