100 великих монастырей - Надежда Ионина

В центре острова Пинанг, на фоне зеленых горных вершин, раскинулся буддийский монастырь Кеклоксы — самый большой и самый красивый в Юго-Восточной Азии. Особенно впечатляюще выглядит его 7-ярусная башня-пагода, возведенная усилиями трех буддийских общин: китайской, бирманской и тайской. Это заметным образом сказалось и на ее архитектуре: нижняя часть башни смотрится как китайская пагода, верхняя представляет собой бирманскую ступу, а средняя — таиландский вихан.

Башня видна издалека, но пеший путь к монастырю сложен: нужно пройти какими-то переулками, заколками, частными двориками, рядами лавок — только после этого попадешь на монастырский двор. Посреди него устроен бассейн, в котором живут священные черепахи. Бассейн небольшой, черепах в нем — сотни, поэтому расположились они в несколько ярусов. О пропитании им заботиться не надо: паломники покупают пучки зелени и сами кормят своих любимиц.

Храмовые здания монастыря Кеклоксы возводились с 1890 г. Строителям пришлось приспосабливаться к горному рельефу, поэтому тот, кто впервые попадает в монастырь, поначалу теряется при виде его многочисленных террас, пагод, двориков и крытых переходов. На одной из террас по периметру возвышаются десятки Будд в человеческий рост; на груди каждой статуи — свастика. В павильоне, примыкающем к храму «Десяти тысяч Будд», — сотни бумажных китайских фонариков; из динамиков тихо льются буддийские песнопения.

К главной пагоде паломники поднимаются по крытому переходу. Надпись у входа в галерею гласит, что «алюминиевая крыша пожертвована Британской алюминиевой компанией в 1958 г., во время визита в монастырь ее коммерческого директора». Пожертвования стекаются в обитель и сегодня, поэтому монахи располагают средствами для благоукрашения монастыря. Так, рядом с главной пагодой в 1990-е гг. начал возводиться новый монашеский корпус.

Туристы, посещающие монастырь Кеклоксы, тоже вносят свою лепту в строительство. Каждому хочется забраться на вершину башни, откуда весь монастырь виден как на ладони. При входе на винтовую лестницу сидит строгая китаянка и собирает плату… А для паломников, которые хотели увековечить память своих умерших родственников, есть особая услуга. На небольшой керамической вогнутой плитке храмовых монах быстро выведет тушью иероглифы — имена усопших. Внеся определенную плату, можно надеяться, что со временем мемориальную плитку вцементируют на территории обители в надлежащем месте.

МАРФО-МАРИИНСКАЯ ОБИТЕЛЬ МИЛОСЕРДИЯ

Основание этой обители связано с именем великой княгини Елизаветы Федоровны, которая после трагической гибели своего мужа, великого князя Сергея Александровича, отказалась от всех земных благ и решила посвятить себя делу милосердия. Все свое состояние она отдала на устроение обители, для чего в тихом районе Замоскворечья, на Большой Ордынке, приобрела целую усадьбу.

Верная принципу «начинать с себя», великая княгиня Елизавета Федоровна вела строгую подвижническую жизнь. Все дни она проводила в монастырской больнице, ухаживая за самыми тяжелыми больными; посещала лечебницы и ночлежки, спасала бездомных и бесприютных детей. Вместе с ней также самоотверженно трудились и остальные сестры обители, и невозможно перечислить все, что они совершили во имя добра и любви.

Марфо-Мариинская обитель начала свою деятельность 10 февраля 1909 г. В большом двухэтажном доме с мезонином были устроены: в нижнем этаже — столовая для сестер, кухня, кладовая и другие хозяйственные помещения; на втором — больница (из 4 палат), операционная, перевязочная, ванная и две палаты для оперированных. В мезонине помещались сестры. Зимний сад был приспособлен для домового храма, устроенного сначала как временный, но потом он был превращен в постоянный больничный.

Храм посвятили праведным Марфе и Марии (сестрам Лазаря Четверодневного), которые олицетворяли два пути служения Господу. Первый путь (Марфа) — это деятельное соучастие в вере, второй (Мария) — созерцательное погружение в недра Божественных тайн. Устраивая обитель, великая княгиня Елизавета Федоровна как бы соединила эти два пути, и в своей брошюре, посвященной памяти великой княгини, архиепископ Анастасий писал так: «Община предназначалась быть как бы домом Лазаря, в котором часто пребывал Спаситель. Сестры обители призваны были соединить и высокий жребий Марии, внемлющей вечным глаголам жизни, и служение Марфы, поскольку они услужали у себя Христу в лице Его меньших братьев».

