Ненавижу любя - Оксана Волконская

Глава 39 (часть первая)

Девушки вскоре угомонились. Конечно, негромкие перешептывания были еще слышны, но смех прекратился, и свет в комнате уже погасили. А молодые люди все сидели на кухни и разговаривали обо всем на свете – так много общего у них оказалось. И знакомых, и увлечений, и взглядов на жизнь. Наконец Глеб внезапно спросил:

- Скажи-ка мне, Кир, что ты хочешь от моей сестры? Ты хоть сам это понимаешь? – невозмутимо прихлебывая кофе, ошарашил собеседника он.

- В смысле?

- Мда, похоже, не понимаешь, - протянул Левицкий, вдруг мгновенно сбросив с себя маску вечного балагура. – Ты мужик неплохой. Но когда поймешь, что ты хочешь от Линки, тогда и лезь к ней. Морочить голову я не позволю. Будешь надоедать, по морде получишь. Ничего личного. Она просто моя сестра.

Всю эту тираду он произнес невозмутимо-ленивым тоном, который совсем не вязался с обычным его состоянием. Но было в этом что-то такое, что заставляло понимать – он не шутит. Надо будет – ударит, прибьет, но свою кузину обижать не позволит.

- С чего ты вообще взял, что я ей голову морочу? – вопросом на вопрос ответил Глеб.

- Тебя слишком много в ее жизни стало, - хладнокровно ответил Глеб. – И она какая-то дерганная. Это вся семья видит, но сестричка вроде взрослая. Только я молчать не собираюсь. Девочку на ночь ты можешь найти, где угодно. К Линке так относиться не стоит.

- Я тебе услышал, - кратко ответил Кирилл. Заверять в чем-то Левицкого он не стал. Не его дело. Тем более Кир сам до конца еще не разобрался со своим отношением к девушке. Когда-то давно все было вполне определенно. Потом все изменилось, начались их вечные столкновения-перепалки. А теперь… Прошло чуть больше недели, но он уже привык к ее присутствию в своей жизни. Всего два дня, но из своей постели выпускать ее больше не хотелось.  Всего час, как она сказала, что почти готова в него влюбиться, а возникшее желание утащить Лину куда-нибудь и превратить «почти готова» в «влюблена» никуда не пропало.  Но рассказывать об этом Глебу он не собирался. Василине, впрочем, тоже. Во всяком случае пока.

Несмотря на тишину, девушки не спали. Они долго разговаривали, обсуждая все произошедшее с момента прошлого приезда Инги. Потом Лаврецкая затихла – сказались две почти бессонные ночи. Василине тоже стоило бы поспать, но не получалось. В ее памяти упорно выползали на свет события шестилетней давности, те самые, которые она, казалось, похоронили навеки.

С Ингой на тот момент они был знакомы совсем немного – около двух месяцев. Их познакомил психанувший Яр, которому обе не давали покоя. Лина и Инга с раннего детства общались, в основном, с мальчишками, и подруг у них практически не было – одноклассницы не в счет. И Ярослав, прекрасно знающий обеих, принял это поистине Соломоново решение.

Общий язык девушки нашли сразу – слишком они были похожи. Встречи и прогулки случались практически каждый день. А близкие друзья и родственники смогли беспроблемно окунуться в пору шальной юности, не таща за собой девчонок. И все было хорошо – у каждого свои интересы, свои компании, никаких обид и претензий. Пока в гостях у подруги Лина не познакомилась с Кириллом.

У того, что называется, сразу включился инстинкт охотника. По каким-то одному ему ведомым причинам он отменил свою встречу с друзьями и провел вечер в компании сестры. Потом проводил Василину, мотивировав тем, что красивым девушкам опасно возвращаться домой в одиночестве. Как сейчас помнила Лина, подруга на этих словах смешно закатила глаза. Через десять минут после расставания написал ей сообщения в соцсети.

И понеслось – общение каждый вечер, прогулки вдвоем, свидания, первый поцелуй под летним проливным дождем и прочая романтика. Впервые в жизни Василина была влюблена, любима и летала на крыльях этого чудесного чувства, даже начала строить фантазии на тему совместного будущего. Так прошло чуть больше месяца. А потом крылышки подрезали.

Случилось это на даче у Ярослава, где из знакомых был только Кирилл. Брат с Матвеем по случаю успешно сданной сессии укатили в турне по Европе. На целый месяц. Лина с нетерпением ждала возвращения самого близкого ей человека, чтобы рассказать ему историю своего счастья, своей любви. Писать или сообщать по телефону не хотелось. Ей требовалась видеть глаза брата в тот момент – она знала, что он будет очень рад за нее.

Инга же, выпив пару бокалов вина, куда-то испарилась. Яра тоже не было видно. Кирилл минут десять назад отошел покурить – дурацкая привычка, которая до жути бесила девушку – и все никак не возвращался. И Лина на свою беду пошла прогуляться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