Перегрузка - Артур Хейли

В лифте Джимини нажал кнопку шестого этажа, и кабина стала подниматься. Они были между третьим и четвертым этажами, когда лифт остановился и погас свет. В лифте была аварийная лампочка, работавшая на батарейке. Джимини включил ее. При тусклом свете он стал нажимать все кнопки подряд, но лифт стоял на месте. Вскоре оба начали звать на помощь. Они кричали уже целых двадцать минут, но их так никто и не услышал.

В потолке лифта был маленький люк, но оба были маленького роста, чтобы дотянуться до него. Джози залезла на плечи Джимини, чтобы попробовать открыть люк, но у них ничего не получилось. Впрочем, даже если бы они вылезли через люк, все равно не было бы никаких шансов выбраться из шахты лифта.

Джози, как и Карен, вспомнила о севшем аккумуляторе и, когда все их крики ни к чему не привели, от отчаяния зарыдала. Джози и Джимини и представить себе не могли, что просидят в лифте еще почти три часа, пока не возобновится подача электричества.

Некоторое время спустя телефонная компания сообщит, что в течение того часа после отключения, когда пришлось прибегнуть к помощи резервных генераторов, спрос на телефонные услуги резко возрос. Тысячи звонков повисли в воздухе, а многие из тех, кто пытался дозвониться до оператора, так и не сумели этого сделать.

Ним Голдман, озабоченный происшедшим на «Ла Мишен», лишь мельком подумал о Карен. Его обрадовало, что она согласилась поехать в клинику «Редвуд-гроув» сегодня рано утром. Он решил позвонить туда, как только у него появится свободная минутка.

К этому времени Карен буквально побелела от страха. Она уже поняла, что с Джози произошло что-то серьезное, иначе бы она давно вернулась.

Карен снова и снова пыталась дозвониться до кого-нибудь. Но каждый раз слышала только записанный на пленку голос. Она уже подумала о том, чтобы направить свое кресло прямо в дверь, лишь бы кто-нибудь услышал ее. Но привести кресло в движение значило посадить аккумулятор. Карен знала, что он не протянет долго, даже если его энергия уходит только на респиратор. Фактически же аккумулятор мог протянуть всего четверть часа. Прогулка в город истощила его гораздо больше, чем Карен предполагала.

Карен, религиозные чувства которой никогда не отличались особой глубиной, стала молиться. Она просила Иисуса Христа послать ей на помощь Джози, или Джимини, или родителей, или Нимрода, или Синтию, или хотя бы кого-нибудь! «Все, чего я от них жду, Господи, это подсоединить вон тот аккумулятор. Тот, что на полу, Господи! Это по силам каждому! Я скажу, как это сделать. О, пожалуйста, Господи! Пожалуйста…»

Она все еще молилась, когда почувствовала, что ей становится все труднее дышать. Она опять попробовала позвонить.

— Все линии заняты. Пожалуйста, звоните позже.

Тонкий гудочек, соединенный с респиратором и работающий на крохотной никелево-кадмиевой батарейке, предупредил ее, что респиратор вот-вот остановится. Но Карен уже теряла сознание — предостерегающий гудочек доносился до нее откуда-то издалека. Она стала жадно хватать воздух ртом, но без помощи респиратора не могла втянуть его в легкие. Началось удушье. Кожа сначала покраснела, потом залилась синевой. Жуткая боль сдавила грудь. Скоро иссяк аккумулятор, а вместе с ним и Карен. Перед самой смертью ее голова завалилась набок, коснувшись телефонной кнопки, и механический голос проговорил:

— Оператор. Чем могу помочь?

Глава 19

Как объяснил Ним группе репортеров, включая радио- и тележурналистов, вызвавшие отключение события в «Ла Мишен» очень напоминали уже некогда произошедшее. Неужели прошло всего десять месяцев с того времени, как погибли Уолтер Тэлбот и другие, а Большой Лил был покорежен взрывом бомбы? Ниму казалось, что от прошлого лета его отделяет целая вечность. Впрочем, одно отличие прошлого времени от настоящего бросалось в глаза — это перемены во взгляде журналистского сообщества на «ГСП энд Л». Они стали осознавать серьезность проблем, с которыми столкнулась компания, и даже выражали ей сочувствие, чего не было раньше.

— Мистер Голдман, — спросил репортер «Окленд трибюн», — если вы получите «зеленую улицу» для строительства необходимых вам объектов, сколько времени вам потребуется для их реализации?

— Лет десять, — ответил Ним. — Если бы у нас была настоящая чрезвычайная программа, то, может быть, восемь. Но нам ведь требуется масса всяких разрешений и лицензий, прежде чем мы сможем приступить к делу. Пока нет даже намека на то, что дело может сдвинуться с мертвой точки.

