100 великих монастырей - Надежда Ионина

В восстановленной обители сестры снова начали жить по Мельничному уставу преподобного батюшки Серафима, а в честь главного храма и великого подвижника земли Русской монастырь стал называться Свято-Троицким Серафимо-Дивеевским. Троицкий собор был летним, и в 1905 г. при матушке-игуменье Александре (Траковской) начали строить зимний собор с системой отопления. К 1916 г. его достроили, но освятить из-за случившейся Октябрьской революции не успели.

В ноябре 1917 г. все монастырские хутора были разграблены, новая власть объявила монахинь тунеядками и организовала их в артели. Некоторых насельниц ежемесячно угоняли на тяжелые принудительные работы, оставшихся расселили по округе, но они тайно собирались на службу и молитвенного правила не оставляли.

Первыми новомученицами Дивеевскими стали блаженные Евдокия, Мария и две Дарьи. Они жили в ближнем селе, а потом к ним явились чекисты и потребовали выдать дезертира, которого сестры будто бы приютили. Представители новой власти выволокли из дома блаженную Дуню и стали топтать ее ногами и хлестать бичами. Избивали они и других сестер, но те все переносили с христианским смирением. И Божия Матерь не оставила их, дав им милость не чувствовать боли. На места ударов садились голуби, но палачи продолжали бить по птицам небесным. А когда подвижниц повели на смерть, многие явственно видели, как с небес сошли блистательные венцы и почили на окровавленных головах сестер.

Новомучениц расстреляли 18 августа — накануне праздника Преображения Господня. И хотя могилу охраняли, чтобы священник не пришел отпеть их, от нее 40 дней исходило благоухание. В настоящее время на могиле установлено Распятие с рисованным на нем образом Иисуса Христа.

Перед окончательным закрытием Серафимо-Дивеевской обители в ней, как вспоминала матушка Серафима Булгакова, летними ночами 1927 г. ухали совы, чего раньше никогда не бывало. Монастырь разогнали за неделю: последняя всенощная в нем была отслужена на праздник Воздвижения Креста Господня в больничной церкви на Канавке. Здесь же сестры прощались, кланяясь друг другу в ноги и плача. На улицу их не выкинули, но условия поставили такие, что сама уйдешь: монашескую одежду не носить, в артельных мастерских иконы снять, вместо них повесить портреты В. И. Ленина.

В тот год в Дивееве жили в ссылке два владыки: епископ Серафим Звездинский и архиепископ Зиновий Тамбовский. И они сказали сестрам: «Монашество с вас не снимаем: хоть и в миру, а монашество свое берегите. Теперь каждой из вас поднесена чаша, и кто как примет ее: кто только к губам поднесет, кто лишь отхлебнет, а кто и до дна выпьет».

Через некоторое время обоих пастырей, мать-игуменью и старших сестер арестовали и выслали, остальные сестры расселились по округе. Иконы из монастырских храмов были собраны и свалены в церкви Рождества Христова. Одно Распятие, когда-то написанное для горнего места Троицкого собора, оказалось для него малым и стояло в правом приделе. От него совершались исцеления, и Святой Крест прослыл чудотворным. Но в дверь небольшой Рождественской церкви он не проходил, и десница Спасителя была святотатственно отпилена. Однажды в пятницу на Страстной неделе несколько комиссаров пришли за Распятием, чтобы справлять «красную пасху». Вошли они в церковь Рождества Христова и обомлели: безрукий крест стоит на паперти, на отпиленном месте кровь запеклась, а на полу бурые подтеки. Весть об этом сразу же облетела все Дивеево: люди толпились под окнами церкви, влезали друг другу на плечи, чтобы заглянуть в окно…

К концу 1940-х гг. сроки заключения у многих ссыльных монахинь закончились, и они снова слетелись в Дивеево. Устраивались, как могли: в колхозах или конторах, шли на поденную работу. Старые матушки умирали, их сменяли новые, келейно одетые уже при советской власти. Пострижению сирот Серафимовых содействовал Святейший патриарх Пимен.

После кончины старца Серафима долгое время сохранялся в Дивееве рассказ о том, как на праздник Рождества Пресвятой Богородицы он сказал: «Придет время, и мои сиротки в Рождественские ворота, как горох посыплются». Такое время пришло в 1991 г., когда Серафимо-Дивеевский монастырь был частично возвращен Нижегородской епархии. Канавки Пресвятой Богородицы как таковой тогда не было. После закрытия монастыря в 1927 г. ее во многих местах засыпали, а вал сровняли. В послевоенные годы ее перерезали различные коммуникации, а внутрь южной части Канавки была врыта канализационная труба. Поэтому после передачи монастыря Церкви тропинку, где прошла Царица Небесная, определяли по вековым деревьям, в которые превратились саженцы, благословленные батюшкой Серафимом. 23 августа после торжественного молебна были начаты работы по возрождению Святой Канавки.

