Перегрузка - Артур Хейли

— Карен, ты договорилась с клиникой «Редвуд-гроув» насчет завтра?

— Да, я буду там задолго до дневного отключения.

— Я бы предпочел, чтобы ты отправилась туда сегодня, ты могла бы так сделать?

— Ну да, Нимрод, разумеется. Только зачем?

— У нас появились некоторые проблемы. Совсем неожиданно. Поэтому возможно незапланированное отключение электричества. Вероятно, этого и не произойдет, но мне было бы легче, если бы ты была в клинике рядом с резервным генератором.

— Ты хочешь сказать, что мне следует поехать туда сейчас?

— Ну как можно скорее. Я подумал, что о таких вещах лучше знать заранее.

— Хорошо, Джози здесь, и мы сейчас приготовимся. И еще, Нимрод…

— Да, что ты хочешь сказать?

— У тебя усталый голос.

— Я правда устал, — признался он. — Мы все здесь устали. Сейчас для нас не лучшие времена.

— Последи за собой. И, Нимрод, дорогой… благослови тебя Господь!

Когда Ним уже положил трубку, он о чем-то задумался и набрал свой домашний номер. У аппарата оказалась Руфь. Он рассказал ей о Старом Сорванце и критической ситуации с загрузкой мощностей.

— Видимо, события наслаиваются друг на друга, — сочувственно проговорила Руфь.

— Так уж в жизни устроено. Во всяком случае, с учетом того, что произойдет сегодня и завтра, когда начнутся отключения, вечером меня не ждите. Посплю на раскладушке в кабинете.

— Понимаю, — ответила Руфь. — Но обязательно хоть немного отдохни и помни, что дети и я ждем тебя.

Ним пообещал выполнить это пожелание.

Специальная группа, созданная для обработки результатов так называемого потребительского анкетирования в Норд-Касле, была полностью распущена двумя неделями раньше. Подвальная комната в штаб-квартире «ГСП энд Л», куда стекались заполненные вопросники, использовалась теперь для иных целей. Правда, ответы все еще приходили, по одному-два в день, а иногда вообще ни одного. Все анкеты направлялись к Элси Янг, уже пожилой секретарше по связям с общественностью; раньше она входила в специальную группу, а теперь вернулась на свое старое место работы.

Анкеты в уже ставших привычными для глаза оплаченных конвертах попадали к ней на стол, и, когда у нее было время и настроение, она открывала их и сравнивала почерки с образцом из дневника Георгоса Арчамболта.

Мисс Янг надеялась, что поток этих дурацких анкет скоро совсем иссякнет. Просто она находила их скучными и отнимающими время, которое можно было потратить на более интересное дело.

Во вторник утром Элси Янг увидела, что посыльный положил в ее корзину для входящих бумаг конверт с заполненной анкетой. Он оказался вместе с толстой пачкой деловой почты. Поэтому она решила заняться вначале деловой корреспонденцией.

Через несколько секунд после того, как Карен закончила разговор с Нимом, она вспомнила, что хотела сказать ему кое-что еще. В это утро она собиралась вместе с Джози отправиться по магазинам. Теперь она заколебалась — ехать им за покупками, а уже после этого направиться в «Редвуд-гроув» или же отложить покупки и прямо сейчас ехать в клинику?

Карен очень хотелось позвонить Ниму и спросить у него совета, но она вспомнила, какая усталость сквозила в его голосе. Так что решение примет она сама. А что он там говорил о вероятном досрочном отключении еще до запланированного завтрашнего? «Возможно, этого и не произойдет». И чуть позже: «Это — заблаговременное предостережение». Ну ладно! Сначала они с Джози с удовольствием отправятся в магазины за покупками. Ненадолго вернутся домой, а потом отправятся в клинику «Редвуд-гроув». Там они будут уже с середины дня, а может, и раньше.

— Джози, дорогая, — крикнула Карен в сторону кухни. — Только что позвонил Нимрод, и, если ты зайдешь, я расскажу тебе о наших новых планах.

Георгос Арчамболт обладал воистину звериным чутьем на опасность. В прошлом этот инстинкт хорошо служил ему, и он научился на него полагаться. Во вторник, примерно в полдень, когда он беспрестанно вышагивал взад и вперед по своей тесной квартире, инстинкт подсказал, что опасность подстерегает его. Так что же делать? Рискнуть и прямо днем отправиться на «Ла Мишен», чтобы взорвать насосы системы охлаждения, или дожидаться темноты, как и планировалось с самого начала? Инстинкт подсказал ему первый вариант. А может, он принимает за интуицию обычную нервозность. Георгос не был уверен. Он спорил с самим собой, взвешивая все «за» и «против».

