Хроники пилота: Звездолет для бунтаря - Евгений Артёмович Алексеев

шпион. Мы находились в бункере под землей, в котором располагался вычислительный центр.

Довольно тесное помещение, по стенам, отделанными серо-стальными панелями, возвышались высокие шкафы-стойки с прозрачными ящиками с лентами микросхем — серверами. Никаких проводов, лишь трубки, по которым струилась голубоватая жидкость, которая охлаждала блоки. Здесь царил дикий холод. Но Алекс был одет лишь в синие брюки, которые земляне называли почему-то «джинсы» и черную майку, которая не скрывала его торса с буграми мускул, крепких сильных рук с выступающими жилами. И теперь на левом плече Смирнова я видел изображение какого-то странного зверя, покрытого грубой чешуей, с хвостом и перепончатыми крыльями.

— Ну и как вы это сделали? — задал я вопрос, который явно ждал Смирнов.

— Очень просто, — по лицу Сашка было видно, что его просто распирает от удовольствия. — После того как ты рассказал, где находится этот самый кабинет Вождя, мы послали туда вот такие нано-дроны.

Смирнов подошел к одному из шкафов, выдвинул ящик, и посадил на ладонь крошечное существо с длинным тонким телом и прозрачными крыльями.

— Кабинет находится в Кремле, в Сенатском дворце. И теперь там везде сидят эти стрекозы.

— Ну а энергоблок? Насколько хватает?

— Они питаются от солнечных батарей, которые установлены на крыше.

— Ну, а, если найдут? Подсунут фуфло?

— Если найдут, то пройдет команда на уничтожение. От них останется лишь горстка золы. Никто не определит ничего.

Способности Сашки меня не удивили. Осберт смог бы легко сделать подобное, а может и лучше. Но его не было со мной рядом. А Смирнов оказался не только отличным бойцом рукопашного боя, но и компьютерным гением.

— Эта штука у тебя на голове нейро-интерфейс? — только при близком знакомстве, я разглядел среди густой шевелюры Смирнова тонкие металлические пластинки, напоминающие микрочипы. У меня-то все это спрятано в голове, и я даже не знаю, как все это выглядело.

— Ну, до нейро-интерфейса, как у тебя мы еще не доросли, — хмыкнул он. — Но квантовый компьютер сумели встроить. Я — хакер. Могу любую систему взломать.

У землян это называется странным словом «хакер». Я тоже мог взломать почти любую систему. Но говорить об этом не стал. Не хотел разочаровывать Сашка, он так гордился своими способностями.

— Так, все это хорошо, — подал голос Крупа. — Туровского сослали в ж… А псы режима пока не знают, где мы находимся. Что дальше?

— Дальше, — я покачался на стуле, будто обдумывал ответ, хотя прекрасно знал, что скажу. — Нам нужно оружие. Хорошее оружие. Поскольку большую часть пришлось бросить. Что скажешь, Александр на это? Твои эти дроны сумели что-нибудь найти подходящее?

— Ну а как же, босс, все в лучшем виде.

Голографический экран вновь вспыхнул голубым свечением, отобразив трехмерную карту, из которой я ничего не понял.

— Вот здесь, — Смирнов ткнул пальцем в карту, — Находится один из самых больших и сверхсекретных арсеналов….

— Подожди, Саша, зачем нам сейчас лезть в самое пекло, в хорошо охраняемый склад с голыми руками? Найди что-то попроще. Наберем оружия, пойдет брать твой этот супер арсенал.

— Ну, мы же не попремся напрямик с оружием к этому складу, — в голосе Смирнова явно звучала насмешка. — Надо хитрее быть.

— Да, я понял. Дальше.

— Вход по биометрии, дальше энергощиты, автотурели, дроны. Все это работает под управлением нейро-интеллекта второго поколения…

— И ты можешь все это взломать? Хорошо. Ну а взлетно-посадочная площадка там есть?

— Конечно, есть, — Сашка ухмыльнулся. — Туда постоянно прибывают транспортники. Приводят оружие, забирают.

— И что там есть интересного?

— Там есть вот это!

Сашка смахнул с экрана карту и теперь во всю ширь развернулось устройство, закрутилось вокруг оси, похожее на большую сигару с рукоятками внизу, которая заканчивалась соплом, похожим на дюзу ракетного двигателя.

— Портальная пушка, — определил я. — У меня, видно, украли. Я ее оставил в своем спейфайтере. А они, значит, ее поместили в арсенал.

— Это твое оружие? — Крупа отлип от стены, подошел ближе. — Значит, нам сам Бог велел ее вернуть.

— Ты уверен, Лазер, что это оружие твое? Эту пушку создавали несколько лет. Я сам принимал участие. Она называется квантовой пушкой.

— Ну вы, люди, любите к любой супер приблуде прицеплять это определение. «Квантовый». Почему не кварковый? Квант не самая меньшая единица.

— Не будет спорить о терминах, — вмешался Крупа. — План у тебя, Лазер, какой?

— Я бы, конечно, прилетел бы на своем космолете туда…

— Это будет заметно.

— Прибудем ночью. В космосе космолет невидим. В атмосфере на радарах он отображается, как птица. Но. Это действительно не подходит. Лучше, если бы угоним транспортник. Переоденемся в одежду грузчиков и бойцов, которые охраняют груз. А я стану командиром всего этого.

Я едва сдержался, чтобы не зевнуть. На самом деле, мне уже ничего не хотелось планировать, никакой операции. После того, как мы сбежали от спецназа, и прилетели на этот остров, я настолько погрузился в его спокойную, умиротворяющую атмосферу, что расслабился. Местечко это оказалось славным.

Остров Норфолк, затерянный в бескрайних просторах океана. Он назывался Тихим. И пока оправдывал свое название. Чернильно-синяя водная гладь сливалась на горизонте с невыносимо высоким будто бы вымытым до бесцветности голубым небом, редко скрытым пухлыми облачками.

С одной стороны остров окаймляли высокие, обрывистые, каменистые берега, куда с тихим рокотом набегали волны, разбиваясь в фонтан алмазных брызг. С другой развернулись во всю ширь песчаные пляжи.Равнины переходили в невысокие холмы, покрытые травяным ковром, таким плотным, что он казался искусственным.

Среди высоких сосен виднелись разноцветные крыши одноэтажных домиков. Здесь жили люди, на пастбищах паслись немногочисленные коровы, росли виноградники. Свежее легкое дыхание океана смешивалось с ароматом разогретой солнцем хвои, травы, земли. Казалось, само время здесь не властно, замедлилось, остановилось, чтобы человек мог насладиться покоем и тишиной. Забыть о тревогах, бедах, проблемах.

Все это великолепие нарушали лишь выкрашенные в оранжевый, уже сильно выцветший, цвет двухэтажные с серыми крышами дома, окруженные каменным забором. Крупа рассказал, что здесь раньше была самая страшная тюрьма Австралии. Жить рядом с подобным место было неуютно, и я старался обходить его.

После разговора с Крупой и Смирновым я решил искупаться. Солнце укротило свой жар, с океана тянул свежий прохладный бриз. Я взобрался на высокий каменистый берег и прыгнул