Одинокий Демон – 2. Студентус вульгарис. - Андрей Кощиенко

– Всё! Зашивай!

Оперировавший магистр шагнул назад от стола, уступая место помощнику.

Ну вот, ещё одного заштопали… – подумал я.

Целители тут работают в два этапа. Раненого, сначала подвергают обычной хирургии, зашивая повреждённые мышцы, органы, соединяя перебитые кости. Как говорится – делают "начерно". Магию на этом этапе почти не применяют. Только "поддержку". Девчонки из университета и ещё несколько молодых целителей и целительниц, которые занимались этой "поддержкой", ходят, как по голове мешком огретые. Я был прав. Сил это занятие тянуло из организма – не меряно. А для первокурсниц, которые ещё толком не могли управлять своей силой, это была вообще – работа на износ. Мне стало даже как-то неудобно. Вроде мы с ними одна команда, но они работают, а я филоню. На нарушение клятвы похоже… Я несколько раз обдумал сложившуюся ситуацию, и решил, что никакого тут прямого нарушения клятвы нет, а возникшие в голове мысли вызваны исключительно моим внутренним благородством. Ну да ладно, это так, к слову. Затем, после того, как "клиента заштопали", в работу вступали целители, творящие собственно магию. Они накладывали на повреждения заклинания ускоряющие регенерацию и раненого отправляли в лазарет, выздоравливать. Такая двухэтапная система, как рассказали нам в кратком экскурсе, позволяла значительно снизить расход магических сил и поднять "пропускную способность" полевого лазарета. Если устраивать ускоренную регенерацию тканей каждому раненому, так, чтобы они вставали на ноги через пять минут, то средний силы целитель сам свалится с ног уже после второго излеченного. А с поля боя их в это время подтаскивают десятками. И кто их спасать будет? Да и "быстро регенерировавший" всё равно не боец. Сразу в бой его снова не пошлешь. Ранение приводит к потере жизненных сил организма. И на заживление ран они тоже из него расходуются. Так что такой вставший на ноги, мечом будет махать вяло-вяло, если вообще сможет. Поэтому, каждый раненый получал магии только в самом необходимом количестве, с таким расчетом, что бы и на других хватило. Десятилетия, а может и столетия, войн создали систему, позволяющую по максимуму охватить поток раненых и свести потери к минимуму.

– Уносите… – устало произнёс магистр, глянув на шов.

Двое слуг, выполняющих роль санитаров-грузчиков, перетянули прооперированного со стола на носилки и "хекнув" подхватили их за ручки.

Магистр проводил их взглядом, обернулся, глянув на нас со Стефанией, скромно стоящих в углу палатки, вздохнул, отвернулся и ничего не сказав, пошёл на выход.

Ну да, – подумал я, глядя ему в спину, – бесполезные мы! Бесполезные! Прогоните нас в столицу! Пожалуйста! Обрыдло мне тут. У меня порталы стынут!

Два дня спустя (прода)

Студентка первого курса целителей, баронесса Ирина Страская, ещё раз окинула взглядом возвышающуюся передней ней тёмную громаду кареты и вздохнула. Правильно ли она поступает? Не поднимут ли её на смех и не выставят ли за дверь? Они оба такие высокомерные… Стефания вроде сначала ничего была… Но потом как стала водиться с Аальстом, переняла у него замашки… Ирина ещё раз, глубоко вздохнула. Так не хочется идти просить… Но Эльзе нужно тепло. У неё такой сильный кашель! Проклята сырость! Проклятый дождь! Когда же появится солнце? Нет. нужно идти… Сжав губы, Ирина решительно направилась к карете тёмных магов, ориентируясь в сумраках на матерчатый навес над её входом. Из ближайшей палатки, выглянула, провожая её внимательным взглядом, варга. Ирина её не заметила. Скользя и разъезжаясь ногами по грязи, она подошла к карете и прислушалась. Узкие окошки кареты светились тёплым жёлтым светом. Изнутри раздавался звук гитары. Вздохнув, Ирина подняла руку, собираясь постучать. Но едва её костяшки пальцев коснулись дерева двери, как…

– Что…?! – произнес появившийся на двери, слева от руки, оскал белого черепа со светящимися красными глазами.

– …Надо?! – закончил вопрос, возникший его двойник справа.

Прижав руки к груди, Ирина отчаянно завизжала.

Эри

Мы со Стефи "вечеряли". В небольшом каминчике, пара полешек, превратившись почти в угли, играли маленькими язычками красного пламени, пуская струйки дыма. Пара масляных светильников светила приглушённым светом создавая уютную обстановку и густые тени в местах, куда не доставал их свет. Стефания, завернувшись в чёрный с красными полосами мохнатый плед, умудрилась с ногами забраться в кресло, слушая мои музыкальные "изыски". Почему умудрилась? Потому что кресло можно было лишь условно назвать креслом. Небольшое оно. Для передвижного дома создавалось. Внезапно с улицы раздался пронзительный визг.

– У нас, кажется, гости, – прижал я струны ладонью.

– Кто? – озадачилась Стефания.

– Откуда я знаю? Пойдём, посмотрим.

Я отставил гитару к стене и, поднявшись, пошёл смотреть: на кого это сработал мой звонок? Его я совсем недавно установил. Бездельем маялся. На Стефанию он был настроен – не реагировать, поэтому она о нём не знала. Открываю дверь наружу: Белое лицо с перепуганными, вытаращенными глазами. Хм. Хороший звонок получился. Громкий!

– Добрый вечер, баронесса! – вежливо произнес я, глядя сверху вниз в перепуганное лицо, – и хоть я совершенно не ожидал увидеть в такое время вас у дверей моего скромного жилища, но я всё рано несказанно рад той случайности, которая привела вас сюда!

Ирина Страская, сжав руки со сжатыми кулаками и прижав их к груди, молча, смотрела на меня безумными глазами.

– А… бу… – попыталась она произнести что-то непослушными губами.

– Что с ней? – обратилась ко мне с вопросом Стефания, высовываясь из-за моей спины и заглядывая мне в лицо.

– Привиделось…мож чего? – пожал я плечами и протянул руку к Ирине, – Прошу вас. Позвольте, я вам помогу? Здесь ступеньки.

Видя, что гостья продолжает пребывать в прострации, я шагнул вперёд и нарушая правила этикета, взял её за сжатые кулаки и потянул за собой, во внутрь. Ирина, сделала пару шагов по ступенькам и шагнула через порог.

Мда, крутоват звоночек вышел… – подумал я, усаживая гостью в кресло, – а если бы это был магистр? Если бы он в дверь сосулькой бы засадил? Пожалуй, идея с черепами чересчур креативна…

– Сен! Принеси кружку глинтвейна, – скомандовал я, адресуя свой приказ слуге, который находился в передней части кареты, там, где была кухонька. Через пару минут он принёс на маленьком круглом подносе большую глиняную кружку с подогретым напитком.

– Прошу вас, выпейте, – ставя кружку перед ней на столик, предложил я, – согреетесь. Вы озябли и продрогли. Нынче на редкость отвратительные погоды стоят…