Другие (СИ) - Татьяна Шульгина

  -- Я понимаю, - кивнула Мэй, потупившись.

  -- Не торопись, хорошо все взвесь, - мужчина положил ей руку на плечо. - И знай, Дмитрий гораздо лучше, чем ты о нем думаешь.

  С этими словами он ушел, а Мэй задумчиво смотрела ему вслед. С тех пор как Александр освободил ее от необходимости подчиняться охотникам и вести навязанный ими образ жизни, он стал для девушки и отцом, и другом, и работодателем. Несмотря на строгость, с которой он часто отчитывал ее, она знала, что это для ее же блага. Он учил ее выживать, быть сильнее. Часто их мнения расходились, но она знала, что со временем сама придет к тем выводам, что и он. Александр был чутким и заботливым человеком, хотя и не выказывал излишней опеки, не навязывался. В трудную минуту он был рядом и ни разу не позволил себе лишнего, никогда не указывал Мэй на ее место. Со всеми подчиненными Александр был строг, но справедлив. Его мудрость не вызывала сомнений. Так почему же сейчас она сомневалась в его словах? Конечно, Дмитрий был его сыном, и он не мог сказать о нем ничего плохого, но и врать он бы не стал. Да и Мэй не была самой желанной невестой для его сына, чтоб Александр опускался до лжи, желая свести их вместе.

  Девушка вздохнула, опять взобравшись на подоконник с ногами. Она не знала, как поступить. С одной стороны ей очень хотелось поверить в то, что у них с Дмитрием может быть будущее, что он не станет бегать за каждой юбкой хотя бы первое время. С другой, Мэй не могла придумать предлог, чтоб хотя бы поговорить с мужчиной. Утром она четко дала понять, что продолжения не будет. Как теперь завести разговор об их отношениях, она не представляла.

  Проведя еще какое-то время в размышлениях, девушка решила поступить так, как делала всегда. Она слезла с подоконника и направилась прямиком в комнату Дмитрия. В конце концов, она была уже достаточно взрослой, чтоб признать свои ошибки и попросить прощения.

  Коридоры замка наполняли звуки арабской лютни. Мэй неспешно поднялась в башню и приблизилась к двери в спальню мужчины. Она была приоткрыта, но девушка все равно постучала.

  -- Что, забыли что-то? - спросил Дмитрий, приблизившись и открыв дверь шире. Увидев на пороге Мэй, он на миг замер в нерешительности. - А, это ты. Что случилось?

  Он смотрел на девушку, ожидая ответа. Она пыталась придумать начало своей речи, но не могла сосредоточиться и просто смотрела на него. Дмитрий был хмурым и заметно волновался. Он нетерпеливо сжимал ручку двери со своей стороны, а вторую руку спрятал в карман брюк.

  -- Я пришла чтобы ... - она набрала воздух в легкие, повторяя в голове "извиниться, извиниться", но язык не слушался. - Чтобы поговорить.

  -- Входи, - мужчина отошел от двери, пропуская ее в комнату.

  Мэй поспешила войти, пользуясь паузой, чтоб сосредоточиться. В комнате было прибрано, никаких следов того, что она себе напридумывала. Похоже, Дмитрий с Каролин в самом деле просто разговаривали.

  -- Я думал, ты со всеми, концерт слушаешь, - Дмитрий отошел к окну и смотрел на открывавшийся пейзаж. На улице опять шел дождь. По голосу Мэй поняла, что он расстроен.

  -- Нет, я хотела побыть одна и подумать, - ответила девушка, глядя на его спину.

  -- Полезное занятие, - хмыкнул он. - Ты пришла поделиться соображениями?

  -- Да, - она приблизилась и прикоснулась к нему. Он не оборачивался, только глаза скосил. - Я хотела извиниться за утро.

  -- Не надо, я все понимаю, - ответил мужчина прежним тоном, но она чувствовала, как он напрягся.

  -- Нет, не понимаешь, - Мэй опустила ладонь и взяла его за руку. Он обернулся, не отнимая руки. - Я сама не понимаю, но не хочу, чтоб все так вот закончилось.

  Она положила вторую ладонь ему на грудь, почувствовав, как быстро бьется его сердце.

  -- Что "все"? - холодно спросил Дмитрий, глядя на нее. - Разве между нами что-то было, чтоб ему закончиться? Я достал тебя до такой степени, что ты из жалости переспала со мной, что еще? За что тут извиняться? Ты была права, эта ночь ничего не значит.

  Мэй знала, что заслужила эти упреки. Он бил ее ее же оружием, ледяным безразличием, ее собственными жестокими словами.

  -- Но ведь ты что-то чувствуешь ко мне, - убрав от него руки и опустив глаза, тихо сказала она. - Я знаю, я почувствовала это.

  -- Почему ты утром не спросила, что это? - ответил ей мужчина, тоже опустив глаза. - Зачем так усиленно делала вид, что тебе все равно? Ведь ты отлично все поняла. Что еще ты хочешь от меня услышать?

  -- Я растерялась, - попыталась объяснить свое поведение девушка. - Не знала, как себя вести. Не знала, как отреагирует на наши отношения Александр.

  Дмитрий вскинул голову, одарив ее гневным взглядом.

  -- При чем тут он?! - спросил мужчина, повысив голос. - Какое мне дело, как он отреагирует? У него есть Каролин, хватит с него.

  -- Мне есть дело, - возразила девушка. - Мне важно его мнение, он мне тоже не чужой.

  -- То, что ты тут, означает, что благословение получено? - спросил Дмитрий презрительно. - Теперь можешь с чистой совестью развлекаться?

  -- Не тебе говорить о развлечениях, - тоже закипая, ответила Мэй. - Сам играешь людьми, как игрушками.

  -- Ты так много знаешь обо мне, больше чем я сам, - глаза мужчины горели ненавистью, он порывисто дышал, сжимая кулаки в карманах брюк. - Ты пришла извиняться? О'кей, извинения приняты. Чего тебе еще от меня нужно? Отец дал какие-то инструкции?

  -- Да что с тобой?! - Мэй не выдержала и толкнула его в грудь. На глаза девушки навернулись слезы. - Что ты за человек?!

  -- Я люблю тебя! - гневно бросил ей Дмитрий. - А ты смеешься надо мной, играешь, а потом еще и имеешь наглость обвинять в легкомыслии!

  -- Я тоже тебя люблю, не думай, что один такой несчастный! - Мэй сжимала кулаки, пытаясь ненавистью заглушить боль. Слезы затуманивали взгляд.

  -- Любишь, как же, - фыркнул он, не реагируя на ее слезы. - Меня, избалованного бабника, придурка, недостойного даже, чтоб его по имени назвать?!

  -- Да, люблю, - Мэй быстро вытирала глаза, ненавидя себя за эту слабость. - Иначе не стала бы спать с тобой. Я не из таких, как эти две.

  Она махнула рукой в сторону двери, имея в виду Эмму и Аврору.

  -- А ты... - продолжала девушка, понимая, что слез ей не сдержать. - Ты дурак! - бросила она, намереваясь сбежать.

  Мэй повернулась к двери, но Дмитрий схватил ее за локоть вопреки первоначальному желанию не прикасаться. Он знал, что это чревато побоями, но словами он не остановил бы ее. Мужчина резко притянул девушку к себе и обнял, прижав к груди. Мэй обхватила его за талию и опустила голову на плечо, дав волю слезам. Ее тело вздрагивало от рыданий, а пальцы стиснули ткань его рубашки.