Ним пришел на эту пресс-конференцию в галерее для посетителей диспетчерского центра по просьбе Терезы ван Бэрен вскоре после отключения всех оставшихся генераторов «Ла Мишен», приведшего к прекращению подачи электроэнергии. Сам Ним впервые подумал: а ведь что-то не так — когда свет в его кабинете на мгновение погас и снова включился. Это объяснялось тем, что срабатывала специальная система защиты на случай отключений — таким образом обеспечивалась нормальная работа штаб-квартиры компании и таких ее жизненно важных механизмов, как диспетчерский центр. Полагая, что намечаются какие-то проблемы, Ним сразу направился в диспетчерский центр, где Рей Паулсен, прибывший несколькими минутами раньше, обсуждал детали происшедшего.

— Острэндер все правильно сделал, и я его в этом поддержу, — сказал Паулсен. — На его месте я поступил бы точно так же.

— Ладно, Рей, — согласился Ним. — На встрече с журналистами займу такую же позицию.

— Можешь сказать им кое-что еще. Мы дадим электричество через три часа или даже раньше. А к завтрашнему дню снова заработают четыре энергоблока «Ла Мишен». Кроме того, снова вернутся в строй действующие геотермальные агрегаты.

Ниму подумалось, что произошедшие события окончательно сгладили антагонизм между ним и Паулсеном. Впрочем, это было логично, ведь сейчас им было не до того. На пресс-конференции Нэнси Молино спросила Нима:

— Это что-нибудь меняет в графике запланированных отключений?

— Нет, они начнутся завтра, как и планировалось, и потом будут продолжаться ежедневно.

Репортер из «Сакраменто би» поинтересовался:

— Вы ограничите отключения тремя часами?

— Вряд ли. Поскольку наши нефтяные запасы тают, отключения могут стать более длительными, ну, скажем, до шести часов в сутки.

Кто-то в ответ присвистнул.

Телерепортер спросил:

— Вы слышали, что происходят демонстрации против ваших оппонентов?

— Да, слышал. И по моему мнению, это не принесет пользы никому, включая и нас.

Демонстрации прошли прошлой ночью. Ним прочитал о них сегодня утором. Забросали камнями окна клуба «Секвойя» и штаб-квартиры Антиядерной лиги. В обоих случаях демонстранты, называвшие себя «простыми гражданами», столкнулись с полицией, а несколько человек были арестованы. Позже их выпустили без предъявления каких-либо обвинений. Легко было предсказать, что подобные демонстрации прокатятся по всей стране, ибо из-за отключений электроэнергии уже начала расти безработица. Вместе с тем в прошлом активные критики «ГСП энд Л» как воды в рот набрали.

— Что бы вы посоветовали населению, мистер Голдман? — спросил кто-то в конце пресс-конференции.

Ним изобразил какое-то подобие улыбки на лице.

— Самый простой ответ: отключите все, без чего вы спокойно можете прожить.

Примерно через два часа, где-то в начале седьмого, Ним вернулся в свой кабинет. Секретарша Вики еще была на своем рабочем месте. Работать допоздна уже вошло у нее в привычку.

— Соедините меня с клиникой «Редвуд-гроув» и попросите мисс Слоун, — сказал он.

Через несколько минут Вики сообщила:

— В клинике ответили, что мисс Слоун у них не числится.

Ним был удивлен.

— Может, они что-нибудь перепутали?

— По моей просьбе они проверили дважды.

— Тогда наберите ее домашний номер. — Ним знал, что у Вики есть ее телефонный номер. — Карен собиралась поехать в клинику, она не могла не уехать.

На этот раз Вики не стала звонить шефу, а решила доложить ему лично. Она вошла в кабинет. На ее лице было написано напряжение.

— Мистер Голдман, — сказала она, — я думаю, вам лучше взять трубку самому.

Озадаченный, Ним поднял трубку.

— Это ты, Карен? — спросил он, услышав женский голос.

— Нимрод, — в трубке раздались рыдания, — это Синтия. Карен умерла.

— Нельзя ли ехать побыстрее, — попросил Ним водителя.

— Я и так еду, как могу, мистер Голдман, — словно оправдываясь, ответил водитель. — Вы посмотрите, какое движение. Да и людей на улицах больше, чем обычно.

Ним вызвал служебную машину с шофером прямо к подъезду. Он знал, что если поедет на собственном «фиате», то потеряет больше времени. Он быстро спустился вниз и сообщил шоферу адрес, где находился дом Карен. И вот они уже были на пути туда.