Озорница (Ангел на час) - Тереза Медейрос

— Тебе ли волноваться за свою внешность, Ники! Что бы ты ни делал, выглядеть стариком тебе не грозит.

Комплименты действовали на Николаса безотказно. Он перестал корчить гримасы перед зеркалом, заулыбался и приосанился. Теперь Эмили получила возможность вернуться к чтению, а заодно можно было вдоволь понежиться на солнце.

Клиппер легко разрезал узким носом бирюзовые волны, разбегавшиеся белыми барашками. Джастин стоял на баке, поставив ногу на бухту каната и чуть подавшись вперед, позой своей как бы понуждая судно мчаться быстрее. Над головой трещали огромные полотнища парусов, надутых сильным ветром. Штурман заверил, что корабль идет с хорошей скоростью и к вечеру достигнет Северного острова.

За несколько недель плавания тело Джастина приобрело бронзовый оттенок, и солнце высветило серебряные нити в темных прядях длинных волос. Голый по пояс, в потертых брюках, облегавших бедра и ноги, как вторая кожа, с болтавшейся в ухе золотой серьгой, которую решено было восстановить на время морского похода, и длинноствольным пистолетом, торчавшим из-за пояса, герцог был точной копией удалого пирата, каким он изображается в детских книжках.

Броская внешность соответствовала внутреннему настрою, будто вернулась далекая молодость, когда безрассудный искатель приключений отправился попытать счастья в Новой Зеландии; кровь снова весело бежала по жилам. Спасибо Эмили, это она вытащила его из гроба мертвых эмоций, в котором Джастин чуть было не похоронил себя, и вернула к жизни. А теперь надо во что бы то ни стало найти девушку. Ведь он дал клятву Дэвиду позаботиться о его дочери, значит, обязан сдержать свое слово любой ценой, даже ценой собственной жизни.

Главным для него сейчас было известие, что Эмили жива. Джастин проследил Ники до Мельбурна, где путники пересели на другой пароход, и все пытался понять, почему бывший компаньон решил сделать крюк и навестить Северный остров, хотя, казалось бы, прямой смысл был держать путь на Южный остров, где им построен дворец, купленный на грязные деньги, обагренные кровью Дэвида.

Подставив лицо яркому солнцу и теплому ветру, вконец растрепавшему длинные волосы, Джастин жадно вдыхал солоноватый воздух, пробуя его на язык, как лакомство. Незабываемое ощущение жарких солнечных лучей и неповторимый вкус морских брызг на губах хранились в памяти и помогали выжить долгими холодными ночами в Лондоне, когда хотелось выть от тоски. Еще согревали воспоминания о коротком, слишком коротком периоде, когда выпало счастье любить и быть любимым, воспоминания об Эмили.

Джастин открыл глаза, и в душе шевельнулась слабая надежда. Все обойдется, все будет хорошо. Главное, не отчаиваться и идти вперед, только вперед, не оглядываясь.

Под звучные шлепки волн, нещадно колотивших шлюпку, Джастин и Пенфелд дружно налегали на весла. Ранее люди герцога взошли на борт небольшого пароходика, прибывшего из Мельбурна и бросившего якорь у западного побережья Северного острова. Команда судна сообщила, что пассажиры, мужчина и женщина, сошли на берег незадолго до захода солнца.

Некоторое время Джастин правил вдоль побережья, стараясь отойти подальше от якорной стоянки и высадиться в неприметном месте. Он постоянно оглядывался и беспокойно рыскал глазами по берегу, пытаясь разглядеть в зарослях Эмили. Подал знак Пенфелду сушить весла, сделал последний сильный гребок, и шлюпка уткнулась носом в песок. Учащенно забилось сердце, когда увидел знакомый холм, увенчанный деревянным крестом над могилой Дэвида. Пенфелд снял шляпу и прижал к груди в знак уважения к погибшему другу своего господина.

Шлюпку вытащили на берег и укрыли в ложбине между двумя песчаными дюнами. Пенфелд молча вынул из кожаного футляра ружье; судя по всему, с оружием он умел обращаться.

— Оставайся здесь, — велел Джастин. — Что бы ты ни услышал, сиди и не рыпайся. Ты мой главный резерв и надежда. Если случится беда, твоя задача забрать Эмили и доставить ее в безопасное место. Все понял?

— Но, сэр...

— Это приказ, — строго помахал пальцем герцог перед носом слуги. — Если нарушишь его, я... я тебя уволю без рекомендательного письма.

— Слушаюсь, сэр, — неохотно повиновался Пенфелд. Он уселся на песок, прислонившись спиной к горбинке дюны, ружье положил на сгиб руки.

Джастин пошел вперед, укрываясь в тени песчаных холмов, а когда увидел открытый пляж, присел на корточки и затаился. В памяти всплыли картинки праздника, устроенного туземцами на другом пляже, но сейчас вокруг не было ни души. Предстояло выйти на открытое место, где его подстерегала смертельная угроза. Кто знает, что скрывается в густых зарослях, откуда отлично просматривается пляж, можно не спеша прицелиться и точно поразить мишень? Нелегко подавить чувство страха, но нельзя и выжидать неизвестно чего.

В этот момент в хижине зажегся свет, напомнив трагическую ночь гибели Дэвида: тогда вот так же издали стал виден свет фонаря в палатке. Но на этот раз Джастин дал себе слово не прятаться и не медлить. На этот раз опаздывать нельзя, промедление смерти подобно; замешкаешься — снова потеряешь любимого человека.

Герцог вскочил и понесся по пляжу. В лицо били холодные морские брызги, во все стороны летели из-под ног комки мокрого песка, уводила вдаль лента пляжа, сверкающая под луной. Внезапно путь преградила длинная тень. Ники! На фоне темных зарослей он казался белым привидением в светлом костюме и широкополой панаме.

Джастин замер на месте, зачарованно наблюдая за тем, как Ники грациозным жестом зажигает спичку и подносит ее к кончику сигареты. Потянуло приторно сладковатым ароматом, и стало ясно, что Салери курит не табак, предпочитая иное зелье.

— Сигарету не желаешь? — лениво поинтересовался Ники, предлагая открытый золотой портсигар. — Помнится, в былые времена ты позволял себе побаловаться дымком.

— Почему ты не захотел оставить нас в покое, Ники? Мы были счастливы вдвоем. Почему ты предпочел остаться, когда встретил нас?

— Уйти и лишить себя удовольствия наблюдать за тем, как вы пожираете друг друга? — криво усмехнулся в ответ Ники. — Ты никогда не мог понять, чего я хочу. К примеру, у меня и в мыслях не было убивать тебя. Просто хотелось понаблюдать, как ты истекаешь кровью изнутри.

— Где она? Что ты с ней сделал?

— Ровным счетом ничего. — Ники глубоко затянулся, зло сверкнули глаза. — Пока ничего.

Джастин выхватил из-за пояса пистолет и наставил на бывшего друга и компаньона. Рука не дрогнула.

— Я хочу повидаться с ней.

Ники положил портсигар в карман и нехотя поднял руки.