Моя любимая ошибка - Нора Робертс

Эбигейл услышала вибросигнал телефона, находившегося в кармане у Брукса. Брукс, поймав ее взгляд, вынул телефон и посмотрел на экран.

— Простите, срочный звонок. — Он встал из-за стола и отошел в сторону.

Все происходило как в тумане. Миа без устали болтала о свадебных бутиках, цветах, буфетах и закусках, а в это время Брукс разговаривал с Энсоном и принимал решения, от которых зависела вся жизнь Эбигейл.

Эбигейл снова пришло на ум сравнение со снежным комом, который катится со стремительной скоростью, наращивая массу, пока не снесет вместе с собой всю гору.

И остановить его нельзя. Надо пережить то, что приготовила судьба, и выйти победителем.

— Тебе нездоровится? — забеспокоилась Сибил.

— Нет-нет, все хорошо. Просто немного разволновалась.

— А ведь это только начало.

— Да, начало, — откликнулась Эбигейл, не сводя взгляда с Брукса. — Начало.

Брукс вернулся к гостям, положил руку на плечо Эбигейл.

— Простите, но дело требует моего вмешательства.

— Ну что ж, коп, иди, исполняй свой долг, — великодушно разрешила Миа. — Мы подбросим Эбигейл до дома.

— Спасибо. — На мгновение Эбигейл показалось, что ее мозг отключился. — Только мне тоже нужно домой. Я не успела доделать срочную работу.

— Тогда я завтра позвоню или свяжусь с тобой по электронной почте. Лучше по почте. Дай свой адрес…

— Миа… — Санни многозначительно приподняла брови. — Мы же договорились дать Эбигейл несколько дней, или забыла?

— Ладно-ладно. Что поделаешь, если я с рождения обожаю организовывать разные мероприятия? Когда придешь в себя, сама со мной свяжешься. — Схватив со стола салфетку, Миа нацарапала адрес своей электронной почты.

— Хорошо. Спасибо за прекрасный день. — Эбигейл подозревала, что несколькими днями не обойтись.

— Эбигейл, — Санни подошла и крепко обняла ее, — не переживай. Я угомоню Миа на пару недель.

Прощание заняло некоторое время. Нельзя же просто сказать «до свидания» и уйти без объятий, разговоров и обсуждений планов на будущее. А детям непременно хотелось поиграть с Бертом. Пока Эбигейл с Бруксом шли к машине, их несколько раз окликали и приветливо махали вслед.

— Сейчас ты расскажешь о том, что узнал от Энсона, но сначала хочу, чтобы ты знал: твоя семья…

— Шумная и бесцеремонная?

— Нет, то есть да. Но я совсем о другом. Они такие любящие и заботливые. И любовь их искренняя. Проведя в их обществе день, я стала лучше тебя понимать. Твоя мать… Только не надо меня жалеть, я этого не выношу.

— Не буду.

— Твоя мама обняла меня за плечи. Вроде бы походя, не задумываясь. Наверняка она много раз обнимала других людей. Но когда обняла меня, я почувствовала… Именно так ведет себя настоящая мать. Она обнимает тебя и прикасается просто так, без какой-либо причины, потому что любит. А еще я подумала, если у нас родятся дети, хочу стать им именно такой матерью. Просто любить, ничего не рассчитывая и не планируя. Надеюсь, у меня появится такая возможность.

— Обязательно появится.

— Энсон беседовал с представителями ФБР, верно?

— Почти целый день. Он думает, что поначалу ФБР хотело действовать в обход него и выйти непосредственно на тебя. Но Энсон твердо стоял на своем. Сообщили ему немного, но Энсон абсолютно уверен, что за Косгроувом и Киганом установят слежку.

— Как ему кажется, в ФБР поверили моей истории?

— Ты изложила все в мельчайших подробностях, включая последние слова Джона, и кроме того, последние два года поставляла ценную информацию. Зачем же тебе оговаривать Косгроува и Кигана?

— Верно, никакой логики.

— Вот именно. С тобой хотят побеседовать лично. Просят приехать в Чикаго, обещают охранять.

— Хотят допросить и убедиться в моей непричастности к гибели Джона и Терри. А когда убедятся, попросят дать согласие выступить в качестве свидетеля и дать показания против Короткого.

— Да, но это не все. Все это время ты следила за внутренними делами Волковых и имеешь доступ к информации, с помощью которой можно посадить за решетку многих членов группировки и покончить с остальными.

— Пока информация поступает из анонимного источника, власти могут ей свободно пользоваться, но как только станет известно, что источник нелегальный, они уже не имеют права это делать.

— ФБР не захочется терять такую возможность, и они найдут обходной путь.

Эбигейл обо всем этом много думала.

— В сам процесс я никого посвящать не стану, даже если меня освободят от ответственности за хакерство. Мне он нужен самой для проникновения в сеть. ФБР не сможет осуществить то, что задумала я. У них нет ни технических возможностей, ни законного права. Если я не проникну в сеть и не солью все деньги со счетов Волковых, меня обнаружат.

— Сольешь деньги… У тебя есть доступ к их деньгам?

— Да, я могу это сделать. Я долго думала, куда направить деньги, когда переведу их с различных счетов. И решила сделать анонимные взносы в пользу благотворительных организаций, которые нуждаются в средствах.

Брукс на мгновение оторвал взгляд от дороги и посмотрел на Эбигейл.

— Ты хочешь обобрать Волковых до нитки?

— Верно. Я думала, ты догадался. У них примерно сто пятьдесят миллионов на счетах. Удар ощутимый, но они перегруппируются и продолжат свою деятельность. Конечно, есть еще и недвижимость, однако у меня имеются кое-какие соображения, как ею распорядиться.

— Распорядиться…

— Проблемы с налогами, передача документов. Часть имущества могут конфисковать, так как оно использовалось в незаконных целях. Но многое очень умело замаскировано. Только я все раскрою. Понимаешь, Брукс, недостаточно выступить со свидетельскими показаниями и посадить за решетку Короткого, Илью или даже самого Сергея Волкова.

С их огромными деньгами и возможностями Волковы быстро оправятся от удара и узнают, кто его нанес. А мне не хочется, чтобы им стало известно, каким образом я проникла в их сеть. И властям свой секрет не открою, потому что они не могут дать разрешение на осуществление моего плана.

Они подъехали к дому, и Эбигейл вышла из машины.

— Я больше не пойду на конспиративную квартиру, — заявила она, глядя Бруксу в глаза. — И никто не узнает, где я нахожусь, даже когда соглашусь выступить в суде со свидетельскими показаниями. Я не верю, что власти способны меня защитить. Верю лишь себе и тебе.

— Будь по-твоему. — Брукс открыл заднюю дверцу и выпустил Берта. — Когда придет время, найдем в Чикаго надежное место. Только мы вдвоем будем знать, где оно находится. Там и остановимся. А место для встречи выберешь сама. Думаю, какой-нибудь отель в Вирджинии или Мэриленде. И укажешь, где он, только когда сама туда прибудешь.