Рассветный вор - Джеймс Барклай

— Кто ты? Стилиан улыбнулся:

— Никогда не смей сомневаться в силе Зитеска. — Лорд Горы положил ладонь на его губы. Потом он сотворил «Пламенную ладонь» и послал огонь прямо в горло висминцу. Шаман умер мгновенно; пламя вырвалось из его глаз и ноздрей, волосы съежились и осыпались. Стилиан поднялся, отряхнулся и снова вскочил в седло. — Прекратить! — скомандовал он и осмотрелся вокруг, гадая, удастся ли точно так же сжечь Парве.

— Сомкнуть ряды! — крикнул Деррик. — Поставить защиты.

Конница университетов двинулась по дороге от Андерстоуна к Парве. Потом Деррик намеревался повернуть на север, чтобы встретиться с Воронами, но сейчас его кавалерия рванулась вперед, на отряд Висмина, не готовый к такой атаке.

— Защиты поставлены! — произнес маг, и в то же мгновение копейщик во главе колонны нанес первый удар. Всадники галопом поскакали сквозь вражеский строй и оставили на дороге семьдесят врагов, которым не суждено было дойти до Андерстоунского ущелья.

Вскоре после этого боя Деррик повернул свой отряд на север, покинув основную дорогу. До Израненных пустынь оставалось два дня пути.

— Неужели наша атака действительно была так нужна? — спросил один из магов.

— Нет, — ответил Деррик, — но я могу сказать вам, что это было ужасно смешно.

Улыбки вернулись на лица воинов — и значит, его отчаянная атака прошла недаром.

Баррас стоял на дозорной башне, не в силах оторвать глаз от гаснущего света последнего мирного дня Джулатсы. За спиной старого эльфийского мага его город готовился к битве, в которой, после сокрушительного разгрома в заливе Триверн, не было никакой надежды одержать победу. Из Зитеска сообщали, что Стилиан выехал из города с сотней Защитников. Баррас догадывался, куда он направился.

Старый эльф различал вдали темную волну — армия Висмина. Ранним утром она подойдет на расстояние действия заклинаний. Баррас вздрогнул при мысли о том, что белый и черный огонь шаманов завтра ворвется в самое сердце Джулатсы.

Он знал, что если не произойдет чуда, то послезавтра еще до наступления ночи Джулатса будет в руках Висмина. Им просто нечего противопоставить магии шаманов. Конечно, их защита эффективна против этой магии, но она быстро расходует запасы маны, а ресурсы магов невелики. Джулатса недолго сможет обороняться. А если учесть, что воинов у Висмина больше по крайней мере в четыре раза, чем у университета, то исход битвы предрешен.

Баррас вспомнил своего прадеда, и на глаза у него навернулись слезы. Еще юным магом его прадед был свидетелем первой агрессии Висмина под предводительством лордов-колдунов. Пылали города, горел урожай, повсюду валялись трупы, дети лишались отцов. Банды Висмина убивали всех, кто попадался им на глаза.

И вот это повторилось опять, но теперь ничто и никто не сможет их остановить. На сей раз у них нет ни магии, способной разбить лордов-колдунов, ни армии, способной разгромить армии Висмина. Единственная надежда была на Воронов, но Баррас сильно сомневался в их успехе. Устало спускаясь с башни, старый маг вознес богам молитву о том, чтобы Вороны по крайней мере уничтожили «Рассветного вора», если не смогут воспользоваться им.

С другой стороны, если заклинание попадет в руки лордов-колдунов, страдания жителей Балии будут недолгими.

Блэксон и Гресси с остатками защитников Дженазской бухты укрылись среди холмов. Они размышляли о своей дальнейшей судьбе. Многие из наемников ушли защищать свои семьи или просто сбежали. Теперь неумолимое продвижение войск Висмина к Андерстоуну могли замедлить лишь четыреста с небольшим человек — воинов и магов.

Левая рука Гресси была забинтована и годилась только для того, чтобы поднести вилку ко рту. Барон жевал хлеб и запивал его водой. Поев, Гресси заговорил:

— Они достигнут Андерстоуна меньше чем за три дня, если мы не задержим их. Мы должны постараться.

— Это самоубийство, — возразил Блэксон. Его изнуренное лицо было заляпано грязью. Пять раз они атаковали войска Висмина и пять раз откатывались назад, отброшенные магией шаманов и свирепостью кочевников. У них осталось триста пятьдесят человек, способных сражаться, включая раненых и больных, и по две лошади на каждых трех бойцов.

— Нельзя позволить им взять Андерстоун, — сказал Гресси. — Нам обязательно нужно, как ты говорил, преподнести им урок, который бы заставил их задуматься. Андерстоун — это ключ ко всей Восточной Балии. Мы не имеем права отдать им его.

— Что ты предлагаешь? — устало спросил Блэксон.

— Завтра на рассвете мы ударим в лоб висминцам. Шаманы находятся довольно далеко от передовых линий, и в течение первых секунд у войск не будет защиты. В конце концов, нам удастся хоть чуть-чуть задержать их.

— Они просто нас перебьют. Гресси кивнул:

— Я знаю. Но час сражения задержит их почти на день: им нужно будет перестроиться, сжечь своих мертвецов и убедиться, что мы отправились в мир иной.

Блэксон пристально посмотрел на своего друга. Глаза Гресси, несмотря на его возраст, по-прежнему сверкали, а его энергия казалась просто неиссякаемой. У Блэксона была идея получше, но и ее исход был бы не менее печальным.

— Встретим их в Соколиных скалах, — сказал Блэксон. — На вершинах можно разместить лучников и магов, это даст нам возможность создать переполох в центре колонны. А остальные тем временем под прикрытием двойной защиты ударят с фронта.

— А далеко отсюда до Соколиных скал?

— Нам нужно выступать прямо сейчас, иначе маги не успеют хорошо отдохнуть.

Блэксон почувствовал прилив новых сил. Они готовились умереть, но их смерть не будет напрасной — много врагов утонут в крови и сгорят в магическом пламени.

— Нам нужно занять позиции через час после рассвета. Гресси протянул правую руку, и Блэксон горячо пожал ее.

— Боги проводят нас в рай.

— А Висмин и Понтойс пусть отправляются в ад.

Поздно вечером Вороны подъехали к границе Израненных пустынь. Небо было затянуто темными тучами, холодный ветер пригибал к земле редкую траву. Как и Селин, Вороны вышли к пустыням левее западного сторожевого поста на дороге Парве — Андерстоун. От поста до города было семь миль. Отсюда было видно, как ярко горят в ночном небе сигнальные огни на пирамиде. Но в отличие от зитескианской разведчицы, перед которой стояла задача узнать побольше о силе лордов-колдунов, Вороны не стали рассматривать город сквозь море палаток висминцев.

Фрон провел их через лес, окружающий Израненные пустыни. Теперь в Израненных пустынях действительно было пусто, лишь кое-где в ночи светились костры редких лагерей. Основные силы Висмина были сейчас возле Андерстоунского ущелья или на пути к нему.