Весенние заморозки (СИ) - Александр Хомяков

Еще было что-то, что напоминало сваленные небрежно в кучу пожитки. Дигбран заметил их сразу после того, как зеленокожие привели их сюда и посадили в клетку. Приглядевшись, он понял, что это такое.

Оружие, доспехи. Одежда - вся, что была на дружинниках Нилруха. Кроме сапог.

-Пиратом я был. Твой друг-эйторий это сразу понял, - Гларек э'Гларек кивнул в сторону Лагориса. Тот и не пошевелился, по-прежнему глядя в никуда. - Мы забрались слишком далеко на восток. Ходили слухи, что там есть острова, где вместо песка - золото. Сказки, конечно, но моряки и не в такое верят. Слышал бы ты, что твои сородичи из Миакра рассказывают - понял бы, что золотой песок еще правдоподобно звучит. Парни у меня были отчаянные, а на побережье между замком Хаудр и Кагонисом для нашего брата становилось слишком жарко. Выгоняли нас оттуда веггарские бароны и дож Кагониса совместными усилиями. Эй, смотри! Идут!

Гларек вскинулся, вскочил на ноги. Рука его указала на северо-восток, туда, где виднелся край далекого леса. Дигбран присмотрелся и тоже заметил шевеление, такое, что бывает на высокой траве, когда по ней пробегает ветер. Трава была уже высокой, конечно... нет, Гларек оказался прав: это шли зеленокожие. Обещанные бароном Кирдингом тьмы.

Дикари, которые сторожили клетку, заметили оживившегося латонсийца. Несколько из них тоже подскочили, возмущенно заверещали и принялись выразительно тыкать в направлении Гларека дротиками. Он, надо сказать, в долгу не остался и замяукал в ответ, указывая в сторону приближающейся орды. Дикари заметили, закричали на новый лад. Несколько даже побежали навстречу войску. В сторону клетки уже никто не смотрел.

-Быстрее, - тихо сказал Дигбран, одним движением поднимаясь на ноги. Подхватил под мышки Лани и поднял ее, наверх, к щели в потолке клетки. - Бенара, не сиди!

Тяжелая, как клешня, рука Лагориса сомкнулась на дигбрановой щиколотке.

-Не сейчас, - так же тихо остановил его эйторий. - обернись.

Дигбран обернулся и вздрогнул. Прижавшись к прутьям, с другой стороны клетки стоял тот самый арден со шрамом. Стоял и смотрел на него своим тяжелым взглядом. Молча.

Ланнара пошевелилась в его поднятых руках; он опомнился, опустил внучку обратно на землю. Выпрямился.

-Не надо, Дигбран, - снова подал голос Лагорис. - сядь.

Он и сам уже понял, что не надо. Но и сесть, просто опуститься на землю под этим взглядом он не мог.

Арден все смотрел, внимательно, пристально, но только не на самого Дигбрана. Арден смотрел вроде как сквозь него, словно Дигбран был окном, а за ним происходило что-то еще. Бывшему воеводе даже захотелось обернуться, но он сдержался.

За спиной Старшего стояли несколько зеленокожих. В отличие от обычных воинов, встречавшихся Дигбрану до сего момента, эти были разнаряжены в более пеструю, разноцветную одежду, чем-то напоминавшую платье крестьянки, но куда ярче и бесформеннее. Лица у них также были разукрашены, в расцветке преобладали красный и лиловый. В руках они держали странные предметы, напоминавшие небольшие продолговатые бочонки. Назначение их оставалось для Дигбрана загадкой до того момента, когда арден с той стороны клетки опустился на землю. Точнее, встал на четвереньки. И пополз, влево, огибая клетку, не отрывая взгляда от Дигбрана, все того же безумного взгляда сквозь него, в неведомую даль.

Один из ряженых поднял руку и ударил по своему бочонку. Дигбран вздрогнул от низкого и громкого звука. Потом ударил следующий, еще один, еще... Инструменты дикарей, в которых Дигбран с большим трудом признал барабаны, сплетали ритм, но ритм рваный, а не монотонный, как стук барабана на драккаре, задающего темп гребцам, или простые сигналы боевого барабана нерберийской пехоты, с которой Дигбран сталкивался далеко на юге, близь Баариса. То были боевые инструменты, эти же служили совсем иным целям. Каким - Дигбран не знал, да и не до того ему оказалось, чтобы думать о барабанах. Все его внимание поглощал арден, двигавшийся в ритме ударов, то припадающий к земле, то хватавшийся за прутья клетки, и при этом начавший бормотать на совершенно невразумительной смеси арденских и миакоранских слов, невнятно, то еле слышно, то резко. Лицо его покраснело, пылал налившийся кровью шрам. Ритм все нарастал, безумец двигался все быстрее... Дигбран почувствовал, что сам сходит с ума под этим взглядом, не имеющим ничего общего с тем, что он видел в своей жизни, чужим, устремленным в его душу и в пустоту одновременно. Взгляд спрашивал, взгляд обвинял, выпученные от напряжения глаза Старшего рвали его на куски, а стук тем временем окружал клетку, по мере того как ряженые один за другим устремлялись следом за арденом, уже успевшим оказаться с другой стороны клетки. Все сильнее, все громче, зеленокожие уже начали подвывать в такт своим барабанам, и вдруг - все. Смолкли удары. Арден замер, повиснув на прутьях, склонив голову набок. Взгляд его прояснился, он по-прежнему смотрел на Дигбрана, и только на него, но уже нормальным, пытливым взглядом.

-Ты! - бросил он в лицо бывшему воеводе, коротко, резко, утверждающе. И больше не прибавил ничего. Отвернулся, резко бросился в сторону, перекувыркнулся через голову и, легко вскочив на ноги, пошел навстречу орде, с развевающимся черным плащом за спиной. Вновь ударили барабаны, еще сильнее, продолжая с того места, на котором остановились. Взвыли ряженые своими высокими голосами, срывающимися в визг, и поскакали следом за арденом.

Дигбран почувствовал, как ноги его подгибаются. Лагорис успел подхватить его, помог сесть, привалиться к клетке. Бывший воевода поднял на него глаза, ища поддержки, но лицо эйтория выдавало лишь тревогу и, как ни удивительно, даже едва заметную тень испуга.

-Это он что делал? - проговорил Дигбран, которого покинула всякая стройность речи.

Не ответил ему Лагорис. Открыл было рот, чтобы что-то сказать, да передумал и лишь отвернулся, покачав головой. Дигбран перевел взгляд на Бенару, чтобы только найти слезы на глазах дочери. Одна лишь Лани, похоже, не испугалась того, что случилось. На устах внучки Дигбран обнаружил совершенно неожиданную для него улыбку.

-Я тоже хочу так танцевать! - радостно сообщила девочка своему деду.

Дигбран вздохнул и закрыл глаза. Его трясло.

-Когда он пришел?

-Осенью. Где-то в ноябре, хотя я давно потерял счет дням и точно сказать не могу. Зеленые как раз устраивались на зимовье на побережье, солили рыбу и готовились к празднику...

-Они зимуют на берегу?

-Ну да. Зимой часто штормит, особенно в восточной части океана. До нереста они зимуют на скалистом побережье на севере, где никто не живет.