В дни празднования и прославления преподобного Серафима в Дивееве и в наши дни происходят чудеса. Первое случилось, когда ко дню рождения Преподобного восстанавливали Казанскую церковь. Едва строители приступили к очистке стен от плесени, как вдруг увидели, что на левой стене сами собой проявляются фрески! И восстановились нижние фрагменты росписи, на которой были изображены апостолы Петр и Иоанн.

Другое чудо произошло по дороге в Дивеево, в селе Ореховец — последней остановке паломников, которые шли в монастырь крестным ходом из Нижнего Новгорода. В сельском храме служили литургию: паломники помолились, вышли на улицу, и вдруг кто-то воскликнул: «Смотрите, на небе — крест!». Все подняли глаза к небу и увидели сквозь облака знамение. Крест имел четкие очертания и был виден в течение 15–20 минут.

СВЯТО-ВОЗНЕСЕНСКИЙ МОНАСТЫРЬ В КИЦКАНАХ

В народе этот монастырь обычно называют Кицканским, т. к. построен он был в селе Кицканы Бендерского уезда — на земле монастырской вотчины Кицканской. Основатели обители назвали ее Ново-Нямецкой, чтобы отличать от древней Нямецкой лавры, оставшейся в Карпатских горах Румынского королевства — неподалеку от австрийской провинции Буковины. Монастырь был действующим менее 100 лет, однако с его историей связаны многие события Бессарабии второй половины XIX в.

Кроме отца Феофана, у истоков создания Ново-Нямецкой обители стоял и духовник Лавры иеросхимонах Андроник. Светское румынское правительство всячески препятствовало устроениию нового монастыря, в частности, даже оклеветало отцов Феофана и Андроника в том, что они якобы хотят продать имения Кицканы и Копанка, а деньги взять себе. Но после долгих мытарств 13 января 1864 г. все же последовало «Высочайшее утверждение проекта об основании в лаврских вотчинах Кицканы и Копанка Свято-Ново-Нямецкого Вознесенского обжещительного монастыря». Таким образом, на землях, подаренных Лавре господарем Александром Добрым еще в 1429 г., в имении Кицканы, переданном ей в 1527 г. господарем Петром Рарешем, началось устроение нового мужского монастыря.

В Кицканы тогда переехало 32 инока, которые (пока не был возведен новый собор) начали совершать богослужения в приходской СвятоНиколаевской церкви. Дела по устроению монастыря поначалу легли на отца Феофана: он заказал проект обители, а известному художнику Верховцеву поручил написать копию с иконы Божией Матери «Нямецкой» со списка, снятого иеросхимонахом Андроником. Оригинал же самой иконы был подарен в 1401 г. греческим императором Иоанном Палеологом митрополиту Молдавии Иосифу, который в свою очередь подарил ее Нямецкой обители. Художник Верховцев так тщательно и великолепно выполнил работу, что сам был немало удивлен красоте иконы.

В мае 1864 г. в новой обители началось возведение первого корпуса келий (из 19 комнат), в 1865 г. была отремонтирована Свято-Николаевская церковь, а в сентябре 1867 г. заложили и освятили фундамент соборной церкви в память Воздвижения Животворящего древа Креста Господня. Строительство храма закончилось в 1878 г.

Игуменом новой обители был поставлен отец Феофан, но в 1883 г. он скончался в возрасте 71-го года, оставив все труды по устройству обители иеросхимонаху Андронику. В 1885 г. тот стал игуменом обители, а в 1890 г. его возвели в сан архимандрита; при нем и состоялось новое освящение храма — в честь Вознесения Господня.

В 1880-х гг. в монастыре появляются трапезная, библиотека и больница, в устройстве которых большая заслуга принадлежит отцу Андронику. Монастырская же библиотека была просто уникальной, так как в ней хранились бесценные книги и рукописи XIV в. И среди них рукописи Гавриила — одни из древнейших датированных книг, появившихся в Молдавии в начале XV в. В 1884 году архимандрит Андроник составил «Каталог книг Ново-Нямецкого монастыря», в котором насчитывалось 146 славянских и молдавских рукописей и 2272 печатные книги на церковнославянском, молдавском, русском, греческом и других языках.

В августе 1893 г. после тяжелой болезни архимандрит Андроник скончался. В завещании он пожелал, чтобы собранные им лично книги тоже остались в монастырской библиотеке. После его смерти настоятелем монастыря утвердили иеромонаха Германа, который в Русскотурецкую войну 1877–1878 гг. был братом милосердия. За проявленную храбрость при выполнении своего долга он был удостоен благодарности и награжден медалью митрополита Кишиневского и Хотинского. Благодаря стараниям отца Германа в начале ХХ в. в Кицканской обители были построены церковь во имя Успения Пресвятой Богородицы, два корпуса келий и мельница, а в 1908 г. он устроил каменный корпус для мастерских. Кроме того, при отце Германе монастырская ризница обогатилась многими церковными облачениями.