Он твердо решил добраться до насосов «Ла Мишен» под водой. Поэтому, если он сумеет вплавь благополучно приблизиться к электростанции и на соответствующем расстоянии от нее скрыться под водой, то с этого момента вероятность быть обнаруженным станет минимальной даже средь бела дня. К тому же проникающий сквозь толщу воды дневной свет скорее, чем в полной темноте, поможет ему дотянуться до выбранной подводной цели. Однако сможет ли он незаметно подготовить лодку и погрузиться в нее со всем своим снаряжением?

Хотя место, которое он выбрал для начала операции, в полумиле от «Ла Мишен», обычно было безлюдным, всегда существовала опасность, что там кто-нибудь окажется и его увидят, особенно днем. И все же этот риск был оправдан.

Георгоса пугала другая опасность — ему надо было проскочить на своем «фольксвагене» через Норд-Касл и затем еще пятьдесят миль до «Ла Мишен». Описание пикапа и, разумеется, его номер, безусловно, были известны полиции. Если его опознают, сбежать просто не удастся.

С другой стороны, прошло уже восемь недель с тех пор, как были объявлены его приметы, и эти свиньи могли их уже забыть или просто оказаться невнимательными. И еще кое-что работало на него: на улицах встречалось множество подержанных пикапов «фольксваген», поэтому появление еще одного едва ли кому бросится в глаза. И тем не менее первый этап задуманной операции может оказаться провальным. И Георгос это понимал. Мучительно размышляя, он еще долго расхаживал по квартире. И… принял окончательное решение. Да, он доверится инстинкту, который предупреждает его о совсем близкой опасности. Тем не менее он принял решение — надо ехать! Георгос решительно вышел из квартиры и направился в гараж, чтобы заняться тем, что планировал проделать вечером: тщательной проверкой снаряжения. Он торопился, предчувствуя надвигающуюся беду.

Глава 17

— Вам звонят, миссис ван Бэрен, — объявила официантка, — меня просили передать, что это по важному делу.

— Все считают, что их звонок самый важный, — проворчала директор по связям с общественностью, — но в большинстве случаев выясняется, что это совсем не так.

Тем не менее она вышла из-за стола, за которым обедала вместе с Эриком Хэмфри и Нимом Голдманом. Она вернулась взволнованная через пару минут.

— Пришла одна из тех анкет. Явно почерк Арчамболта. Дурочка из моего отдела просидела над ней все утро. Но я ей устрою за это. А сейчас она с этой анкетой отправилась в компьютерный центр. Мы встретимся там.

— Бери Шарлет, — скомандовал Эрик Хэмфри, поднимаясь из-за стола. — Скажи ей, пусть бросает свой обед. — Вице-президент по финансам сидела через несколько столов от них.

Тем временем Ним бросился к телефону, чтобы соединиться с Гарри Лондоном. Шеф отдела охраны собственности находился в своем кабинете. Узнав о случившемся, он сказал, что тоже придет в компьютерный центр. Ним знал, что еще одного члена из группы «мозгового штурма», Оскара О’Брайена, не было весь день в городе. У лифта Ним присоединился к остальным — президенту компании, Шарлет Андерхилл и ван Бэрен.

Пройдя обычную проверку службы безопасности при входе в вычислительный зал, их группа увеличилась на одного человека — успел подойти Гарри Лондон. Тереза ван Бэрен положила на стол пресловутую анкету и фотографический образец почерка, которые провинившаяся Элси Янг предоставила ей всего несколько минут назад. Именно Эрик Хэмфри выразил то, что уже было очевидно для всех:

— Это тот же самый почерк. Абсолютно никаких сомнений. Но даже если бы были сомнения, об авторстве говорит само содержание.

Террористы, которых вы самонадеянно именуете мелкими, трусливыми и невежественными людьми, совсем не такие. Они — достойные, мудрые и убежденные герои, борющиеся с эксплуататорами народа. А вы как раз тупицы и преступники. Возмездие настигнет вас! Помните об этом. Когда наша революция победит, вас ожидают не какие-то там «неудобства», а кровь и смерть…

— Почему, черт побери, — риторически воскликнул Гарри Лондон, — он так долго тянул со своим ответом?!

Шарлет Андерхилл вытянула руку:

— Ну-ка, дай мне ее.

Ван Бэрен передала ей вопросник, и та поднесла его к переносной лампе «черного света», которую Ним видел в действии во время своего предыдущего визита в центр. Миссис Андерхилл включила свет и положила под него бланк. В верхней части листа высветился номер 9386.