Жизнь замечательных времен. 1970-1974 гг. Время, события, люди - Фёдор Раззаков

На роль радистки Кэтрин тоже было несколько кандидатур, но в итоге утвердили Екатерину Градову из Театра имени Маяковского. Причем нашли ее случайно. Она пробовалась на роль Риты Осяниной в фильме "А зори здесь тихие…". Там ее и приметил ассистент Лиозновой. Позвал к себе, хотя переманивать актеров в киношной среде считается дурным тоном. А ассистент подначивал: "Зачем тебе Ростоцкий? Там — все лето в Карелии: болото, комары и одни девки. А у нас в Германию поедешь, да не с кем-нибудь, а с самим Тихоновым". Короче, уговорил. Градова с волнением прочитала сцену вместе с Тихоновым и была чуть ли не с ходу утверждена на роль.

Несколько кандидатур было и на роль Гитлера, на которого пробовались два Леонида: актер Театра на Малой Бронной Броневой и Куравлев. Однако их фотопробы режиссера не удовлетворили, и их утвердили на другие роли: Броневой должен был стать шефом гестапо Мюллером, а Куравлев — Айсманом. Кстати, последний в те же мартовские дни 71-го стоял в планах другого режиссера с той же Киностудии имени Горького — Василия Шукшина. Он собирался снять Куравлева в главной роли в картине "Печки-лавочки". О том, как это произошло, рассказывает сам Л. Куравлев:

"Мне позвонили со студии имени Горького, я приехал и вошел в большую комнату, где оказалось много народу. Кто-то печатал на машинке, кто-то с кем-то пересекался, кто-то ждал гримера, звонили телефоны, люди входили и выходили, Я устроился в углу, никто на меня не обратил внимания.

Эта картина и сейчас стоит у меня перед глазами: среди шума и бедлама, среди всей этой кинематографической суеты Шукшин молча сидел в кресле. Если можно так выразиться, до него нельзя было дотронуться и потрогать — он сидел странно отрешенный и отчужденный, словно из другого мира, как будто светило на него другое солнце, не то, что греет нас. До сих пор при воспоминании об этой картине у меня просыпается какой-то странный испуг в душе…

Видимо, он испытывал физические страдания, может быть, мучила язва; Василий Макарович в отличие от многих ни на какие болезни никогда не жаловался, но, что он был болен, мы знали. А на физические страдания, возможно, накладывались еще и душевные муки. Во всяком случае, таких печальных глаз я ни у кого никогда не видел и не увижу, наверное…

Шукшин знал, что я много снимаюсь, и, чтобы, так сказать, связать меня обещанием по рукам и ногам, взял за руку (не в переносном, а в прямом смысле) и привел в кабинет к Григорию Ивановичу Бритикову, тогдашнему директору студии, с такими словами:

— Вот мой Иван. Только скажите ему как высшее должностное лицо на студии Горького, чтобы он себя нигде не занимал. Вы заинтересованы как директор, чтоб я быстро снял картину, и я ее тогда быстро сниму. Но чтобы вот он никуда не отвлекался — он у меня в каждом кадре.

— Да, конечно, — ответил я. — Но…

Не смог я тогда сказать откровенно, что не буду играть. Просто — не смог…"

Судя по всему, Бритиков не нашел в себе смелости открыться перед Шукшиным и сообщить ему, что Куравлев пробуется у Лиозновой. Может быть, рассчитывал, что Куравлев не пройдет на Айсмана, а может, испугался того, что Шукшин учинит скандал, который Бритикову был совсем ни к чему — ведь фильм Лиозновой курировали чекисты, а портить отношения с этим ведомством не следовало. Короче говоря, Шукшин до поры до времени оставался в неведении.

Тем временем на другой столичной киностудии — "Мосфильм" — снимается сразу несколько будущих хитов. Так, Александр Серый при активном участии Георгия Данелии продолжает с энтузиазмом работать над комедией "Джентльмены удачи". В те дни снимались финальные зимние эпизоды фильма: "джентльмены" вылавливают из проруби шлем Александра Македонского; Трошкин лицом к лицу сталкивается со своим двойником — рецидивистом Доцентом; "джентльмены" убегают от Трошкина, впервые увидев его без парика.

В это же время другой режиссер — Эдмонд Кеосаян, закончив в декабре (24-го) съемки третьей, заключительной части приключений "неуловимых" под названием "Корона Российской империи", вынужден был доделать ряд эпизодов, не принятых худсоветом. В частности, ряд сцен в кабинете ВЧК и на Эйфелевой башне. 1 марта переснимали эпизод в особняке месье Дюка (актер Андрей Файт): когда тот принимает у себя по очереди двух претендентов на царский престол (в этих ролях были заняты Ролан Быков и Владимир Белокуров).

