Другие (СИ) - Татьяна Шульгина

  -- Тише, тише, - проговорил Дмитрий, погладив ее по спине. - Успокойся. Ну чего ты? Любишь и любишь, это не смертельно. Я же не плачу.

  -- Ты любишь красивую умную девушку, а я тупого барана, - всхлипнув, ответила Мэй, но прижалась к нему сильней.

  -- Соболезную, - с улыбкой ответил ей мужчина. - Любовь зла, а козлы, как видно, закончились.

  Мэй засмеялась сквозь слезы и отстранилась.

  -- У тебя нет платка? - спросила она, глядя на него покрасневшими мокрыми глазами.

  -- Сейчас, - Дмитрий отошел к комоду и, порывшись там с минуту, вернулся с носовым платком. - Прошу.

  Девушка высморкалась, совершенно не смущаясь. Мужчина смотрел на нее, умиляясь этой непосредственности. Потом взял ее под локоть и усадил в кресло, а сам сел на подлокотник соседнего.

  -- Лучше? - спросил он, когда она закончила и перевела взгляд на него.

  -- Да, значительно, - со вздохом ответила она. - Спасибо.

  -- Извини, я не хотел тебя до слез довести, - виновато пожав плечами, проговорил Дмитрий. - Не знал, что ты умеешь плакать.

  -- Ты точно меня любишь? Как-то не похоже, - скептично наморщив лоб, переспросила девушка.

  -- Точно, - кивнул мужчина. - Каролин сказала, что это не просто любовь, а настоящая. Она в этом вопросе специалист. Как по мне, так самая обычная любовь.

  -- Ты ей все рассказал? - Мэй улыбнулась, слушая его глупые рассуждения.

  -- Она никому не расскажет, - заверил ее Дмитрий. - Хотя теперь это уже не актуально.

  -- Да. Не знаю, как Александр узнал, - Мэй пожала плечами, опять высморкавшись.

  -- Он точно не против? - шутливо поддразнил ее мужчина. - Потому что если он передумает, придется скрываться. Ты готова бегать ко мне по ночам, пока никто не видит?

  -- Нет, - гордо отвечала Мэй. - Если он запретит, я тебя брошу. Он мне дороже, чем ты. Так что не питай иллюзий, Лакруа.

  -- Овца, - Дмитрий поднялся и отошел от нее.

  -- Баран, - ответила девушка и захихикала.

  -- Да уж, идеальная пара, - мужчина тоже улыбнулся, стоя возле камина и глядя на нее.

  -- Я пойду, приведу себя в порядок, - Мэй встала и поправила кофточку. - Надо показаться в гостиной, пока они не решили, что мы тут с тобой любовь крутим.

  -- Да, чужое мнение прежде всего, - закивал Дмитрий. - Тебе не пофиг, кто и что подумает?

  -- Не пофиг, я не люблю, когда обо мне говорят или думают то, чего нет на самом деле, - ответила девушка, остановившись возле двери.

  -- Но в данном случае они на сто процентов правы, - возразил мужчина. - А значит, ты хочешь выглядеть в глазах общества лучше, чем есть на самом деле.

  -- Все хотят выглядеть лучше, - не уступила Мэй.

  -- Я не хочу, мне наплевать на общественное мнение, - Дмитрий сел обратно в кресло.

  -- Тебе вообще на всех и все наплевать, - фыркнула девушка. - Ты эгоист, каких свет не видел.

  -- Ты собиралась куда-то идти, - напомнил ей собеседник с улыбкой. - Вот и иди. Дверь за собой прикрой.

  -- Хам, - Мэй вышла, громко хлопнув дверью.

  -- Неуравновешенная, - закатив глаза, пробормотал Дмитрий.

   9

  Ритмичные звуки дарбуки и сагат наполняли восточную гостиную, подходившую для подобных развлечений лучше прочих. С наступлением темноты, небольшое общество опять заняло диванчики и теперь наслаждалось музыкой и танцем. В центре комнаты расстелили большой ковер, а мебель перенесли ближе к камину, чтоб не мерзнуть от проникавшей с улицы сырости. На одном места заняли Александр, Каролин и Дмитрий. Девушка в теплом джемпере и джинсах полулежала, опираясь на грудь мужа, а ноги вытянула, положив на колени кузену. Молодой человек не возражал, велел только обувь снять.

  На втором диване Аврора придержала место для своего нового подопечного, которого они с Эммой решили вернуть к нормальной жизни. Кевин был порядком смущен таким вниманием к своей персоне, но после обстоятельной беседы с Александром, стал спокойней относиться к их играм. Сама Эмма аккомпанировала брату, сидя на ковре у камина. Ее изящные ладони сжимали кольцо бубна, отбивая ритм. Эрик играл на дарбуке, сидя рядом. Мэй заняла место возле него.

  В центре комнаты, подыгрывая им на сагатах, танцевал Андеш. Вампир был раздет до пояса, оставив лишь свою длинную юбку. На бледной обнаженной груди поблескивали золотые кольца, соединенные цепочкой, плечи и запястья украшали золотые браслеты. Длинные волосы были распущены. Он искусно двигался под отрывистый ритм дарбуки, описывая руками и ногами плавные линии.

  Присутствующие завороженно наблюдали за его отточенными движениями, повторяющими звуки инструментов, как одно целое с музыкой. Каждый удар заставлял какую-то часть его тела отвечать. Вампир танцевал с закрытыми глазами, но ни разу не оступился и не потерял равновесие. Иногда он открывал их, чтоб с удовлетворением найти на лицах зрителей восторженное выражение. Это придавало ему новых сил, и он продолжал, поражая их новыми рисунками танца.

  Каролин кивала головой и двигала ногами в такт, жалея, что не умеет так танцевать. Это казалось ей куда веселее, чем бессмысленное барахтанье в танцующей толпе ночного клуба, и было куда зрелищней. Девушка не могла отвести взгляд от Андеша, его тонких бледных рук, богато украшенных золотом, его струящихся черных волос, подрагивающего в ритм музыки живота, отбивавших ритм бедер. Он часто останавливал взгляд на ней и улыбался. Каролин отвечала ему широкой довольной улыбкой, чувствуя, что даже сердце бьется в ритм с его движениями.

  Потом одного барабана Андешу стало мало, и он потребовал Александра помочь. Каролин с изумлением обнаружила, что у ее мужа выходит куда лучше, чем у Эрика. Он играл сольные партии, а Эрик основной ритм. Эмма иногда вступала, подыгрывая на бубне. Андеш снял сагаты и отдал их на хранение Каролин. Девушка немедля надела себе на пальцы плоские медного цвета тарелочки и показала язык наблюдавшему за ней Дмитрию.

  -- Ну все, теперь ты захочешь освоить танец живота, - проговорил он, потрогав пальцем одну из крошечных литавр.

  -- Да, обязательно, - кивнула Каролин, сидя рядом по-турецки.

  Андешу надоело одному развлекать публику, и он начал привлекать к танцу остальных. Первой получила приглашение Эмма. Девушка была в длинной широкой юбке и открытой кофточке, что как можно лучше подходило для танца. Она тоже владела этим искусством, двигаясь под музыку и аккомпанируя себе на бубне. Аврора поддержала ее выступление овациями, прочие зрители присоединились к ней. Брат и сестра изобразили целую театральную постановку в танце, показывая то любовь, то соперничество.