Из России, с любовью... - Даша Романенкова

этого и припёрся. Скосив глаза, тщетно пытаясь выпутаться из верёвок, увидел, как трясётся серебряный кинжал в оставшейся руке Хвоста. Острый конец проколол кожу на сгибе локтя, и по разорванной мантии потекла тёплая кровь. Всё ещё хрипло дыша от боли, Хвост вынул из кармана стеклянный пузырёк и поднёс к ране Гарри, пузырёк быстро наполнился.

Пошатываясь, Хвост вернулся к котлу и плеснул в него кровь. Жидкость мгновенно стала ослепительно белой. Покончив с приготовлением зелья, Хвост без сил упал на колени и тут же кулём повалился на землю. Он лежал скорчившись, баюкая кровавый обрубок, и тихо постанывал.

Котёл кипел, сверкающие искры летели во все стороны, от их слепящего блеска всё вокруг погрузилось в непроглядную черноту. Ничего не происходило…

— Неужели накосячил? — Удивился Гарри.

Но искры погасли, из котла взметнулся столб белого пара, он становился всё гуще, и Поттер больше не видел ни Хвоста, ни Хель — пар затопил всё.

Вот уже в облаке пара, идущего из котла, начали возникать очертания высокого, худого, как скелет, человека, и Гарри окатила леденящая волна ужаса.

— Лич, — проскользнуло у него на периферии сознания.

— Одень меня, — произнёс он пронзившим сердце голосом.

Всхлипывая и прижимая к груди изуродованную руку, Хвост с трудом встал на ноги, поднял левой рукой с земли чёрный плащ с капюшоном и одной рукой накинул его на голову и плечи хозяина. Живой скелет ступил из котла на землю, не сводя глаз с Гарри. А Поттер не мог отвести взгляд от бледного как смерть лица. Несколько лет его преследовали в ночных кошмарах эти красные злобные глаза, тупой змеиный нос, узкие щёлки ноздрей…

Лорд Волан-де-Морт возродился.

* * *

Хель огляделась по сторонам, отчетливо понимая, что она опять вляпалась по самое не балуйся. Первое, что она могла сказать об этом месте — дубак тут лютый. Второе — что это не Навь. Но ощущения очень точно говорили, что она уже не в мире Живых.

Прямой мост, покрытый слоем льда, заснеженные вершины, прозрачные тени душ… Кажется, она знает, куда её занесла нелёгкая. Вот только почему сюда? По идее, ей прямая дорога в Чертоги Одина, а не в Царство Хель.

— А ты так этого хочешь? — раздался безжизненный голос у неё в голове.

— Не особо, Владычица, — Долохова опустилась на одно колено.

Даже не видя своей могущественной тёзки, она и не думала выпендриваться. Это вам не с Баюном ругаться.

— Давно я не видела своих потомков, — продолжила невидимая Богиня. — Что же, раз у тебя хватило сил войти в Хельхейм… Возможно хватит и выйти отсюда. И если тебе это удастся, то я позволю тебе уйти не одной.

С чего бы это? Подумалось Долоховой, когда она чётким шагом пошла по мосту. Она вроде не Орфей, да и погибшей возлюбленной у неё в наличии не имелось. Но раз уж Божество пожелало шоу, то кто она такая, что бы отказываться?

У каждого народа загробный мир свой, и в каждом свои законы. В Греции нельзя оборачиваться и есть, в Навь в принципе фиг попадёшь, а выйти можно только если Яга выпустит. Что же до Хельхейма… Мост лишь отправная точка, можно сказать прихожая. Сам мир начинается за вратами Смерти. А что такое врата — дверь по сути, ну, большая такая дверка. А раз в неё нельзя, значит нужно искать обход.

— Эх, Мимира не хватает, — пробормотала Долохова, оглядываясь по сторонам в поисках лазейки.

За неприметным валуном нашлась полузанесённая снегом тропка, по которой девушка и пошла. Интуиция не подвела, и вот она уже протискивается через пролом под самими воротами, ступая на земли Хельхейма.

— И что теперь? — пробурчала Долохова. — Только не говорите, что надо завалить Хранителя и забрать его сердце…

— Если тебе это удастся, то можешь просить чего угодно, — раздался насмешливый голос хозяйки этих стылых чертогов.

— Вот кто меня за язык тянул, — в сердцах сплюнула Долохова.

Но на этом её проблемы только начались. Если кто-то думал, что потомку Владычицы развернут ковровую дорожку и предоставят почётный караул, то он очень сильно ошибся. К явно живой девушке со всех сторон подтягивались мертвые стражи.

Против любого порождения Мира Мёртвых есть только одно оружие — Огонь. Вот только у Долоховой, к несчастью, не завалялось Клинков Хаоса, поэтому она предприняла единственный верный вариант — побежала. В отличие от полуразложившихся трупов, молодая девушка была намного быстрее.

А если ещё и припомнить родословную Скандинавского Пантеона, то Дочь Обмана наверняка оценит скорее хитрость, чем грубую силу. На ум с некоторым опозданием пришло, что барс бегает быстрее, и вот уже по просторам снежной равнины бежит серый хищник, а не хрупкая девушка. Да и когти вполне успешно рвали противников, которые явно пытались загнать пришелицу в угол.

Хозяйка этого мира с интересом наблюдала за своим потомком в зачарованное зеркало, попивая рубиновое вино. К ней редко приходили гости, и раз уж эту девчонку занесло сюда, то чем не повод слегка развлечься? Понятное дело, что убивать её приказа она не отдавала, но всё же интересно, как выкрутится?

Охренительно, вот именно так могла охарактеризовать всю эту ситуацию Долохова. С одной стороны, сам мир просто завораживал. Он был красив, неземной, и даже безжизненной красотой. Припорошенные снегом статуи великих людей, что нашли свой последний приют в этих чертогах. Величественный Мост Проклятых, и громадина его Хранителя. До он ростом метров семь! И как прикажете его валить?

А ведь именно это и придётся делать. Убить его не получится по одной простой причине, это ещё дедушка Мартин говорил — что мертво, умереть не может. Так, что Долохова может его лишь ненадолго развеять. Хранитель — квинтэссенция Хеля, со временем он вновь займёт своё место, чтобы не позволить живым проникнуть туда, куда им ещё рановато. И обойти его не получится…

— Маттур Хельсон, — благоговейно прошептала девушка, ступая на площадку. — Может договоримся?

Вот только влетевший в мост обломок скалы с горящим на верхушке зеленым камнем явно представлял собой категорический отказ. Ну, Хель ни на что особо не рассчитывала, но попытка же не пытка?

Хотя, судя по тому, с каким остервенением её пытаются размазать по ледяным плитам — это то ещё извращение, а Долохова в них знает определённый толк. Как ей грохнуть эту громадину? Сколько бы раскалённых файерболов она