Съемочная группа фильма "Офицеры" продолжает находиться в экспедиции в Туркмении. В начале марта снимали эпизод бегства от басмачей трех героев фильма: Трофимова (Георгий Юматов), Любы (Алина Покровская) и Варравы (Василий Лановой). Во время работы над этой сценой все трое едва не разбились. А виновником ЧП мог стать красавец-конь Адлер, на котором сидела Покровская. Причем этого коня актриса выбрала сама, забраковав прежнего — более спокойного, который ей не понравился. А Адлер оказался ипподромным конем и, увидев впереди себя другого скакуна, пошел в обгон. Да так резво, что едва не свалился в огромный ров. К счастью, ситуацию вовремя сумели спасти Юматов с Лановым. Рискуя собственными жизнями, они схватили коня под узды и остановили.

В Театре-студии киноактера приступили к работе над спектаклем "Слава" по пьесе Гусева. Все занятые в постановке актеры в течение двух первых дней марта исправно посещали репетиции, кроме одного человека — Изольды Извицкой. Несколько раз диспетчер театра лично звонил ей домой, однако к трубке никто не подходил. В конце концов 3 марта, после того как Извицкая не появилась на очередной репетиции, было решено отправить к ней гонца. Диспетчер позвонила бывшему мужу Извицкой актеру Эдуарду Бредуну (мы помним, что незадолго до этого он ушел жить к другой женщине) и попросила его пойти на квартиру Изольды и, если никто не отзовется, открыть дверь своим старым ключом. Тот так и сделал. Однако в квартиру он не попал, поскольку с обратной стороны замочной скважины торчал ключ. Это вызвало подозрения, что хозяйка квартиры находится внутри, но по какой-то причине не может открыть дверь. Бредун тут же позвонил в милицию, которая вызвала слесаря из ЖЭКа. Тот без особого труда взломал хлипкую дверь.

Когда они вошли в квартиру, то первое, что увидели — на полу в скромном стеганом халате лежала хозяйка. Бредун, который посчитал, что его бывшая супруга в очередной раз напилась, чуть ли не закричал: "Уже набралась, вставай!" Но Извицкая даже не шелохнулась. Тогда над ней склонился слесарь, который тут же отшатнулся назад: "Да она же мертвая!" Судя по всему, Изольда шла на кухню, однако внезапно потеряла сознание, упала и умерла. Случилось это скорее всего несколько дней назад. В протоколе осмотра места происшествия затем отметят, что из еды в доме был лишь кусочек хлеба, Наколотый на вилку и лежащий в металлической селедочнице. Также было отражено, что покойная приняла изрядное количество алкоголя. Однако по настоянию Бредуна смерть актрисы объяснили "отравлением организма неизвестными ядами, слабостью сердечно-сосудистой системы".

Уже на следующие сутки по городу поползли слухи о том, что Извицкая покончила жизнь самоубийством, что было вполне объяснимо — в прессе про ее смерть не было ни единого отклика, не считая малюсенького некролога в "Советской культуре" от 7 марта. Что касается "забугорных голосов", то они оказались более оперативными и осведомленными и уже вечером 3 марта сообщили своим слушателям, что известная киноактриса Изольда Извицкая скончалась в собственной квартире от голода и одиночества.

Вспоминает Наталья Фатеева (она жила в одном доме с Извицкой, только в разных подъездах): "Я пошла на похороны Изодьды и видела несчастных родителей, отца и мать, хоронивших единственную дочь. Стоял мороз, но светило солнце, словно обогревая холодное кладбище. Мы шли впереди катафалка. Мне почему-то запомнился такой эпизод. Рядом хоронили человека еврейской национальности, и раввин всю дорогу читал молитвы на иврите. Это придавало происходящему какую-то нереальность, будто бы все было во сне. Евреи почему-то бежали, а мы шли медленно. И еще запомнилось, что, когда опускали гроб и начали бросать мерзлые комья, раздавался жуткий грохот. А пьяный Бредун кричал и кричал: "Бросайте камни аккуратно, аккуратно, ведь ей же больно…"

А вот как описывает те дни другой актер — Вениамин Смехов, который в те дни снимался на телевидении в телеспектакле "Двадцать лет спустя": "Съемки не запомнились никак. Запомнились перекуры на лестнице в Телецентре. Разговоры о гибели Изольды Извицкой, партнерши Олега Стриженова в "Сорок первом", у Г. Чухрая".

"Работы Изольде не давали, за судьбой не следили, но начальники Госкино таскали ее по заграничным гулянкам — вот она, наша "кинозвезда"! А характер безвольный, погибла без работы…" — сокрушался Олег…

А теперь из Москвы перенесемся в Батайск Алтайского края, где в эти же дни объявился фальшивомонетчик. История началась 4 марта в одном из батайских продуктовых магазинов. Утром туда пришла пенсионерка, чтобы купить лапши на обед. Протянула в кассу 10 рублей, чтобы выбить чек на покупку, а кассирша вдруг и говорит: "Бабушка, вы где взяли эту купюру? Она ведь фальшивая!" Бабка руками всплеснула: "Мне ее с пенсией выдали. Что же мне делать, дочка?" — "Сходите в сберкассу и обменяйте", — последовал ответ. Бабулька так и сделала.