Сказочная фантастика - Роджер Желязны

— Ты должен был родиться кентавром, — произнесла она, потом добавила: — Ты предпринял опасное путешествие.

— Не более опасное, чем путешествие в Мандению, которое ждало бы меня.

Она кивнула.

— Очень хорошо! Ты удовлетворил мое любопытство — я удовлетворю твое. Я расскажу тебе всю правду о вторжении человека в Ксанф. Но не думаю, что эта правда тебе очень понравится.

— Я не жду, что мне понравится правда о самом себе, — печально сказал Бинк. — Поэтому мне лучше знать все, что может пригодиться.

— Тысячи лет Ксанф был сравнительно мирной страной, — начала она несколько педантичным тоном, который он помнил со времен школы; возможно, каждый кентавр в сердце своем был учителем. — Здесь существовала магия, очень сильная магия… но — не обязательно злая. Мы, кентавры, были доминирующим видом, но, как тебе известно, мы не обладаем магическими способностями. Мы сами — магия. Полагаю, что первоначально мы мигрировали из Мандении — но это произошло так давно, что были утеряны даже наши записи.

Что-то щелкнуло в мозгу Бинка.

— Удивляюсь, правда ли это… насчет магических существ, которые тем не менее не способны к волшебству… Я видел мышь-мусорщицу — она именно магически, на расстоянии схватила крошку хлеба…

— О! А ты уверен, что это — не самое естественное существо, которое, однако, обладает, согласно нашей таксономии, некоторыми магическими свойствами?

— Естественное существо, но обладает магическими свойствами… Вы систематизируете животных?!

— Таксономия, — пояснила она со снисходительной улыбкой, — то есть классификация живых вещей, — еще одна специальность кентавров.

Бинк был сбит с толку.

— Я считал, что вижу мышь-мусорщицу. Но теперь не совсем уверен.

— Собственно говоря, мы сами не вполне уверены, — призналась она. — Возможно, некоторые из магических существ обладают волшебными способностями. Но — и это общее правило — существо либо умеет колдовать, либо само является произведением магии, а не то и другое одновременно. И это я считаю разумным. Подумай о хаосе, который мог бы устроить дракон-Волшебник.

Бинк попытался вообразить и содрогнулся.

— Лучше вернемся к уроку истории, — предложил он.

— Около тысячи лет назад первое человеческое племя открыло Ксанф. Они думали, что это — обычный полуостров. Они, конечно, сразу поселились здесь и начали рубить деревья и убивать животных. Имелось достаточно магии, чтобы бороться с ними. Но Ксанф никогда прежде не подвергался такому жестокому, систематическому уничтожению — мы не могли поверить происходящему. Мы надеялись, что люди скоро уйдут… Увы! Они поняли, что Ксанф — волшебная страна. Они увидели летающих животных, увидели деревья, двигающие своими ветвями, как руками. Они жадно охотились на единорогов и грифонов. Если тебе удивительно, что эти большие животные ненавидят людей, то позволь мне заверить тебя, что у них есть на то веские причины. Их предки не выжили бы, если бы вели себя дружелюбно. Люди Первого Нашествия были немагическими существами в стране волшебства, и после первого шока она им, разумеется, понравилась.

— Погоди, это не так! — воскликнул Бинк. — Люди имели очень сильную магию! Посмотри на всех Великих Волшебников! Ты сама рассказала мне, как Злой Волшебник превратил всех рыб в…

— Заткнись, пока я не сбросила тебя! — резко оборвала его Чери, и ее хвост угрожающе свистнул возле уха Бинка. — Ты не знаешь и части истории! Конечно — сейчас люди обладают магией. Это стало их проблемой. Но с самого начала такого не было.

Бинк осекся. Заткнуться — чего же проще! Ему очень нравилась эта леди-кентавр и расставаться с ней не было никакого резона. Ведь она открывала то, что не приходило ему в голову.

— Извини. Это все так ново для меня.

— Ты напоминаешь мне Честера. Готова поспорить: ты такой же упрямец.

— Да! — покаянно согласился Бинк.

Она опять засмеялась. Теперь ее смех отдаленно напомнил лошадиное ржание.

— Ты мне нравишься, человек. Надеюсь, ты найдешь свой… — она неодобрительно поджала губы, — …свой магический талант. — Потом на лице ее мелькнула солнечная улыбка, и она вновь стала серьезной. — У этих, из Первого Нашествия, не было магии. И когда они обнаружили, на что способна магия, то пришли в восторг и даже немного испугались. Немало их утонуло в озере с затопляющим заклинанием… Иные попались драконам… А когда они встретили первого василиска…

— Василиски все еще существуют? — с тревогой спросил Бинк. Ему тут же вспомнилась встреча с хамелеоном — тот уставился на него в образе василиска как раз перед тем, как умереть; можно было подумать, что его магия сработала против него. Но Бинку все еще было непонятно значение такой последовательности образов.

— Да, существуют, — ответила она. — Но — немного. И люди, и кентавры постарались их уничтожить. Ведь и для нас губителен их взгляд. Сейчас они прячутся, потому что знают: первое же разумное существо, убитое ими, приведет за собой армию мстителей в зеркальных масках. Василиск бессилен перед заранее предупрежденными людьми или кентаврами. Ведь ты знаешь, это всего лишь небольшая крылатая ящерица с головой и когтями цыпленка. К тому же, не особенно умная. В этом, как правило, у них нет необходимости.

— Послушай! — воскликнул Бинк. — Может быть, решающий фактор — это разум?! Любое существо может или обладать магией, или быть произведением магии, или быть чисто разумным, или, наконец, являться комбинацией двух качеств из этих трех. Но никогда и никакое существо не может обладать сразу всеми тремя качествами. Поэтому мышь-мусорщица может колдовать, а умный дракон — не может.

Она снова обернулась к нему.

— Это — новая мысль. Ты очень умен. Я должна подумать об этом. Но пока мы все не проверим, не ходи в дикие места незащищенным. Потому что там вдруг может оказаться умный монстр, обладающий магическим талантом.

— Хорошо, — пообещал Бинк. — По крайней мере, я не собираюсь отклоняться от протоптанной дороги, пока не доберусь до замка Волшебника. Я не хочу, чтобы какая-нибудь ящерица посмотрела на меня убивающим взглядом.

— Твои предки были более агрессивными, — заметила Чери. — Вот почему они гибли в таком количестве. Но они завоевали Ксанф и образовали поселение, где магия была запрещена. Им нравилась страна, нравилось применение магии, но они не хотели, чтобы она была близко к их дому. Поэтому они сожгли лес вокруг, перебили всех магических животных, истребили растения и построили высокую каменную стену.

— Развалины! — вспомнил Бинк. — Я думал, эти старые камни остались от вражеского укрепления.