Чако, 1928-1938. Неизвестная локальная война. Том I - Олег Евгеньевич Царьков

только восстановили старый фортин, но и построили рядом с ним новые земляные укрепления. После окончания этих работ сапёры были направлены на поддержание инфраструктуры и коммуникаций, в первую очередь, строительство колодцев и улучшение дорог. Все наличная артиллерия была распределена по дивизиям. И, хотя численность артиллерийских батарей на фронте возросла до 9, этого было явно недостаточно: противник имел на фронте 40 орудий против 36 боливийских. Организация боливийских дивизий также оставляла желать лучшего: несмотря на меры, предпринимаемые генералом Г. Кундтом, они представляли собой сборную солянку из 6-12 полков и 1-3 батарей артиллерии. Тем не менее, они стали лучше управляемыми, а их реальная численность возросла до 3-6 тысяч человек, равняясь порой по силе парагвайскому корпусу. Если в начале апреля численность боливийских штыков в Чако достигала 12000 человек, то через месяц она возросла почти вдвое. Впервые с начала военных действий их численность превзошла противника. Интендантская часть боливийской армии наладилась, хотя обеспечение войск в глубине Чако оставалось ее ахиллесовой пятой. В мае в связи с официальным объявлением состояния войны между Боливией и Парагваем была закрыта аргентинская граница. Это сразу вызвало перебои в поставках продовольствия в боливийских войска. Если ранее их маркитанты могли закупать значительную часть продовольствия за Пилькомайо, то теперь они должны были доставлять провиант из Вильясона. Снабжение продовольствием из этого удаленного пункта поставило новые проблемы перед транспортом боливийской армии. Для этого пришлось задействовать все грузовики, освобожденные на время зимнего сезона от доставки воды. Со временем, закрытая аргентинская граница стала более прозрачной: появилась целая сеть контрабандной торговли. Так, боливийские солдаты часто курили парагвайские сигареты, а парагвайские грузовики заправлялись боливийским бензином, поставленным одним из “поджигателей” этой войны – компанией Стандард Ойл оф Боливия.

За время этой короткой передышки поднялась боевая выучка и дисциплина боливийских войск, случаи isquierdismo (уклонения из боевой линии) были изжиты уже после событий в Толедо. Для поощрения инициативы солдат были введены бонусы в виде сигарет, которые стали своеобразным видом валюты. Они давались и в случаях, когда из нейтральной полосы выносилось брошенное оружие. Более слабым местом оставалось управление действующей армией, которое полностью сосредоточил в руках генерал Г.Кундт. Имея в своем распоряжении только эмбрион штаба, он, несмотря на свою работоспособность и память, не смог организовать компетентного управления вверенными ему войсками. Тем не менее, именно благодаря его руководству боливийцам удалось сохранить стратегическую инициативу в своих руках.

Парагвайская армия к этому времени превратилась в отлаженную боевую машину. Этому немало способствовало апрельское назначение генерала И.Т.Беляева на должность начальника Генерального Штаба. С присущим ему энергией он взялся за дело, не оставляя своей прежне идеи фикс: создания многочисленной русской колонии. Ещё до своего официального назначения И.Т.Беляев предпринял ряд шагов, которые по идее должны были способствовать её продвижению. Этому способствовал случай с 7 кавалеристским полком Сан-Мартин, который был оснащён и укомплектован аргентинцами. Этот полк показал свою низкую боеспособность и после боев у Толедо был переформирован. Командовавший в нём эскадроном, подполковник парагвайской службы Сергей Щекин сгустил краски, жалуясь на недисциплинированность и низкую боевую выучку добровольцев, после чего отказался от командования. В конце войны он был командирован в Бразилию, получив 20000 песо фуэрте на дорогу. Доклад товарища по оружию И.Т.Беляев использовал в своих целях: он убедил генерала М.Рохаса направить в министерство иностранных дел письмо, в котором «настоятельно рекомендовалось не привлекать на парагвайскую службу иностранцев, за исключением белых русских». Это письмо, датированное 19 февраля 1933 года, стало известно полковнику А.Швейцеру, который использовал всё своё влияние, чтобы дезавуировать требование Генерального Штаба. Вскорее он выяснил, кто был истинным автором этого письма и стал одним из опаснейших недругов И.Т.Беляева.

Заняв пост начальника Генерального Штаба И.Т.Беляев постарался отделаться от своего недруга Н.Ф.Эрна, которого перевели на должность инспектора пехоты. В этом качестве он прослужил до конца войны и сделал немало для подготовки резервистов. В 1936 году генерал Н.Ф.Эрн был назначен Генеральным инспектором парагвайской армии. Одним из первых его достижений стала реорганизация III корпуса. В частности, он поручил майору парагвайской службы Н.Корсакову переформирование «аргентинского» контингента полка Сан-Мартин. Так возник 9 кавалерийский полк Аромас, включённый во 2 кавалерийскую дивизию. Располагая достаточной оперативной и разведывательной информацией парагвайский Генеральный Штаб быстро определил место главного удара противника. Им должна была стать Нанава. В связи с этим было принято решение о формировании трёх дивизий (2 кавалеристская, 6, 7 и 8 пехотные). Генерал Беляев планировал усилить ими 3 корпус полковника Л.Иррасабаля, который всё чаще проявлял свою самостоятельность по отношению к КОМАНСУР.

Трофеи, захваченные летом 1932-33 годов, и партии оружия, поступившие через Аргентину в феврале-апреле, позволили парагвайцам приступить к организации новых частей. К концу апреля в составе 2 кавалерийских и 6 пехотных дивизий были развернуты 9 кавалерийских и 18 пехотных полков, 4 инженерных и два отдельных батальона и 4 группы полевой артиллерии. Таким образом, парагвайская артиллерия на ТВД по количественному составу была равна противнику, а качеству и выучке даже превосходила его. Однако к маю боевой состав армии снизился до 20000 человек. Падение численности на треть было связано с эпидемиями и ужасным общим состоянием здравоохранения Парагвая.

В связи с развертыванием новых частей и потерями в живой силе была изменена штатная организация пехоты. Батальоны окончательно потеряли свои третьи роты. Уменьшение количества солдат компенсировалось ростом огневой мощи, за счет увеличения единиц автоматического оружия в ротах с шести до девяти. Организация парагвайских пехотных батальонов претерпела большие изменения. Этому способствовали, как особые условия театра военных действий, так и простая нехватка людей и оружия. К 1933 году парагвайскому командованию удалось достигнуть единообразия тактической структуры пехоты. Главным изменением стал отказ от пулеметных рот и передача легких пулеметов в состав стрелковых взводов. Парагвайский пехотный батальон 1933 года состоял из штаба (11 человек) и двух рот по 110 человек по три взвода. Каждый из них имел 35 человек, 3 ружья-пулемета и состоял из двух пулеметных и двух гренадерских секций по восемь бойцов в каждой. Таким образом, при неизменности штата огневая мощь роты выросла в полтора раза. В пехотном полку по новому штату должно было состоять 797 человек (41 офицер, 155 сержантов, 396 штыков). Их вооружение состояло из 2 минометов, 4 станковых и 36 ружей – пулеметов и 716 винтовок. Таким образом, снижение штатной численности пехоты на 20% не привело к уменьшению ее огневой мощи.

Реорганизация коснулась парагвайской кавалерии, полки которой получили на вооружение станковые пулеметы и минометы в составе эскадрона тяжелого оружия. В начале военных действий полки