Необратимость - Челли Сент-Клер

— Наверное, это любовь. — Голос Таннера затихает вдали.

— Да, — рассеянно бормочу я, глядя в окно и замечая, что деревья начинают расплываться.

Может, это я угасаю? Может, какая-то часть меня отключилась. Я уплываю куда-то за линию деревьев, к горизонту, где нет ничего, кроме синевы.

— Подожди… — Его голос доносится откуда-то издалека. — Я пошутил, вроде как. Ты…

— Эй, мы можем поговорить?

Голос Эверли доносится до меня из дверного проема, и я так резко вжимаюсь в постель, что мое раненое плечо начинает пульсировать.

Черт.

— Таннер, ты говорил, что остановился в мотеле за углом? — спрашивает она. — Как насчет того, чтобы вернуться к нам позже?

— Да. Я ухожу. — Он извиняется, быстро машет рукой и исчезает за дверью спальни. — Я забираю последние кексы, — кричит он, после чего входная дверь закрывается.

И вот я остаюсь наедине с женщиной, которая хочет поговорить.

— На улице красиво. — Я приподнимаюсь на локтях, с трудом сдерживая напряжение в голосе. — Думаю, свежий воздух пойдет мне на пользу.

— Ни в коем случае. — Она перелезает через меня на кровать и обнимает за талию. — Не знаю, кого ты пытаешься одурачить, но я вижу, как тебе на самом деле больно.

— Со мной все будет в порядке.

— Я вижу боль в твоих глазах, поэтому принесла это. — Она раскрывает ладонь, показывая мне обезболивающие, затем берет воду, которую Таннер вернул на приставной столик после того, как я ее бросил, и жестом показывает, чтобы я проглотил их. — И, кстати, если ты сейчас встанешь с этой кровати, я отправлю тебя прямиком в больницу. Не испытывай меня.

— Да, мэм. — Я не могу сосредоточиться ни на чем, кроме тепла ее тела, прижимающегося к моему, и, не в силах сопротивляться, падаю обратно на подушки.

Ее голос становится более мягким.

— Послушай, я знаю, что это не самая любимая тема для разговоров, но я думаю, что нам пора обсудить ужасную тему чувств.

— М-м-м, у меня определенно есть какие-то чувства. — Я приподнимаю бедра, чтобы убедиться, что она чувствует то же самое.

— Хватит меня отвлекать. — Она легонько шлепает меня по бицепсу. — Я слышала, что сказал Таннер. Теперь я хочу знать, что думаешь ты.

Что ж, пять секунд назад я думал, что я возбужден, а теперь я снова думаю, что меня тошнит.

— Нам обязательно выяснять это сегодня? Мы можем двигаться шаг за шагом. Посмотрим, как мы будем себя чувствовать завтра или на следующей неделе. — Я сглатываю. — Может быть, нам никогда не придется давать этому название. Однажды мы могли бы проснуться, и все прояснилось бы само собой.

Черт, почему я все еще говорю?

— Хм… — Она задумчиво смотрит на меня, держась достаточно далеко от моего паха, чтобы я не мог легко перевести разговор на другие темы. — Нет, мы не обязаны выяснять это сегодня, и да, мы можем делать это постепенно.

Слава Богу.

— Но тот факт, что ты пять раз произнес слово «мы» во время этого панического бреда, говорит мне о многом.

Я не знаю, что на это ответить.

— Правда?

— Да. Особенно если учесть, что это было связано с будущим. Похоже, ты думаешь, что у нас есть что-то, что ты не хочешь прекращать прямо сейчас.

— А ты ожидала этого от меня?

Она проводит пальцами по своему лбу и опускает их к щекам. Ее тело прижимается к моему.

Она выглядит… задумчивой? Полной надежды? Грустной?

Я не знаю, но на этот раз я не пытаюсь ее отвлечь.

— На самом деле я не знаю, о чем ты думаешь, Айзек. — Ее глаза блуждают по моему лицу, изучая меня, словно она пытается сложить кусочки головоломки. Ее руки опускаются, одна из них легко касается моего сердца. — Я не знаю, чего ты хочешь и что тебе нужно; останешься ли ты здесь или исчезнешь в ближайший час. Но я знаю, что от одной мысли об этом мне хочется плакать.

В ее голубых глазах мерцает блеск.

В моей груди, в том месте, где лежит ее рука, возникает боль, и это никак не связано с травмой.

— Как ни странно, я надеюсь, что тот факт, что ты, кажется, на грани срыва, — хороший знак. — Ее губы складываются в слабую улыбку. — Если бы тебе было все равно, ты бы просто ушел, не оглянувшись. Не так ли?

— Да. Наверное, так и было бы.

— Тогда я буду считать это положительным моментом. — Ее пальцы перебирают мои волосы, слегка поглаживая, успокаивая, спускаются к затылку, чтобы нежно размять там ноющие мышцы.

— Я не знаю, как это, Пчелка.

— Быть вместе? — Она слегка хмурится. — Это не так уж сложно. Мы делаем это прямо сейчас.

Вздохнув, я поднимаю здоровую руку, жестом приглашая ее прижаться ко мне.

— Между прочим, ты единственный человек, с которым я когда-либо думал об этом.

Она тянет свое лицо к моему, потираясь о мою щетину.

— Это хорошее начало.

Потолочный вентилятор медленно вращается над нашими головами, и я смотрю на него, не мигая, позволяя ему погрузить меня в гипнотическое состояние.

— Я просто не уверен, что тебе от меня нужно. Или что будет дальше.

Она тесно прижимается ко мне своим телом.

— Все отношения развиваются. Единственное, что нам нужно знать прямо сейчас, — хотим ли мы жить дальше друг без друга.

Я смотрю ей в глаза.

— Я не хочу.

— Я тоже.

Я киваю.

Мы просто позволим этому развиваться.

Ее губы касаются моих, и я прижимаюсь к ним, соединяя наши рты. Моя рука путается в ее волосах, оттягивая голову назад. Затем я провожу языком по линии ее подбородка к шее, где прикусываю нежную кожу.

На меня снисходит озарение, которое должно было быть очевидным с самого начала.

— Я никуда не собирался уходить сегодня ночью, — шепчу я ей в горло.

Она мечтательно мурлычет, ее глаза закрываются.

— Или завтра. — Мои пальцы скользят между ее ног, вырывая у нее стон. — Или на следующей неделе.

Или, возможно…

Никогда.

ГЛАВА 52

Пять месяцев спустя

Мои пальцы крепко сжимают руль, когда я смотрю вперед, наблюдая, как мамы с колясками скользят по свежезалитому асфальту, впитывая солнце Санта-Клариты. Вчерашний дождь закончился, но его след остался в сверкающих каплях, прилипших к ветвям деревьев под ясным голубым небом.

Я бросаю взгляд на бунгало Эллисон — свежее оштукатуренное здание с коричневыми ставнями, расположенное в типичном для среднего класса районе. Это должно было стать воплощением ее мечты — начать все с чистого листа. Хороший мужчина