При открытии в Марфо-Мариинской обители было всего 6 сестер, но за год число их возросло до 30 человек, поэтому в 1911 г. был выстроен 3-этажный дом. На верхних этажах разместилось общежитие для сестер, на первом — дортуар приюта, две комнаты для занятий рукоделием и бельевая.

Все дома обители (кроме дома священника) были соединены ходами, так что можно было обойти их, не выходя наружу. В 1909 г. великая княгиня Елизавета Федоровна купила еще участок земли, который прилегал к саду обители. И имеющийся там дом был приспособлен частью для призреваемых, а частью для приезжавших в обитель гостей.

В Марфо-Мариинскую обитель милосердия принимали вдов и девиц православного вероисповедания (не моложе 21 года и не старше 40 лет), которые желали посвятить свою жизнь служению Богу и ближним. Если желающей поступить в сестры было меньше 21 года, но она отвечала всем требованиям обители, ее могли принять как ученицу. У сестер должно было быть прочное духовное настроение и желание в смирении и терпении нести всякое послушание. Нужно было и физическое здоровье, необходимое при той работе, которую брали на себя сестры. Поэтому и не принимали женщин старше 40 лет, т. к. в эти годы трудно было уже рассчитывать на их долгую работоспособность и обители с самого начала своего существования пришлось бы думать об устройстве богадельни. Но в любом случае обитель становилась убежищем для своих престарелых сестер.

Марфо-Мариинская обитель оказывала всестороннюю помощь множеству страждущих москвичей. На ее территории размещались больница, амбулатория, аптека, приют для девочек, воскресная школа, библиотека, столовая для бедных, кружок «Детская лепта» и т. д. Все операции проводились в больнице бесплатно, а в амбулатории бесплатно выдавали больным лекарства, делали уколы, массаж и т. д. В ней было шесть кабинетов, в которых врачи работали безвозмездно.

Приют был организован для девочек — круглых сирот, которые в будущем готовились стать сестрами. Если же у них не было к этому призвания, они всегда могли найти работу, т. к имели основательную медицинскую подготовку.

Воскресная школа была устроена для безграмотных и полуграмотных женщин и девушек, работавших на фабриках. В воскресные дни они приходили в обитель в 1 час дня, учились до 3 часов, потом им давали чай с хлебом, после чего они занимались пением или чтением. Затем шли в храм, где во время акафиста участвовали в общем пении. Таким образом, эти девушки и женщины проводили свой выходной день в нравственных занятиях, а не в празднословии и пагубных увлечениях.

Столовая для бедных ежедневно отпускала на дом более 300 обедов, в основном, бедным женщинам, обремененным многочисленным семейством. Иногда благотворители заказывали поминальные обеды для бедных, и тогда в этот день усопших поминали и церкви обители.

«Детская лепта» устраивалась как кружок для детей, но в его работе могли участвовать и взрослые. Все собирались в воскресение работать для бедных детей, но по желанию работу (например, шитье) можно было брать и на дом. Ткани жертвовались добрыми и благочестивыми людьми, а детскую обувь тоже покупали на пожертвования.

Но главной обязанностью сестер было посещение больных и престарелых на дому. Закончив послушание в обители, они каждый день отправлялись к обездоленным, помогали и утешали их. Просьбы и прошения великая княгиня Елизавета Федоровна принимала без всяких различий, и ни один вопль о помощи не остался без ответа. Почти ежедневно сестры шли туда, где ютились болезни и нищета и где была нужна их помощь.

Работы было много и в самой обители, поскольку ее тоже обслуживали сами сестры. В больничном храме во имя преподобных Марфы и Марии сестры ежедневно (утром и вечером) читали молитвенное правило и Евангелие, духовник обители (протоиерей отец Митрофан Сребрянский) говорил назидательное слово на предстоящий день, потом сестры подходили поздороваться со своей августейшей настоятельницей. Каждую она обласкает, каждой скажет доброе слово, и только после этого сестры шли на послушание. Во все дни недели в домовой церкви совершались богослужения. А в субботу и воскресенье службы переносились в соборный храм, который был возведен по проекту академика архитектуры А. В. Щусева и посвящен Покрову Пресвятой Богородицы. Расписывал этот храм академик живописи М. В. Нестеров.